Закон подлости гласит... (СИ) - Юраш Кристина - Страница 43

— Оу! Мы познакомились с Джеем на первом курсе! Он был самым скромным мальчиком на потоке! — радостно заметила невеста. — Сначала я не обращала на него внимания, а потом, потом поняла, что он — моя судьба! Он решал мне все контрольные, помогал готовиться к экзаменам! И буквально пару дней назад, мы решили пожениться, если сдадим сессию и не вылетим из Академии. О! Эмили! Я думала ты не придешь!

Невеста внезапно отвлеклась, сползая с колени жениха и телепортируясь к подруге, которая махала ей рукой и посылала воздушные поцелуи-светлячки. Через секунду Эмили вешала на шею невесте очередной медальон, целуя ее в щеку.

— А вы что скажете? — осведомилась я, глядя на жениха, который провожал взглядом свою без пяти минут супругу.

— Я счастлив! Самая красивая девушка на потоке сказала мне: «Да!». Я любил ее с первого курса, ходил за ней, помогал во всем, но она меня не замечала. Я однажды признался ей в любви, но она посмеялась, а теперь… — жених с наслаждением вздохнул, глядя, как его возлюбленная радостно щебечет с подружками, показывая рукой в мою сторону. Через пять минут ко мне выстроилась очередь с газетами. Я сидела и раздавала автографы, чувствуя себя настоящей звездой. Играла музыка, в небо взлетали волшебные салюты, рассыпаясь цветами, слышались тосты за сессию и за магию. Я стояла с бокалом напитка, похожего на пунш, наслаждаясь самой волшебной свадьбой в моей жизни.

— Как ты посмела? — меня кто-то дернул за рукав. Я удивленно обернулась и увидела какого-то едва стоящего на ногах мага. — Почему ты променяла меня на него? Отвечай! Он лучше, да?

— Простите, вы меня с кем-то путаете! — я отошла в сторону. Белобрысый парень в зеленом сюртуке, покачивался и дышал на меня перегаром, возвышаясь надо мной.

— Эмма, почему ты ушла от меня? — раздался пьяный голос. — Я спрашиваю, Эмма! Отвечай!

— Невеста там. Все претензии к ней. Меня зовут Анабель, — закатила глаза я, отходя подальше. Надо же! Меня перепутали с невестой.

— Ты ведь его не любишь! Я знаю, что не любишь! Это чтобы отомстить мне? Ты вышла за него замуж, чтобы отомстить мне? — раздался пьяный голос. Я напряглась, глядя на счастливую невесту и молчаливого жениха, принимающих поздравления от гостей.

— Я же это просто так не оставлю, Эмма… — икнул гость, проводя пятерней по своим волосам и хватая меня за руку, чтобы удержать. — Почему ты отворачиваешься?

— Послушайте. Я вижу вас в первый раз, это раз. Я — не Эмма. Это два. Отпустите меня, — я попыталась вынуть руку из его руки, ища глазами Тома. Том стоял неподалеку, беседуя с преподавателями. Джеральд тем временем окучивал какую- то худую девушку, показывая ей какое-то голубое сияние в руках. Отлично. Меня снова бросили на произвол чужой судьбы.

Я подошла к Томасу, подергала его за рукав, показывая на приставучего студента.

— Оливер Смит! Ведите себя прилично, как подобает студенту пятого курса! — сурово произнес Том, отвлекшись от разговора про какую-то константу. — Так вот, на чем я остановился! Ах да! Если брать за основу круг Брайса…

— Я веду себя прилично! — возмутился Оливер, глядя на меня. — Почему ты меня игнорируешь, Эмма? Эмма! А как же наши планы? Ты мне обещала! Эмма!

— Да не Эмма я, отстань! — вспылила я, показывая ему адрес для претензий. — Вон твоя Эмма. Иди к ней приставай!

— Эмма! Как ты со мной разговариваешь! После всего, что между нами было? Скажи, что ты любишь меня? Скажи! Я должен это слышать! — настаивал «отверженный», не давая мне проходу.

Пока этот придурок активно насиловал мой мозг, внесли огромный, почти в мой рост, разноцветный, многоярусный торт под дружное «ура!». Торт водрузили в самом центре, чтобы все могли его разглядеть.

— Не люблю я тебя! — возмутилась я, пытаясь отойти подальше от любителя выяснять отношения. — Я вообще тебя в первый раз в жизни вижу!

— Ах так, Эмма! Я тебе сейчас покажу! — раздался пьяный голос.

