Счастье в проекте - Кордье Аманда - Страница 3

Режин пожалела, что завела разговор о торговом центре. Венсан мог часами говорить о своих грандиозных планах.

— Давай поговорим о чем-нибудь выходящем за рамки нашей работы, всей этой строительной рутины.

Тем временем перед ними появились тарелки с соблазнительно пахнущей едой, живописно разложенной на белом фарфоре.

— Да-да, позволь мне только в нескольких словах закончить свою мысль…

Режин успела расправиться с великолепной форелью, нежнейшими миндальным крокетами и славным салатиком под малиновым соусом, а Венсан все излагал бизнес-план своей империи шоппинг-моллов под искусственными хрустальными небесами.

Не закончил он и за десертом. Чтобы не расстроиться окончательно, Режин попробовала переключиться. Она давно уже не вникала в то, что он говорит, благо ее участия в беседе не требовалось, а просто занималась созерцанием своего визави. Все-таки он был очень хорош собой. Благородный нос, мужественные, твердо очерченные губы, глаза со стальным оттенком и холеные руки, свободно управляющиеся со столовыми приборами.

В наступившей наконец паузе она сказала, отложив салфетку:

— Это было восхитительно. Знаешь, чего бы мне хотелось? Потанцевать. Весь вечер мы говорили о делах, надо же хоть как-то отвлечься.

— Отличная мысль.

Режин облегченно вздохнула. Похоже, она выдержала самое тяжелое испытание, и теперь все пойдет на лад.

— Только давай в другой раз, — продолжил он, взглянув на свои часы «Патек Филипп». — Я обещал сегодня заехать к отцу, обсудить неотложные семейные дела. Но мы непременно наверстаем упущенное, договорились?

Он улыбнулся со всесокрушающим обаянием, подозвал официанта и попросил счет.

Режин уговаривала себя, что плохо знает людей этого круга и что, вполне возможно, там приняты другие правила. Видимо, в этих сферах сближение запрограммировано на месяцы вперед, и продвигаться можно микроскопическими шагами. Одного свидания недостаточно для того, чтобы разбить лед. В конце концов, тут главное — не потерять лицо. По этим критериям встреча прошла, можно считать, на высшем уровне.

— Позволишь отвезти тебя домой? — спросил Венсан.

— Нет, спасибо, — сказала она, следуя внезапному наитию. — Мне не хочется домой, я, пожалуй, выпью чего-нибудь в баре. — Она надеялась, что он захочет присоединиться. Напрасно!

— Хорошо. Созвонимся. — И он поспешно удалился, оставив Режин разбираться со своими малоприятными ощущениями.

Сидя в баре над сиротливым джин-тоником, Режин поняла, что никаких запасов оптимизма не хватит для того, чтобы считать прошедший вечер успешным. Нет, нет и нет. Начало было многообещающим, но все дальнейшее… На ее месте мог оказаться, например, пожилой астматик, личный нотариус Гийомов. За весь вечер не промелькнуло даже слабого намека на что-нибудь эротическое. Венсан, очевидно, совершенно не интересовался ею как женщиной. Кошмар! А она-то разогналась…

Второй джин-тоник тоже не принес облегчения. Со скуки Режин достала мобильник, предусмотрительно выключенный перед встречей с Венсаном. На автоответчике было несколько сообщений, одно из них — от неутомимого Наварро.

«Слушайте, мадемуазель Лефевр, — говорил низкий голос с хрипотцой, готовой перейти в злобный рык. — Если вы не собираетесь укреплять фундамент, то не ходите к гадалке. Я вам предсказываю, что у нас в котловане очень скоро можно будет разводить рыбу. Если вы хоть что-то смыслите в своем деле, примите меры! Я вас предупредил!»

Звук этого голоса никак не улучшил настроения Режин. Что, в конце концов, он себе позволяет, этот параноидальный испанец? Обвиняет ее в том, что она по халатности прохлопала конец света?

Она нажала кнопку ответного звонка. Там тоже был включен автоответчик:

— Спасибо за любезный звонок, сеньор Наварро. Ваши апокалиптические видения нисколько меня не впечатлили. Не могу описать, как мне надоели ваши замашки закоренелого мачо. Вы не можете смириться с фактом, что вам отдает распоряжения женщина. Но не надо из-за своего дурного настроения прогнозировать катастрофу всего строительства. Иначе мне действительно придется принять меры. Я надеюсь, вы меня поняли. Спокойной ночи!

