Тихоня и Король (СИ) - Пьянкова Карина Сергеевна - Страница 40

– Я… Прости, Грант, я даже не знал… – пробормотал Лестер. Кровь так и продолжала течь по его лицу, и Фелтон достал из кармана платок, после чего вручил его кузену.

Тот хмыкнул и принял этот щедрый дар. Странно, но Кот вел себя так, словно выходка кузины его не слишком сильно возмутила. Странные отношения.

– Я сам толком ничего не знаю… Просто отец считает, что ему удастся извлечь остатки Писания из Грант. Он свято уверен, что в состоянии подчинить его себе… Эту проблему папа изучал последние лет десять, поэтому думаю, он знает, о чем говорит…

На лбу у Кот расцветал просто шикарный синяк. В слабости леди Гринхилл вряд ли кто-то мог обвинить.

– Почему тогда лорд Лестер не пришел к моему отцу? – в лоб задал вопрос Полоз. – Или ты думаешь, что жизнь моей девушки папа ценит меньше, чем ошметки старого артефакта? Я выбрал Эшли, понимаешь?

Кот нахмурился… Из носа снова закапало и парню пришлось запрокинуть голову.

– Даф, ты просто зверь, честное слово, – простонал парень и застонал. – Я не знаю, Касс, клянусь тебе, не знаю. Может, отец посчитал, что лорд Фелтон откажет… Все-таки Темное Писание даст нам преимущества…

Рассмеялась леди Гринхилл, зло рассмеялась.

– Ничто не имеет такой ценности, как жизнь человека. Мы, Фелтоны, считаем именно так, – твердо заявила полицейская. – Лорд Лестер знает это как никто другой. Или он тебя обманывает, или ты – нас.

Дэнни задумался, минуты на три, а потом спросил:

– Почему я должен не верить собственному отцу?

Леди Гринхилл с мрачной усмешкой поинтересовалась:

– Быть может, именно потому, что он твой отец и ты слишком хорошо его знаешь? Ты гаденыш, Дэнни, но далеко не идиот.

Фелтон лишь молчал, не сводя с кузена напряженного взгляда. А до меня дошло, что поступок инспектора вовсе не был импульсивным. Она четко понимала, чего добивается, и своей цели достигла: Лестер начал сомневаться в своих поступках и решениях отца. Леди Гринхилл намеревалась не нос кузену сломать, а патологическую защиту.

Она точно хороший полицейский....

– В чем смысл моему отцу убивать Грант? – недоверчиво произнес Дэниэл.

Он пытался сохранять внешнюю невозмутимость, но даже мне стало ясно, что Лестер колеблется. Дафна Гринхилл одержала блистательную победу, разбив уверенность Дэнни в собственной семье.

– Вопрос не в том, зачем убивать, a в том, собирается ли он сохранить ей жизнь. Ему ведь нужно Писание, а не живая Эшли.

Кот поморщился.

– Я не знаю... Я не уверен... Я спрашивал отца, он говорил, с Грант не случится ничего плохого.

Дафна покосилась на Полоза с видом «Смотри и учись». Фелтон закатил глаза, намекая, что инспектор просто рисуется.

Лестер выглядел просто ужасно. Не просто избитый, но еще и морально уничтоженный.

– Я не хотел ничего дурного...

Только захапать чужой артефакт, но по сравнению убийством действительно мелочь. Хотя именно так, кажется, и считали Фелтоны.

– Что конкретно хочет сделать лорд Лестер? – тут же пошла в атаку полицейская. – Конкретно. В деталях.

Кот растеряно уставился на родственницу.

– Какие детали, Даф? Я только делал, что мне велели! Неужели ты считаешь, отец стал бы говорить мне все?

Вот тут Фелтон не стал молчать.

– Мой отец рассказывает мне все, – заявил Полоз. – Абсолютно все.

На миг на лице Дэниэла появилось очень странное выражение... Как будто парню вдруг стало больно.

– Очень за тебя и дядю Гарольда, Касс, – почти с горечью произнес Лестер. – Я могу сказать вам только одна: отец хочет извлечь из Грант остатки Темного Писания. И не хотел сообщать об этом твоему семейству. Но, разумеется, вы все это не могли не узнать.

Неожиданно я совершенно ясно осознала, что Дэниэл Лестер, в общем-то, оказался доволен тем, как все обернулся. Его устраивало и то, что его схватили и то, что его допрашивала леди Гринхилл. Как будто бы Коту было вовсе не по нутру участие в тайном заговоре собственного отца. Если продолжить размышлять, то, вероятно, Лестер пришел в восторг, что ему помешали организовывать мое похищение.

