Пощады не будет или мышка для демона (СИ) - Вельская Мария - Страница 22

Не ожидала я такого вопроса и не сразу нашлась с ответом, но все же решила не отходить от намеченного пути и сказать, как есть:

— К возможности быть самой собой. Не лгать и поступать так, как считаю нужным и правильным. Как велит мне… — я запнулась, но все же продолжила, ощущая, что это сейчас единственно верно, — моя честь и совесть.

Не самые лучшие качества для жены наследника империи, но я и не стремилась на это место. Альен решил за меня. Он посчитал, что я достойна, а значит, так и есть.

— Даже если это противоречит чьим-либо интересам?

— Чьим же, например? — каблучки звонко переступали по мраморному полу, взвилась юбка, стиснули крепко чужие пальцы талию, почти обжигая. Этот разговор мне совсем не нравился.

— Например, интересам того, кто находится рядом с вами, принца Алильена.

Я усмехнулась.

— Вряд ли мои решения будут противоречить интересам принца, просто потому, что из нас двоих решения принимает он. А мне остаётся лишь смириться.

— Вам это не нравится?

— Что вы… Нет, напротив, я благодарна судьбе, что она свела меня с ним.

При этих словах сердце болезненно сжалось. Мне не хватало Альена. Обидела его, и теперь мне было мучительно стыдно за свою неблагодарность и импульсивность. Я хотела перед ним извиниться — ведь знала, что со мной демон искренен, так с чего вдруг так вспылила?

— Вы любите его, — голос незнакомца выдернул меня из размышлений и я не сразу сообразила, что он сказал.

— Что? Что…вы…это не ваше дело, — я лепетала, леденея от ужаса. Кто это такой? Как много он знает? Может ли так быть, что он подослан Ранкаром?

К моему великому облегчению музыка закончилась, а демон, словно уловив мою панику, неожиданно ответил:

— Признаюсь, сначала мне все это не понравилось, но сейчас я вижу, что Алильен сделал правильный выбор, — он поцеловал мне руку, добавив, — благодарю за прекрасный танец, — а затем просто развернулся и ушел.

А я так и осталась стоять на месте.

Что это было? Или вернее, кто это был?

И ещё — поймала себя на мысли, что никак не могу вспомнить лицо незнакомца, только свои ощущения от чужого присутствия рядом — сильного, властного, древнего демона, который мог бы раздавить меня одним касанием. Только отчего-то страха не было, словно я была, напротив, уверена, что он… защитит? Не допустит, чтобы произошло нечто по-настоящему плохое?

Глава 12

Всякий, кому не дорога жизнь, может совершить покушение на государя.

©Никколо Макиавелли

Йунали

Все ещё пребывая в легкой задумчивости я перешла в другой зал, где танцев не было, но зато были разнообразные игры — и подобие наших карт, и «цветошары» — игра для магов, где каждый из присутствующих имел на руках определенный набор цветных шаров, созданных из своей силы, и должен был собрать полный комплект из пяти разных цветов, не оставив себе ни одного одинакового. Даэмоны, будто люди, играли в сложные стратегии с ожившими замками и фигурами рыцарей, обсуждали политику, флиртовали, крутились у столов с закусками… словом, казались почти милейшими существами, что было очень обманчиво.

Я остановилась недалеко от компании, состоящей из семи демонов. Чем они привлекли мое внимание? Вроде бы, как и все гости, пили, ели и развлекались — перед ними были разложены карты. Все выглядело абсолютно естественно, не к чему придраться, и только излишне колючие взгляды, прячущиеся под ресницами, заставляли насторожиться. Интуиция кричала, что их веселье обманчиво, но она же отчего-то упорно продолжала утверждать, что эти демона не причинят мне вреда. Они здесь для другого. От всего происходящего разнылась голова, и я даже не заметила, как легкая меланхолия и усталость превратились в глухую тоску сдобренную поселились упадническими мыслями. Я была на этом празднике чужой, и этот мир, несмотря на то, что изменил меня, оставался чужим. Все, на что пока хватало моих умений и сил — побить воина-середнячка без магии, дазажечь небольшой светлячок. Куда мне равняться с демонами? Просто сожрут и скажут, что так и было, а если и нет, хочу ли я быть для Алильена вечной обузой? Демон слишком горд, чтобы сказать прямо, но, когда он устанет меня защищать? Не проще ли уйти самой?

