Падение Света (ЛП) - Эриксон Стивен - Страница 214

Обернувшись, Аномандер всмотрелся в Консорта. Склонил голову. — Неполон? Что ж. Ты здесь.

— Ты взял командование. Чего пожелаешь от меня, друг?

— Хочешь ограничить меня от ее имени, Консорт?

— Нет. Говорят, ты дал своему мечу имя Мщение. Но уверен ты в своей правоте, Аномандер? Я считаю, что с таким именем клинок потребует от тебя чистоты намерений. Разумеется, — чуть шевельнул он плечами, — от всего иного ты волен отказаться.

— Неужели? Драконус, твои клятвы сохранили силу в новую, колдовскую эру?

— Склонен думать, что да.

— Мщение, — пробормотал Аномандер в задумчивости, вперяя взор во вражеские ряды.

— Я долго размышлял, — сказал Драконус, — над идеей «праведного оружия». Но я не лорд Хенаральд с его хастовым железом. От клинка я не требую собственного мнения. Лишь эффективности. Правосудие, если таковое вообще существует, таится в руке носящего оружие.

— Как бы ты назвал свой новый меч?

— В любом оружии есть нечто врожденно хаотическое. Не замечал?

— То, что у него нет нравственного стержня? Да. Это я отлично вижу.

Келларас слушал беседу двух мужчин, странно неуместную и легковесную в подобных обстоятельствах, когда два войска готовы схлестнуться. Впервые он задумался: а не сошли ли оба с ума?

— Тогда, — спросил Драконус, — извлечешь ли ты меч, ища мести? Что важнее, хочешь ли ты этого? Я говорил, что от многого следует отказаться, дабы оружие не подвело тебя.

— Друг, — ответил Аномандер, — твое появление несет раздор.

— Знаю.

— Мы потеряем силы знати. И тогда проиграем битву.

— Так ты гонишь меня, Аномандер?

— Я хочу сразиться за тебя, Драконус.

— Да, понимаю.

— Но, если ты должен уйти… забирай своих дом-клинков.

— Как можно? — возмутился Драконус. — И как смеешь ты, готовый сражаться за меня, предлагать такое?

Аномандер сказал: — Я говорю о возможностях, и плевать на позор.

— Твой брат, кажется, плохо тебя знает, — заметил Драконус. — Как и я сам.

— Мой брат?

— Не важно. Мы здесь, ни один не готов уступать. Ты будешь сражаться за меня, а я, следовательно, за тебя.

Они замерли в молчании. Наконец Драконус пошевелился. — Я поеду к Айвису.

— Всего доброго, Драконус.

Сев на коня, Драконус помедлил. — И тебе, Аномандер.

Первый Сын вновь смотрел на Легион Урусандера. Солдаты спустились помочь шатавшемуся Хунну Раалу. — Келларас.

Вздрогнув, Келларас спешился и подошел к господину. — Милорд?

— Что сделал мой брат?

— Он говорил с Драконусом.

— И?

— Убедил его бежать.

— Бежать?

— Драконус согласился. Понял необходимость, милорд. Но хотел забрать домовых клинков в ссылку вместе с собой.

— Только чтобы увидеть, что они при мне.

— Да, милорд.

— Итак, он готов бежать.

— Ради любви, милорд. Да.

— Принуждать его к этакому выбору… было непростительно.

— Сир, мы были в отчаянии.

Аномандер резко взглянул на Келлараса. — Ты участвовал? Добавлял веса интригам брата?

— Милорд, я лишь свидетель. Всего лишь. Ваш брат мало интересовался моими советами.

— Но… ах, вижу. Сильхас и меня сюда привел. — Он всматривался в Келлараса. — Очень хорошо.

«Очень хорошо? Всего лишь небрежно брошенные слова?» — Милорд, мне возвращаться к лорду Сильхасу? Какое донесение вы пошлете со мной?

Аномандер смотрел налево, видя, как Драконус останавливается рядом с Сильхасом. Начался спор, но они были слишком далеко, голоса звучали тихо. Однако Келларас видел потрясение и гнев Руина. Через миг брат Аномандера вскочил в седло и помчался — не к Аномандеру, но куда-то за спинами дом-клинков. Он спешит к аристократам, понял Келларас.

«Не успеет. Они уже увидели Драконуса. Увидели, что происходит».

— Никаких посланий. Скорее к моим клинкам, сир. Будешь командовать вместо моего брата.

— Слушаюсь, милорд.

— О, Келларас…

— Милорд?

— Встанете под начало лорда Драконуса.

— Сир?