И, наверняка, это поняли и Фелтоны, которые, подозреваю, знали отлично, что представлял из себя Дэниэл Лестер, редкостный гаденыш, но все-таки не отъявленный злодей.

– Думаю, ты понимаешь, что больше ты не сможешь связаться с лордом Лестером? Я просто этого не позволю, – протянула леди Гринхилл, с подозрением разглядывая родственника.

Тот с ясно радостной улыбкой кивнул.

– Да я понял, Даф. Запрешь меня в каком-нибудь каземате и выставишь охрану? – весело спросил он, утирая с лица кровь.

Я бы сказала, что от такой перспективы парень пришел в откровенный восторг, который и н пытался скрыть.

Дафна Гринхилл закатила глаза.

– Тебе там было самое место, но… придется оставить тебя под наблюдением целительницы Синклер, – со вздохом протянула леди Гринхилл, хлопнув блудного кузена по плечу. – Но, имей в виду, мелкий гаденыш, если я хотя бы на секунду заподозрю… Ты получишь срок, понял меня?

Из допросной я вышла со странным ощущением, что все покатилось к чертям. Но при этом и со странным облегчением, которое меня буквально распирало. Полоз шел рядом со мной и улыбался так счастливо, что сердце щемило. Он снова верил в друга своего детство.

Лестер рассказал все, что знал. По крайней мере, леди Гринхилл и его змейство поверили в искренность Дэнни, а они не отличались наивностью. К несчастью, лорд Лестер сыну не так уж и много говорил.

– Теперь Даф изолирует Кота… – произнес Фелтон, неожиданно беря меня за руку, когда мы уже стояли на крыльце полицейского участка. – И Дэниэл, похоже, этому чертовски рад. Я едва ли не в шоке. Не думал, что в нем могло остаться что-то прежнее…

– Я же говорила, что он неплохой… А ты мне упорно не верила, – не удержалась я от замечания.

Полоз рассмеялся.

– Ты обладаешь удивительной способностью видеть в людях лучшее, – отметил Фелтон, неожиданно обнимая меня сзади. – Во всех. А ведь Дэниэл был с тобой далеко не мил.

Я фыркнула.

– Ты тоже сперва был тем еще засранцем, когда я была для тебя чужаком. И ничего, я же увидела в тебе лучшее.

Готова была поспорить, что в тот момент Полоз самодовольно улыбался.

– Я – совершенно другое дело.

– И почему же? – ехидно поинтересовалась я у своего парня.

– Ну, я же великолепен.

И как бы мне ни было страшно и муторно последние дни, я все равно не смогла не рассмеяться.

– О да, ты великолепен, – подтвердила я, накрывая его ладони своими.

И тут меня снова затошнило… Чертовски сильно, но я просто не захотела показывать свое состояние Фелтону, не хотела его расстраивать очередной раз, к тому же мне приходилось куда хуже раньше, так зачем портить момент?

– Давай вернемся в университет, – попросила я, вздыхая. – Хотя бы за учебниками посижу, раз уж все равно не могу использовать магию.

Фелтон почувствовал, что мне неспокойно и согласился.

– Зайду к Бхатии, он ведь остался корпеть над той злосчастной книгой. Может, твой декан сумел дойти до чего-то полезного, – вздохнул Полоз и подтолкнул меня вперед. – Действительно, поехали назад.

Если по дороге в город Фелтон вел так аккуратно, что я готова была начать зевать, то на обратном пути творил что-то невообразимое: гнал на запредельной скорости петлял как заяц…

– Ты рехнулся?! – в итоге не выдержала я такого каскадерства. У меня пока оставалась надежда выжить, и умирать в банальной аварии совершенно не хотелось…

– За нами хвост. От самого участка, – сквозь зубы процедил некромант и заложил крутой поворот вправо, в какой-то совсем у паршивый переулок.

Оставалось только молиться, что Полоз умеет водить достаточно хорошо для таких фокусов. Лично я никакого хвоста не заметила, но Фелтону-то точно видней. Наверное.

– Если ты не довезешь меня живой… – выдавила я, жмурясь в ужасе.

Смотреть на дорогу не было никаких душевных сил… потому что душа радостно ушла в пятки и возвращаться оттуда не собиралась от слова совсем.