Граница (ЛП) - Маккаммон Роберт Рик - Страница 104

     — Я должен подойти ближе, — ответил Миротворец.

     Бил открыл для него одну из дверей, и Итан собрал всю свою силу в кулак.

     — Заходите, если хотите, — обратился он к Дейву, Оливии и Джефферсону. — Вы зашли уже так далеко... думаю, вам стоит сделать еще несколько шагов.

     Они вошли. Бил последовал за ними и закрыл за собой дверь. Ни Дерриман, ни Уинслетт не захотели войти в эту комнату. Итан осмотрел объекты.

     Он не знал точно, чем был каждый из них, но воинственной энергии он не ощущал.

     — Могу я потрогать что-нибудь?

     — Если ты не сможешь, то кто вообще может? Возьми, например, этот кусок FL12255. Но прежде, чем ты это сделаешь, подумай о каком-нибудь земном материале... текстуре... о коже, например. Смелей.

     Итан представил себе воду, вспомнив, как она поднималась со дна бассейна в Пантер-Ридж. Когда он положил руку на кусок этого инопланетного камня, тот вдруг превратился в лужу металлической жидкости. Стоило ему отнять руку, как камень снова принял свою первоначальную форму. Итан задумался и снова положил руку на объект, и тот обратился в металлический порошок. Как только прикосновение было прервано, он снова вернулся и стал тем... чем был до этого. Похоже, это трансформируемый материал, который принимает форму того, о чем думает существо, касающееся его.

     — Господи, — прошептала Оливия.

     Итан поднял металлическую сферу. Похоже, в ней наличествовало около дюжины соединительных узлов. Сфера оказалась довольно тяжелой, но не слишком — поднять ее одной рукой оказалось вполне возможно.

     — Сбалансируй ее на кончике пальца, — подсказал Бил.

     Итану казалось, что это для него будет слишком тяжело, но все же попытался последовать указаниям. По всем правилам сфера должна была упасть, но этого не произошло. Она уравновесилась на кончике указательного пальца Итана и показалась ему совершенно невесомой. Через несколько секунд шар поднялся примерно на три дюйма от пальца и повис в воздухе. Еще через мгновение начал вращаться. Его соединительные узлы начали открываться и закрываться с большой частотой, но при этом совершенно беззвучно, и внезапно в комнате в комнате возник шестой субъект.

     Он был худощавым и высоким, чуть более семи футов ростом, внешне напоминал гуманоидного альбиноса с бледными глазами и белыми волосами до плеч. На обоих ушах сверкали драгоценности, уши его были похожи на человеческие, но загибались кончиками внутрь. Существо было одето в длинное белое платье, украшенное десятками золотых вставок, которые заставили Оливию подумать о древних жрецах ацтеков, которых она видела с Винсентом в Национальном Историческом Музее в Мехико. Быстро улыбнувшись, существо протянуло руки с длинными пальцами в явном дружеском намерении и тихо заговорило на языке, которого не слышал ни один земной житель. Его речь была похожа на смесь оговорок и заикания. Когда он закончил свою речь, то просто склонил голову и исчез, Сфера перестала вращаться и опустилась на кончик пальца Итана, где и оставалась до тех пор, пока Бил не снял ее оттуда и не вернул на место.

     — Мы пытались расшифровать это сообщение, — сказал президент. — Мы думаем, что оно как-то связано с медициной. Там присутствует звук, который отдаленно похож на комекрудский[30]язык, который окончательно вымер к середине 1880-х годов.

     — Вы совершенно правы, — сказал Итан.

     — Что?

     — Речь идет о медицине. Я знаю этот язык и эту цивилизацию. Это существо предлагало вашему миру лекарство от рака.

     Бил ничего не сказал, как и никто из присутствующих.

     — Он говорит вам, — продолжил Итан, — что лекарство от рака изображено на символах на его платье. Эта сфера получена с одного из сбитых кораблей?

     — Это случилось давно... — смущенно ответил президент.

     — Понятно, — кивнул Итан. Боль прострелила левую сторону тела, и он осторожно положил правую руку на левый бок в надежде хоть немного унять эту пытку.

