Невеста без места - Сапункова Наталья - Страница 48

И тут же все остальные змеи пропали, только маленькая осталась лежать на земле убитая.

Венко изумленно оглядывался, пока еще не понимая, что произошло.

— Мя-я-я-яу, — заорал кот, — догада-а-алась, веду-унья! Не совсе-е-ем глу-у-упая!

Он спрыгнул на землю, медленно, покачиваясь, подошел, тронул лапой мертвую змейку:

— Оживе-е-ет не оживе-е-ет? Раньше ожива-а-ала. Да ведь караулить станет не-е-ечего, если ты спра-а-авишься! Не-ету больше тут закля-ятий!

— Все, кто раньше нас приходил, змейку эту убивали, да, котик? — осторожно поинтересовалась Велька.

— А ка-а-ак же иначе? Кто мо-ог — убива-а-али! — на кошачьей морде, княженка могла поручиться, появилась самая настоящая ухмылка. — Была нужна-а-а — ожива-ала, а как теперь — мне неве-е-едомо!

Велька все той же палкой поворошила содержимое ларя — трогать руками это гнилое и сопревшее не хотелось. И что же тут следовало найти?

— Помоги мне, добрый котик, научи! — попросила Велька. — Как мне тут науз мой отыскать? Где он, какой вид имеет? — она руку протянула и погладила котяру по шее, тот опять выгнулся, довольно потерся об ее ноги, насмешливо кося глазами на Венко: тот зубы стиснул и тревожно следил взглядом за Велькой и нахальным зверем.

— Научу, если тут оста-а-анешься! — сказал кот. — Моя-я-я будешь, станешь тут хозя-я-яйкой! Скучно мне без хозя-я-яйки!

Ладонь Венко тут же стиснула рукоять меча, аж костяшки побелели.

Он сказал:

— А станет тут кто-то кочевряжиться, я его изловлю да на рукавицы пущу, теплые будут да мягкие!

Кот не испугался, мявкнул насмешливо, продолжая тереться об Велькина колени:

— Пош-ш-шутил я! Уж и пош-шутить нельзя! Скажи ему, княж-ж-женка, пусть меч не тр-р-рогает, а то мне стр-р-рашно!

— Да шутит он тоже, котик, шутит! — принялась уверять Велька, гладя кота и выразительно поглядев на парня, тот сразу руку с меча убрал. — Ты нам помоги, пожалуйста! Мало у нас времени, чтобы науз распутать, а очень надо, помоги быстрее!

— Так ищи быстр-р-рее, ищи! То все наузы, да заклятья в них уже сбы-ы-ывшиеся, потому они и пор-р-рченые! А тебе нужен тот, который нынче сбыва-а-ается!

— То есть неиспорченный, целый! — поняла Велька. — Ну спасибо, котик, надоумил! — в душе она злилась на кота, который тратил время на пустые разговоры, однако старалась этого не показывать.

Значит науз-заклятье, науз-приворот, который в Яви казался завязанным узлами шнурком, здесь был большим мотком шерстяной пряжи, которую словно нерадивая пряха смотала как попало и бросила или кошке дала поиграть… или коту.

Велька мягко оттолкнула довольно урчавшего котяру — хватит, дескать, не мешай — и занялась поисками.

Теперь, внимательно переворошив содержимое, она быстро нашла среди испорченной шерсти единственный хороший моток — этот, если распутать, еще можно пустить в дело.

Неисполненное пока заклятье. Значит, как исполнится, тоже истлеет шерсть? Как умрет Ириней то есть…

Все уже, не исполнится ничего! И Ириней будет жить! Иначе зачем она тут? Главное сделано, всего-то и осталось, что простая работа, с которой любая девка шутя управится.

Но… мамочки! Это сколько же надо провозиться, распутывая этот колтун из ниток! Кот сказал — до темноты…

Велька глянула на небо, в котором не было привычной голубизны, только белесая дымка. Значит, свет есть, солнышка нет, и неба с облаками нет, а скоро тьма наступит. Именно что скоро, потому что бродили по этому лесу они с Венко долго, в их мире уже бы, должно быть, день прошел и завечерело бы.

Не тратя больше время на пустые раздумья, Велька достала коробок с иглами, выбрала самую толстую иглу и с ее помощью принялась за дело. Венко рядом сел, напряженно наблюдая, кот тоже устроился поблизости и не сводил своих круглых глаз с Велькиных рук.

— Если не успе-е-ешь, оста-а-анешься тут, — сообщил кот Вельке некоторое время спустя, — пусть на поляне этой мыше-е-ей нет, зато хозя-я-яйка у меня будет!

