Не оставляй меня одну (СИ) - Солнечная Зоя - Страница 64

В голову ударила боль, пронзила виски так резко, что я застонала, схватилась за нее ладонями и буквально рухнула локтями на стол. Слишком много информации он только что сообщил мне. Слишком много. Как будто впихнул в меня кусок, который был слишком большим, чтобы я могла прожевать и проглотить его, и он встрял поперек горла.

Вариум — вещество, создаваемое Гхаттотом. Он впрыскивает его в людей, словно змея яд. Так он помечает их. Так он держится за мир — через них и вариум. Черная кровь — искаженный вариум, преобразованный неким внешним воздействием: миром или людьми. Именно это вещество отвечает за все, что делает с нами черная кровь. Оно — суть черной крови, вещество, которое вырабатывает Гхаттот.

Информация постепенно усваивалась, раскладывалась по полочкам, боль медленно уходила. Кайрадж молчал. Ждал. Я более или менее отдышалась и, потирая виски, покосилась на его фигуру, стоящую позади стула, на котором должен был сидеть Влад:

— Ты хочешь сказать, что ответ на твой вопрос о Михаиле — это потому что он воспользовался силой вариума?

— Ты все ближе, но пока еще далеко.

Фигура наклонилась над стулом и положила передо мной на стол монетку. Обычную золотую монетку.

— Возьми.

Я забрала ее и поднесла к глазам, покрутила в пальцах:

— Что это?

— Монета, состоящая из чистого вариума.

— Разве она не золотая? — удивилась я.

— Золотая.

— Тогда я не понимаю.

— Не жди ответы. Думай. Мне нужно отвернуться. Монета поможет тебе позвать меня. Ты слишком мала.

Опять он начал впихивать в короткие слова слишком много смысла. До этого момента он все время следил за мной, наблюдал, но теперь ему нужно перевести свое внимание на что-то другое. И чтобы связаться с ним, я должна воспользоваться монетой, потому что людей в мире много, и я всего лишь одна из них, маленький человек. Я просто не докричусь до него, он не заметит меня среди тысяч и миллионов других людей. Я потерла виски, в которых опять ощутила неприятную пульсацию. Монетку сунула в карман.

— Ищи ответ, — с этими словами фигура растворилась, затемнение ушло, а на стуле снова появился Влад.

Он сидел в той же позе, в какой был, когда пришел Кайрадж: откинувшись на спинку стула с бокалом в руке. Прямо сейчас он поставил бокал на стол и взялся за вилку, но почему-то задумчиво покосился на меня. Что не так? Его взгляд мимолетно упал на мою тарелку, а я напрягла память и поняла. Когда явился мой бог, вилка была у меня в руке. А сейчас она оказалась в тарелке. И вряд ли Влад видел, как я ее туда положила. Да и я положение тела изменила. Иногда я забывала, насколько приметлив мой брат. Впрочем, он не стал заострять на этом внимание и принялся за еду. Я последовала его примеру. Мы провели в молчании несколько минут, прежде чем он спросил:

— Ты как-то рассказывала мне про бога, который являлся тебе. Кайрадж. Так, кажется он тебе представился.

— Он не представлялся, — сама не знаю, зачем решила поправить эту неточность. — Он сказал, что я сама знаю его имя.

— Он приходил после этого снова? — брат мои слова проигнорировал.

Я на секунду задумалась, стоит ли говорить, но решила, что ничего страшного в этом нет и, отправляя в рот очередной кусочек мяса, кивнула:

— Да.

— И чего хотел?

— Рассказал про вариум, содержащийся в черной крови, — по все остальное я тактично умолчала. — Знаешь что-нибудь об этом?

— Нет. Расскажи.

Неторопливо, перемежая с вкусной и приятной едой, я рассказала ему все, что объяснил Кайрадж.

— Что ж, я подозревал что-то подобное, — Влад долил мне и себе еще вина. — Потому что чтобы черная кровь обладала всеми теми свойствами, которыми обладает, в ней должен был присутствовать дополнительный элемент, который за все свои попытки я так и не смог вычленить химическим путем. Но я искал.

— Что ж, с радостью помогу тебе найти его, — я решила порадовать брата.

