Все рассказы и повести Роберта Шекли в одной книге - Шекли Роберт - Страница 113

Карты изобрели не сами динозавры: их (а также унитазы и галстуки) завезли на Землю самые первые ее инопланетные гости — раса, бороздившая космос задолго до появления человечества. Пришельцы, эти протоатланты, явились из системы Арктура — большой звезды весьма красивой расцветки.

Арктурианцы имели два обособленных больших пальца на руке, что делало их в два раза умнее однобольшепальцевых людей, возникших позже в результате эволюции. Вместе с арктурианцами на планету прибыли их неуклюжие человекообразные слуги удивительных оттенков. Именно они являются нашими предками.

Арктурианцы прибыли на Землю в начале палеолита. Климат тогда был еще теплым, а загородной недвижимости хватало на всех. Это произошло до возникновения цветов, но арктурианцев сей факт мало заботил: они привезли свои собственные. Именно их цветы и дали начало нашим. И это вполне логично — откуда же еще им происходить? Уж конечно не от ужасных папоротников. Похожим образом и люди впоследствии развились из человекоподобных арктурианских слуг.

На Земле пришельцам было совершенно не с кем перекинуться словечком: вокруг одни динозавры. Ящеры в те дни были гораздо умнее, и казалось, их ждет великое будущее. Тогда размеры играли довольно важную роль, а среди динозавров попадались поистине циклопические особи. Те кости, что находят сейчас, — в основном останки маленьких рептилий. Большие и умные динозавры не оставляли после себя улик в виде костей.

В те дни на Земле околачивалось огромное количество гигантских ящеров («околачиваться» — научный термин, описывающий естественный способ передвижения этих созданий).

Арктурианцы приземлились, разбили палаточный лагерь и принялись осматривать окрестности, подумывая, чем бы заняться. Представители этой расы играли в карты лучше многих прочих, так что, покончив с постройкой отхожих мест и танцевальных залов, они уселись за игру. Обычный спортивный бридж, только червонная масть была второй по старшинству, и всегда находилось довольно много энтузиастов ремика.

Тираннозавры сделались зеваками на карточных турнирах. Слово «зеваки» на самом деле арктурианского происхождения, оно означает «тот, кто наблюдает за игрой и отпускает неуместные комментарии». Через некоторое время арктурианцы заметили, что тираннозавры то и дело испускают при помощи носа пронзительные звуки. Сначала это сочли простым проявлением нервозности, но затем, присмотревшись, догадались, что таким способом гигантские ящеры выражают одобрение или неодобрение по отношению к определенным игровым стратегиям. Догадки эти были подтверждены исследованиями, проведенными независимыми научными группами. Тираннозавры обладали врожденным карточным чутьем — одним из тех щедрых даров, которыми иногда природа оделяет тот или иной вид.

Больших тираннозавров время от времени допускали к игре. Карточное чутье нужно было оттачивать, но ящеры, благодаря врожденному таланту и соревновательным наклонностям, схватывали все на лету. Хотя их пришлось специально тренировать, чтобы не открывали четырехкарточный мажор (эта пагубная наклонность казалась врожденной) и не пытались побить козырного туза (в подобных досадных изъянах виновата генетика — какие-то неполадки в ДНК, с которыми удавалось справиться в ходе обучения).

Тираннозавры отлично играли в бридж и демонстрировали явную к нему предрасположенность. Сначала игрой увлеклись тысячи, потом счет пошел на миллионы. У русских национальный спорт — шахматы, а у тираннозавров им почти сразу же сделался бридж.

Вскоре они уже не отвлекались от игры, чтобы пойти и убить кого-нибудь себе на обед. «Подкиньте нам чего-нибудь на зуб», — говорили тираннозавры арктурианцам. Ящеры пользовались услугами некоторых динозавров поменьше (тех, кто с приязнью относился к картам), которые добывали для них еду, а в награду получали крупицы информации об удачных червовых комбинациях (хотя истинные карточные секреты тираннозавры не открывали никому и никогда).