Дрожащими от ярости руками Режин обхватила запотевший стакан. Кажется, она слегка вышла из берегов. Видно, неудача с Венсаном ударила ей по нервам. Ну, ничего, этот нахрапистый испанец давно заслужил выволочку.

Венсан задел ее глубоко, заставив сомневаться в ее женской привлекательности. А она так старалась преподнести себя с лучшей стороны! Она обвела усталым взглядом помещение. Хорошо бы найти кого-нибудь, кто немедленно подтвердит, что она неотразима! Вот невезение! Бар на две трети был заполнен женщинами, а среди мужчин никому, не покривив душой, нельзя было дать меньше шестидесяти.

Все равно здесь было приятно, и музыка недурна — пожилая негритянка с теплым бархатным голосом импровизировала у рояля.

«Ладно, допью — и пойду», — решила Режин. Она протянула руку к своей любимой сумочке, напоминающей ридикюль Одри Хепберн в «Завтраке у Тиффани», и тут в бар вошел мужчина — так гладиаторы выходят на арену. Режин чуть не упала с табурета. Она была готова увидеть кого угодно, только не его.

Глава 3

— Что вы здесь делаете? — Режин постаралась придать голосу максимальную твердость.

— Что ж вы думали, я это забуду без последствий? Вы усомнились в моей компетентности! Вы оскорбили меня! Если у вас есть ко мне претензии, говорите в лицо. Оставлять оскорбления на автоответчике, по-моему, трусость. Хотите обругать меня — можете сказать прямо сейчас, что я идиот!

Режин встала, чтобы уйти.

— Нет уж, скажите! — повторил он, преграждая ей дорогу.

На нем был пиджак, застегнутый на одну пуговицу, а под пиджаком — только футболка. Сквозь ткань отчетливо проступал мускулистый рельеф его торса, а вырез приоткрывал волосатую грудь.

Оправившись от шока, Режин выпрямилась:

— Мне нечего вам сказать, мсье Наварро. Тем более во внерабочее время. Откуда вы вообще тут взялись?

— Не важно, откуда! Я вчера слышал достаточно, чтобы догадаться, где вы будете сегодня вечером.

— Это еще не повод преследовать меня! — Режин одним глотком допила джин-тоник. Ей совсем не хотелось заканчивать вечер неприятностями. — А сейчас оставьте меня в покое, мы с вами достаточно скандалим на работе.

Испанец продолжал стоять:

— Я не уйду, пока вы не возьмете назад свои оскорбления!

— И не подумаю! А на будущее советую вам смягчить ваши манеры.

— При чем здесь манеры? Ваш идеально воспитанный босс, кажется, тоже не улучшил вашего настроения, скорее, наоборот, — заметил он, дерзко глядя ей в глаза.

— Вот это уж точно вас не касается, — отчеканила Режин. — Немедленно пропустите меня.

Наварро не сдвинулся с места. Гордость не позволяла Режин просто обойти его. В конце концов, она не менее упряма, чем ее прораб, и тоже умеет испепелять взглядом.

— Я не маньяк, одержимый предвиденьем конца света. У меня десятилетний опыт. Фундамент под новыми высотками на Потсдамерплац в Берлине подводил не кто иной, как я. А на вашем счету сколько проектов такого масштаба?

Режин была не настолько глупа, чтобы признаться, что на ее счету нет ни одного подобного проекта.

— Если честно, я не верю, что вас волнуют проблемы строительства. По-моему, речь идет о другом. Просто вы не можете спокойно работать под началом женщины.

Она увидела, что он разозлился еще сильнее. Но потом вдруг отмяк и снисходительно улыбнулся.

— Так вот откуда ветер дует. — Он небрежно сунул руки в карманы и смерил Режин оценивающим взглядом. Ей нестерпимо захотелось дать ему по физиономии. — Вам очень идет этот костюм! Не сомневаюсь, что мсье Гийом был в полном восторге.

Режин, пожалуй, еще ни разу в жизни не сталкивалась с такой наглостью. Но ей удалось найти достойный ответ:

— Мне льстит ваша наблюдательность, но вам, по моему мнению, больше нравится беседовать с женщинами без всякого костюма.