Я положила перед ним на стол монету и, взяв свой бокал, откинулась на спинку стула и отвернулась, посмотрела на закатные блики на воде.

— Кайрадж сказал, что она из чистого вариума.

Влад забрал монетку. В его глазах загорелись искры интереса. Приятно осознавать себя причиной этого. У него вообще редко что-то вызывало эмоции. Я удовлетворенно улыбнулась и даже издала довольный смешок, пригубила еще вина. И примерно в этот момент Влад размахнулся и выкинул монетку в воду. На секунду я впала в ступор и продолжала сидеть, не отрывая бокала от губ. Монетка прощально сверкнула несколько раз, отражая солнце и скрылась под водой.

— Какого черта, Влад? — я наконец отодвинула бокал, ощущая, как ярость поднимается во мне.

— Боги не приносят ничего хорошего, не связывайся с ними, — спокойно ответил он и отпил еще вина.

В гневе я сдавила несчастный бокал, встала и с силой шлепнула его об деревянный пол. Осколки в красных брызгах разлетелись в стороны. Обе сидящие здесь пары за другими столиками покосились в мою сторону.

— Как мне надоело, что ты вечно распоряжаешься моей жизнью!

Я выбила из его руки бокал, и он отлетел в сторону, расплескивая содержимое. Не разбился, но лишился ножки.

— Это была моя монета! — я сбросила со стола пустой горшочек и голосом выделила слово моя. — И моя жизнь!

Я схватилась за стол и перевернула его вбок, выплескивая скопившиеся эмоции. Посуда разлетелась по деревянному перекрытию судна. Стол глухо загремел. Я ощутила покалывание электричества между пальцами и рефлекторно встряхнула рукой, чтобы избавиться от этого.

— Успокойся, Вероника, — Влад спокойно поднялся со стула и оставил на нем деньги, значительно больше, чем стоил обед.

— Да иди ты к черту!

— И не выражайся, как крестьянка.

— Как хочу, так и выражаюсь!

Я в гневе направилась к выходу и уже почти шагнула на трап, как ко мне подскочил вылетевший из подсобного помещения официант, привлеченный шумом.

— Простите, госпожа, боюсь, вам придется остаться до прибытия полиции.

Влад вырос тенью позади меня:

— Я оставил вам компенсацию. С дороги, — прорычал он.

— Извините… — начал официант, но его прервал брат.

Влад не стал слушать, а просто схватил того за плечо и с силой толкнул, выкидывая за борт. Меня же он подхватил под локоть и недовольно потащил к проезжей части.

— Едем домой, — утвердительно сообщил он.

— Отпусти! — я попыталась выдернуть руку, но он лишь крепче сжал ее.

— Вероника! — его голос стал угрожающим. — Не перечь мне!

От знакомых вибраций голоса нервы натянулись напряженными струнками. Кажется, я перегнула палку и все-таки довела его. Нервно замялась на месте, не решаясь спорить с ним, но и не соглашаясь. Впрочем как обычно моего согласия ему и не требовалось. Уже через минуту рядом с нами остановилась повозка. Он втащил меня в нее, и мы молчали до самого дома.

Поиски и ученик

К моменту прибытия к дому Анны я немного успокоилась. На что я, в самом деле, рассчитывала? Влад никогда не изменится. Ни одна моя попытка протестовать ни к чему не приводила, он все равно поступал по-своему, и на этот раз все произошло как всегда.

Приняв протянутую в вежливом жесте руку брата, я покинула экипаж. Окинула взглядом дом, в очередной раз отметив, что он, увитый виноградом и розами, очень красив. Жутко захотелось его испортить. У меня отняли мой дом, а сами живут в таких вот местах и даже не думают о таких, как я. Но ничего, однажды я доберусь и до этого дома.

Когда мы вошли, в глаза первым делом бросился Михаил. Он сидел в гостиной передстоликом, на котором красовалась бутылка виски и стакан. Он покосился в нашу сторону и расплылся в пьяной улыбке.

— А, вернулись, — его язык самую малость заплетался. — Как все прошло?

Это вот он что сейчас, съехидничал? Моему удивлению не было предела. Да нет, он не мог иметь в виду то, как я… выводила брата из безумия. Это далеко не первый и наверняка не последний случай.