— Умолкни уже, рукавицы! — с досадой рявкнул Венко и швырнул в кота куском деревяшки, тот ловко отскочил и снова уселся как ни в чем не бывало.

— Она-а-а останется, а ты иди себе про-о-очь, мы друг другу не нра-а-авимся! Ищи себе другую хозя-я-яйку!

Венко глянул на животину так, словно ему не терпелось приступить к выделке рукавиц немедленно.

— Дай мне попробовать, — он протянул руки к Велькиной работе, — может, я быстрее смогу. Я сети умею вязать!

Девушка отдала ему пряжу, но скоро забрала обратно, и Венко не возражал — у него эти проклятые нитки не распутывались совсем…

У Вельки работа продвигалась, но как же медленно! Пока получился лишь маленький клубочек распутанной пряжи. Тут хоть бы до утра успеть, не то что до темноты!

— Такое бы да сжечь, а за это время втрое больше напрясть! — сказала Велька в сердцах, и…

Сердце ее сильно стукнуло в груди.

«Не всюду, придя в гости, хозяев дожидайся».

Они и не стали дожидаться. Нет тут, похоже, хозяев, ее вон в хозяйки сватают.

«Не сиди долго над пустой работой».

А она что делает? Не пустая ли это работа, которую к тому же и закончить некогда? Не нужна ведь никому эта шерсть! Может, чтобы освободить Иринея, достаточно ее просто сжечь?

Велька быстро встала, отряхнула ладони, потерла их, собирая силу, и бросила клубок огня в шерстяной колтун.

— Что ты делаешь? — так и подскочил Венко.

— Покончила с пустой работой! — объяснила Велька и, поскольку шерсть загоралась неохотно, добавила еще огонька.

Скоро от заклятья действительно осталась лишь горстка пепла.

— Спра-а-авилась, — грустно подтвердил кот, — догада-а-алась, жа-а-алко! Ну ладно, будешь мимо проходить, так загля-я-ядывай! — Он повернулся к гостям хвостом, давая понять, что в дальнейших разговорах смысла не видит, и не спеша скрылся внутри клети на пне.

— Приберем-ка тут сор, все равно ничего толкового не осталось! — Велька, собрав в ладонях еще несколько огненных клубков, сожгла и ларь с негодной пряжей — исполненные заклятья горели ярко.

— Значит, выживет теперь Ириней? — уточнил Венко.

— Выживет, — уверенно сказала княженка.

Всякие сомнения ушли, теперь она точно знала, что дело сделано. Получилось. Потому что появилось то самое, давно знакомое уже ощущение света и тепла в душе, которое сопровождало всякую удавшуюся ведовскую работу. Да и кот подтвердил!

— Умница ты моя! — Венко притянул ее к себе, крепко поцеловал. А когда нехотя оторвался от Велькиных губ, вдруг добавил: — Вот недаром мне коты всегда не нравились!

— Пора нам обратно, — Велька засмеялась, так легко ей стало и хорошо.

— Пора, — согласился Венко, — а куда идти, знаешь?

— Не знаю, — она огляделась по сторонам в поисках путеводного клубочка, что привел их сюда, но тщетно, тот исчез, — но отсюда уходить надо…

Что уходить надо, она не сомневалась. Эта полянка, на которой не водятся мыши и кто знает, кто еще не водится, и птиц не слыхать, эта клеть, что весь свой век глядела дверями в потустороннее и только теперь любезно повернулась, впустила, дала взять, что надобно. И хозяйку нужно было не ждать…

Это она, клеть лесная, ждет свою хозяйку.

Другие ведуньи тоже сюда приходили, неужели все с работой справились, никому не пришлось остаться?..

Нет, уйти, уйти отсюда, и поскорее, пора уже.

— Пошли, люба, — Венко обнял ее одной рукой и, крепко прижимая к себе, повел по слабо видной меж деревьями тропинке.

То ли по ней шли они сюда, то ли не по ней — это Велька, которая выросла в веси посреди леса и дорожки помнить и находить умела, не могла бы сказать точно.

— Кудес надо слушать, — вспомнила она последний наказ Чары, — вот услышим и тогда дорогу найдем.

Не было слышно в лесу кудеса. Зато и от тишины той, что на полянке, они скоро ушли, снова звуки лесные кругом появились, лиса прошмыгнула, и белка рыжая спустилась по стволу и с любопытством их, незнакомцев, разглядывала.

Непуганая белка. А может, и не белка.