Тоска изнутри грызла темным зверем, ворочалась, причиняя боль. Хотелось накинуться на кого-то, порвать клыками, кричать, срывая горло…

Я помотала головой, пытаясь сбросить странное наваждение. Да что со мной такое? Никогда ведь сроду не была ни истеричкой, ни слабачкой!

Сделала шаг в сторону, пропуская юную демоницу в откровенном малиновом платье, почти оголявшем грудь, и пальцы неожиданно скользнули по грифу одного из сложенных музыкантами в углу инструментов, который до боли напомнил мне гитару. Как нельзя кстати!

Взяла инструмент, поглаживая темное полированное дерево пальцами. Главное — настроиться на него, ощутить его душу. Семь струн… немного непривычно, но справлюсь. Кто-то подставил стул, и я села, медленно перебирая струны. Что-то такое было у меня… что-то подходящее как нельзя кстати…

Есть сто причин остаться неизменным,

А стать сильней, чем был — всего одна.

Нельзя всю жизнь стучать в глухую стену

Уже не кровь — закат бежит по венам,

Когда всерьёз проиграна война.

Опять над головой нависли тучи,

И даже ветер на губах горчит,

Смириться с неизбежным будет лучше.

А если не дано — на этот случай

Найди себе всё те же сто причин…

Знакомая мелодия любимого барда захватила меня, закружила голову, опьянила, даря передышку от странной тоски. С чего я расклеилась? Я стану сильнее, смогу. И никто, никогда больше не тронет меня и не унизит.

Прикрыла глаза, переводя дыхание. У каждой песни — своя маленькая жизнь, свое настроение, свой такт. Главное — это настроение передать, распахнуть душу, раскрыть крылья, позволяя звукам тебя увлечь. У песен — я уверена — своя особая магия.

Не оступаться, не торопиться,

Не рассуждать, не заглядывать в лица,

Не сожалеть, оставляя весь мир за спиной.

Тени сомнений — предвестники горя.

Вечный заложник судьбы поневоле

Круг завершит, и однажды вернется домой…

Тоски не было, злые мысли отступили, и хотелось смеяться над собственной глупостью. Этот мир меня не сломает. Кто бы меня ни предал — себя я согнуть не позволю. Здесь моя игра, мои правила, моя жизнь. Хотите вы или нет, господа демоны, но вам ещё придется со мной считаться, может, не сейчас, но я отращу зубки. Последний аккорд. Последний перебор. В этот момент я чувствую себя всемогущей, ловя затаенное дыхание замершей толпы, впитывая их эмоции, пусть и не всегда положительные, почти видя их насквозь. Свою войну я не проиграю никогда. Я просто предприму меры ещё до её начала. Тише-тише. Тссс. Ни одной мысли в голову нельзя допустить, пока ещё играют здесь пузырьки моего личного, персонального волшебства.

Пальцы оглаживают гитару, словно касаются кожи любимого мужчины. Кто-то шумно сглотнул, но я не обратила внимания. Это представление — не для вас. Медленно, очень медленно поднялась, изображая будто пьяную, склонила голову на бок, словно неловко перебирая ногами двинулась к выходу. Кто-то хотел мне помочь — пришлось ускориться, невзначай огибая мешающих демонов. Близко, ещё ближе.

Я налетела на выходящего мужчину со всего маху, пьяно хихикнула, цепляясь за атласно-синий плащ, за что словила презрительный взгляд.

— Ой, хи… саар… да? Саар же? А куда вы? А как вам песенка? Хорошая же песенка? Всем же понравилось? Ой как-то мне грууустно… знаете, как грустно? Никому ведь не нужна я, фикция это все… — всхлипывать пришлось грустно и с надрывом. Экземпляр больше не пытался сбежать, наоборот, даже под ручку подхватил.

Какой заботливый — едко прокомментировала про себя, фыркнув. Грустной пьяной девочке легко — иди, куда хочешь. А хотела я весьма в конкретное место, хотя мой спутник это и не подозревал… Обвисла, чуть слюни не пуская и старательно отгоняя от себя мысли о тошноте. Ещё капельку, ещё немного. На мгновение, когда демон двинулся к выходу, я испугалась — и своей самонадеянности, и непродуманности плана, но отступать было уже поздно. Пришлось споткнуться и чуть не упасть, при этом стараясь сделать так, чтобы окружающие не замечали моего состояния, не запоминали моего лица. Скандал здесь не нужен, мне нельзя позориться.