Как раз тогда появилась первая земная промышленность, а именно производство столов и стульев для бриджа. Их обычно изготавливали из камня, поскольку столярное дело в ту пору еще не изобрели: в ход шли известняк, базальт, гранит и другие породы. Стулья для тираннозавров делали рабочие из класса человекообразных арктурианских прислужников. Основных моделей было две: «хвостом вверх» и «хвостом вниз». Знания, накопленные в данной области, сохранились до наших дней — нагляднее всего это демонстрируют образчики современной офисной мебели.

Карточные способности тираннозавров развивались необычайно быстро. Поначалу в их среде выделилось несколько юниоров, но не прошло и десятилетия, как в одной только будущей Северной Америке насчитывалось уже около тысячи мастеров спорта. Они участвовали в соревнованиях наравне с арктурианцами и показали себя более чем достойными соперниками.

Окрыленные собственными успехами в городе Неандерталь, располагавшемся на территории будущей Германии, тираннозавры приняли участие в галактическом турнире и заняли весьма почетное третье место. Потом они решили поставить на кон все, подали заявку на участие в первом всекосмическом соревновании по бриджу, проводившемся неподалеку от Денеба, и выиграли его.

Казалось, тираннозавры вот-вот сделаются чемпионами Вселенной, но, увы, они, сами о том не подозревая, занесли с Денеба на Землю газопродуцирующие бактерии, которые быстро размножились в темных закоулках. Произведенный ими в огромном количестве газ попал в атмосферу, и эпоха динозавров закончилась.

Игральные карты тираннозавров до сих пор не удалось обнаружить, поскольку они изготавливались из невлагостойкого материала, а наводнений с тех пор случилось предостаточно. Ученые все еще не теряют надежды найти примитивные игровые протоколы — плиты из известняка с нацарапанными на них результатами турниров. Вот и ответ на вопрос о том, что делали тираннозавры своими крошечными лапками.

Вернемся к стегозаврам. Этим огромным неуклюжим созданиям, покрытым броней, природа даровала два мозга: один, как и у всех остальных, располагался внутри черепной коробки, а другой — в задней части тела, между бедрами, на расстоянии двадцати или тридцати футов от головы. Не сразу удалось понять, для чего именно предназначен этот так называемый задний мозг. Природа, как известно, не совершает ошибок, но иногда ставит перед собой довольно туманные цели. Именно это и произошло со вторым мозгом стегозавров. Вначале ящеры хранили там воспоминания — те, с которыми жалко расстаться, но которые не нужно немедленно обрабатывать в обладающем ограниченной производительностью переднем мозгу. Где-то же надо было складировать старые песни, редко используемые телефонные номера и праздничные рецепты.

Естественным образом задний мозг со временем начал фиксировать информацию о происходящем — в частности, в области поясницы. Ведь расстояние от головы до хвоста у стегозавра весьма значительное, и иногда происходящие вокруг них события разительно отличаются.

Задний мозг сообщал стегозавру, когда кормовая часть оказывалась, например, в воде или огне, и при этом не беспокоил передний мозг, поскольку у того хватало своих забот — как-никак плейстоцен на дворе.

Так задний мозг превратился в важный для выживания орган: он разыскивал сухие и чистые места для ночевки. Головному-то мозгу вечно было не до того, ведь перед глазами у ящера постоянно появлялось что-то новое и это что-то нуждалось в обмозговании. А кто подумает о задней части? Вот этим и занимался с успехом задний мозг.

Вскоре он осознал свою значимость, и прилагательное «задний» стало вызывать у него негодование. В нем слышалась брезгливая снисходительность.

Поскольку задний мозг перерабатывал информацию о том, где только что побывал стегозавр, он решил специализироваться на воспоминаниях и ретроспекции. Когда к этому прибавилось умение писать, задний мозг стегозавра стал первым на Земле литератором.

Записи стегозавров являются самыми древними образчиками земной прозы, которая проникнута ностальгией, ведь именно у пишущих стегозавров впервые сформировалось ощущение прошлого и стремление к истокам.