— Мой друг примчался во имя любви, капитан. Если больше ничего нет, не достойная ли это причина? Что ж, давайте займем его сторону.

Келларас поглядел направо. — Милорд, знать не будет так сентиментальна…

— Я сентиментален? Неужели любовь столь жалка и ничтожна, чтобы швырять ее наземь при первых звуках неодобрения? Мужчина или женщина, отвергший любовь — в душе преступник, у него нет будущего.

— Сомневаюсь, что такая участь им страшна.

— Я им покажу, капитан. Уж поверь.

Ощутив чужое присутствие, Келларас оглянулся, видя Каладана Бруда. Великан-Азатенай застыл на месте, лицо ничего не выражало. Аномандер хмыкнул. — Я уже начал гадать, где же ты, Азатенай.

Тот вроде хотел ответить — но лишь поднял глаза к небу. И скривился. — Лорд Аномандер, — сказал он печально, — со стороны врага магии больше не будет.

— Неужели? — бросил Аномандер. — Тогда я сойду к этому храброму жрецу…

— Пошли солдат подобрать его.

— Их жизни менее ценны?

— Нет. Но ты нужен здесь, ведь битва вот-вот начнется.

— Ручаешься за их безопасность?

— Солдат, забирающих бедного священника? Да. Но в грядущей битве безопасности не будет.

— Да, полагаю. Или ты решился высвободить то, что явилось в крепости Драконсов?

— Милорд, я должен истребить твоих врагов?

— А сможешь?

Каладан Бруд кивнул.

— Убив тысячи. Ты готов нести такое бремя?

Осклабившись, Каладан Бруд ответил: — Но оно будет не моим, не правда ли?

Келларас словно примерз к месту, не в силах оторваться от чужой беседы. Далеко справа слитная группа дом-клинков начала распадаться на отдельные отряды, среди высокородных командиров царил хаос. Туда и спешил Сильхас Руин.

В ответ Каладану Аномандер сказал: — Да, думаю, не твоим.

Азатенай посмотрел на тяжелые тучи. — Советую решать немедля, Первый Сын.

— По одному моему слову ты можешь выиграть битву и тем переломить ход всей войны.

— Могу, — отвечал Каладан.

— Вернуть Драконуса под крыло любимой. Завершить вторжение Лиосан в наш мир. Даже сохранить знати ее драгоценные владения.

— Именно.

Шестеро солдат спешили вниз, туда, где лежали рядом два священника: один мертвый, второй, похоже, готовый пойти за ним.

— Неужели я трус, не решающийся отдать приказ об истреблении врага? Если я откажусь, Азатенай…

— Ты проиграешь битву, лорд, и многие Тисте Анди погибнут. Вместо этого, сир, я предлагаю всего лишь смерть Лиосан. Но времени мало. Выжидай слишком долго, и моя сила будет подавлена.

— Хунном Раалом?

— Нет. Он еще слишком неуклюж с силой Элементного Света. Идет другая, она уже недалеко.

Аномандер, похоже, впал в замешательство.

Окаменевший Келларас подал голос: — Простите, господа. Азатенай, вы говорите об одной из вашего рода?

Каладан Бруд вздохнул, кивнул. — Вы знаете ее как Т'рисс. Боюсь, ее удовлетворит лишь равновесие. Сентиментальное чувство, поразившее многих из нашего рода.

— Но не тебя, — сказал Аномандер.

Азатенай пожал плечами. — Ты просил мира, Первый Сын.

— Мой ответ на все страхи. Отповедь всем угрозам. Каладан Бруд, ты увидишь во мне тирана во имя чистоты, во имя мира любой ценой.

— Да, милорд.

— Азатенай, я должен отказаться.

— Понимаю…

— Неужели? Я назвал бы это предубеждением. Война — дело Тисте. Не помогай никому. Да и не тебе решать. — Он сверкнул глазами на Келлараса: — Скачи, капитан. Немедля!

— Милорд. — Келларас схватил поводья. Через миг он уже мчался на левый фланг, в уме бушевал хаос. «Отрицаешь, что сентиментален, Аномандер? Проклятый дурак, из-за чего же ты лишил нас верной победы?»

Впереди он видел лорда Драконуса и Айвиса. Они встали впереди домовых кликов. Было очевидно, что они готовы возглавить атаку.

«Не думай как трус, не здесь, с этими глупцами. Бездна подлая. Сантименты!

Вернешь ее, Драконус? Да ну? Среди сумрака и удушающего безумия? Я не боюсь, сир. Ох, помоги нам Мать!»