     Слегка оправившись, он начал касаться других предметов. Первым делом он дотронулся до маленькой фигурки гуманоида, сделанной из металла, мерцавшей множеством цветов. На ощупь она казалась сделанной из обыкновенного стекла толщиной всего в несколько миллиметров. Он коснулся катушки из тонкого изящного серебристого металла. Дотронулся до всех артефактов в комнате.

     — Здесь нет оружия, — заключил Миротворец. — Это подарки.

     — Подарки, — приглушенно повторил президент.

     — Их привезли к вам — по своей глупости — те цивилизации, которые хотели наладить контакт. Но вы были не готовы к этому. Совсем не готовы, и они выучили этот урок.

     — Нет оружия? — Джефферсон, казалось, впадал в истерику. — Никакого? Итан, здесь ничего нет?

     Итан не ответил.

     — Что это? — спросил он президента Била. Он указал на небольшую точку на маленьком черном кубе. Аризона, шестой день мая, 1979.

     — Загадка, — качнул головой президент.

     Итан подняло куб. Тот засветился, и, опять же, его можно было запросто поднять одной рукой, куб умещался на ладони. Каждая из граней была совершенно гладкой.

     — Не совпадает ни с одним земным материалом, — сказал Бил. — Его невозможно просверлить или оставить на нем какие-либо следы. Рентгеновское излучение его не берет. Никакое медицинское или военное устройство не смогло помочь нам понять, что находится внутри. Поэтому он просто лежит здесь и все. Ученые подумали, что если оно здесь, чтобы взорвать мир, то за двадцать лет могло бы уже сработать...

     — Возможно, вам надо нарисовать на нем белые точки и повесить на зеркало заднего вида, — сказал Дейв, который начал осознавать, что здесь действительно нет ничего, что могло бы победить Горгонов и Сайферов, чьи корабли сейчас витали у них над головами. И, вероятно, в Белый Особняк им придется вернуться ни с чем — если удастся вернуться. А ведь в том убежище было уже совсем не безопасно.

     Итан подумал об этом объекте. Он также не мог проникнуть в него и понять, что внутри, но...

     — Это тоже подарок, — сказал он. — Должно быть. Вопрос в том, что он должен подарить?

     — Похоже, мы этого никогда не узнаем, — пожал плечами Бил.

     — Похоже на страх, — вдруг сказал Итан.

     — Что? — на этот раз вопрос задал Джефферсон.

     — На страх. Маленький черный куб страха. Это явление, которое заставляет прорастать семя идеи. Скажите мне... кто-нибудь, скажите мне, чего боятся все люди вашей планеты?

     — Инопланетного вторжения, — мрачно ответил Дейв. — Или двух инопланетных рас, которые стали бы вести войну на нашей территории.

     — Чего-то большего, — упорствовал Итан. — Некоторые боялись, что эта идея... которой они боятся, может свершиться на самом деле. Довольно долго боялись.

     — Полного уничтожения, — предположила Оливия.

     — Каким образом? — Итан продолжал изучать куб и ждал ответа.

     — Ядерными взрывами, — пожал плечами Джефферсон, — или... не знаю... все боялись Конца Света. Что нас всех убьют, как динозавров.

     — Как удар огромного астероида, — добавил президент. — Даже сейчас... я хочу сказать, до того, как всё это... мы знали, что где-то там есть что-то, что может нас уничтожить. Некоторые астероиды пролетают достаточно близко, но мы стараемся не афишировать это перед населением. Ученые полагают, что если хоть один из таких астероидов столкнется с Землей, всему придет конец.

     — И вы беспомощны против этого, — сказал Итан, хотя он уже знал ответ.

     — У нас есть аварийные планы, но у нас будет всего один шанс их осуществить, потому что, если мы провалимся, все будет кончено.

     Итан почувствовал, что вот-вот снова закашляется кровью. Как долго это тело сможет протянуть? Он не знал.

     Страх... удар астероида... конец жизни на Земле... один шанс... если провалимся... все будет кончено.