Что было дальше, я так и не поняла. Помню, как в торт врезалось заклинание, как меня отмело от эпицентра скандала под возмущенные крики. Замелькали заклинания. Я слышала крик невесты: «Ма-а-альчики, не ссорьтесь!». Часть гостей подначивала жениха, другая часть — бывшего невесты. Столы были перевернуты, гирлянды оборваны. Жениху на помощь поспешили друзья, к бывшему бойфренду — пьяная группа поддержки. Невеста металась от одного лагеря к другому. Кто-то из преподавателей попытался утихомирить студентов.

Я отползала подальше, пытаясь спрятаться за дерево. «Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло!» — заметил демон, глядя на возмущенного ангела. Битва переросла в настоящее магическое побоище. Мимо меня просвистело заклинание и врезалось в стену дома, оставив огромную трещину. Женский визг, пьяное «Ура-а-а!», «Да что вы творите!» и «Бей его!» прерывались веселой музыкой. Что за свадьба без драки? С моей головы на колени шмякнулся кусок торта. Вкусный торт. Руки были липкие, ручку я где-то потеряла, планшет с записями был заляпан кремом. Крем был даже в ушах, а к плечу прилип кусок отличного бисквита.

Мимо меня пробежал какой-то парень, таща за руку девушку. Через секунду они исчезли. Жених отступал вместе со своими товарищами. «Соберись!» — орал его отец. — «Ты что? Немаг какой-то!». На его лице был торт. Невеста, заляпанная белым кремом почти с ног до головы, в порванном платье и с разрушенной прической, закатив юбку почти под самую грудь, перелезала через стол, прячась от летящих в нее заклинаний. «Эмма!» — орал женский голос. «А ну быстро прекратите!» — кричал какой-то мужчина, призывая всех к порядку.

Внезапно я увидела вспышку перед носом, такую яркую и такую внезапную, что сама удивилась. Вспышка разорвалась и ослепила меня. Я шарила руками вокруг себя, пытаясь понять, что вообще произошло.

— Анабель! — услышала я голос Томаса. — Прекратите! Живо! Анабель! Ты где?

Нет, Том, с тобой я ни в разведку, ни в супермаркет за покупками не пошла бы. Я крикнула, что здесь, ощущая шершавый ствол дерева, липкими пальцами. «Получай!» — орал женский голос над ухом. «Давай, Ильза, оглуши его!» — кричал какой-то мужской голос. — «Пусть знаю, что с универмагами связывать — себе дороже! Да целься лучше! Оу! Изви…».

Очнулась я, когда кто-то отчетливо произнес: «Мне кажется, что все-таки левая!». Я открыла глаза и увидела, что меня и невесту держат на руках инквизиторы. Процедура опознания была окончена фразой: «Да, левая. Точно. Правую в камеру к остальным! Левую сюда!» То, что я — левая, я уже поняла по взгляду.

«Отдам котенка, девочку, к лотку приучена, в хорошие руки!» — съехидничал демон, наслаждаясь ситуацией. «Котенок!» — жалобно всхлипнул ангел, вспоминая всех пушистых котят, которых имел счастье гладить. «Держись, котенок, сейчас хорошие руки тебя задушат!» — сардонически заметил демон. — «Опустим занавес жалости над этой сценой!».

Если на меня будут смотреть таким взглядом, то про лоток можно забыть.

— Сорок три часа, тридцать шесть минут, три секунды. Это так мило, что ты со свадьбы ушла не с пустыми руками, — раздался голос надо мной. — Ты весь торт на себе унесла, или гостям что-то осталось?

— Для тебя старалась. Ты что больше любишь? Бисквит или крем? — вздохнула я, приходя в себя и глядя на заляпанные тортиком туфли и грудь. — Тебя не сильно смутит, если я соберу тебе тортик в тарелочку?

— Нет, меня уже смутило то, что родственники требовали отдать им невесту, тыкая пальцем на тебя, — раздался голос. Я боялась поднимать глаза.

— Не, невеста была — «правой». Просто мы с ней немного похожи оказались… У нас платья оказались одного цвета, волосы одного цвета и ростом мы с ней… эм… не вышли. С этого все началось… — я облизала сладкие губы, и попыталась липкими руками убрать прилипшие к лицу волосы. — Меня попросили статью написать про свадьбу.

— Это я уже заметил, наказание мое, — мне протянули салфетку. Я все еще боялась поднять глаза. Я молча схватила салфетку, растирая крем по лицу. — Недавно я поймал себя на мысли, что наручники были бы отличным решением проблемы. Я бы таскал тебя за собой, устроив секретарем на полставки. Но морально — этическая сторона вопроса меня пока что очень смущает.