Из грязи в князи (СИ) - Мазур Степан Александрович - Страница 23

Андрен хватал ртом воздух, не в силах надышаться. Но дух пропал. Магик лишил его связи с чем-то на земле. Существо растворилось в воздухе, как будто и не было никогда. После себя оставило на прощание лишь жуткие воспоминания и холод на шее орка. Орк поднялся сначала на колени, потом привстал, тут же свалился, но снова заставил себя подняться и прошёлся к костру. Непослушные руки сгребли в кучу хворост.

— Хомо, кремень! — Крикнул орк.

Чини пробралась до сумки, извлекла из кармашка кремень и закинув на спину, потащила зелёному другу.

Грок трясущимися пальцами зачиркал кремнем. Высеченные искры падали на щепки, но из-за росы те порядком отсырели и не желали загораться.

Чини подбежала, запричитала:

— Ему нужно согреться!

— Я стараюсь! — огрызнулся орк. Но пальцы были как ватные, в голове гудело, а искры никак не находили за что зацепиться.

Чини в панике схватилась за собственную шерсть и выдрала клок.

— Хорошо, что у меня есть подшёрсток. — Пробурчала она и положила клок шерсти в костёр. — Зажигай!

Искры схватили белые волоски и тут же зарделись огнём. Запахло палёным. Орк поспешно стал строгать ножом самые тонкие щепки и подкладывать. Костерок робко разогнал тьму, тени заплясали. Полумесяц, который скрылся под тучами, света не давал.

Андрен привстал и пополз к костру. Попытался подняться. Ноги подкосились, волна холодной слабости прокатилась по телу. Упал и пополз вновь, по-пластунски.

Огонь нещадно дымил, слепил глаза орка, но тот упрямо подкладывал щепки, сберегая очаг. Андрен подполз и едва не сунул руки прямо в костёр. До того промёрзли холодные пальцы. Они казались обмороженными ледышками.

— Терпи, брат, терпи! Просто дыши! — Грок приложил руки к голове человека, отдавая часть своей скудной силы. У самого энергии было немногим больше.

Прямая перекачка энергии не заняла много времени. По закону сообщающихся сосудов одно тело подпитало другое. Магики знали, что этот закон работает и с отношении магических наук. Настоящие маги больше.

Через пару минут Андрену полегчало. Приятное тепло покатилось по телу. Орк же, напротив, задрожал и плотнее приблизился к костру, едва не опаляя грудь.

Так и задремали вблизи костра, оставив все вопросы утру.

Чини придирчиво осмотрела обоих, взяла в руки веточку и с важным видом сообщила:

— Ладно, теперь я за главную!

Первые лучи солнца озарили окрестности. Андрен вяло осмотрел недавнее поле битвы. От ночного гостя даже пепла не осталось.

— В следующий раз надо ставить защитные заклятья перед ночёвкой. — Буркнула Чини и ткнула в руку палочкой. — А то я так с вами не высплюсь.

— Вот и первый практический урок вне стен Академии, — хрипло сказал Грок, потягиваясь.

Андрен почувствовал, что снова засыпает, расслабленное тело требовало больше сна. Заставил себя подняться и стал разминать холодные мышцы. Каждая жилка молила как минимум о недельном сне, а желудок посылал мозгу сигналы о начале зимней спячки, урезав до предела энергию на тепловыделение.

Грок поковырялся в костре, стараясь его возобновить. Но роса, как и ночью не дала.

— Что это было, Андрен? Наш ночной гость. Жуть полная. Ладно бы злодей какой лицом к лицу, я бы не испугался, а так порядком струхнул. Бестелесная тварь опаснее ножа в спину.

Андрен поскрёб щеку:

— Духи воплощаются в полнолуние. Ты не помнишь, вчера было полнолуние или нет?

— Не помню, я уснул раньше, — протянул орк. — Будем беречь силы и на ночь. Это не стены Академии. До последнего не потренируешься. Возьмут тёпленькими.

— Так тому и быть, — добавил Андрен, глядя как умывается Чини. — Давай я займусь костром. Наруби щепок.

Грок взялся за топор, поднял полено и застыл. Под поленом оказался большой чёрный нож. Рукоятка сгорела, но лезвие после первого же протирания о штаны оказалось острым, а сталь качественной.

— Так вот зачем ваш грозный дух воплотился! Тоже мне добыча, — буркнула Чини и залезла обратно в карман. — С вам орешки. Я на боковую.

— Грок, не трогал бы ты его! — Постерег Андрен. — Мало ли… Может, он проклят? Духи просто так не приходят.

— Нож можно почистить. Если проклятье слабое, то обычного природного ритуала хватит. — Напомнил орк. — Попробуем?

— Действуй, всё равно ничего не теряем. Только время, которого и так нет.

Вдвоём снова натаскали дров, развели костёр и сунули лезвие в пламя. Подкинули сухого хвороста.

— Температуру повысит быстро. Я добавлю. — Пообещал Андрен. — Давай, призывай силы Природы. Ты природников лучше понимаешь.

Грок кивнул и начал читать заклинание. Вдвоём совершили небольшой ритуал. Нож из чёрного на костре стал менять цвет. Медленно серел, светлел, словно сбрасывал старую кожу. Лезвие приобрело светлый металлический оттенок, словно железо напитали молоком.

— Что за дивный металл, который светлеет в костре? — Удивился Грок.

— Не знаю, но думаю, что получилось, — ответил Андрен и протянул лезвие орку. — Держи. У меня есть нож Хомо.

Грок кивнул. Нож лег в руку, вписавшись в изгибы ладони, как литой. Словно с благодарностью признал нового хозяина. Он был метательным.

— Вот и первый трофей. — Изрёк Андрен. — Только от этого трофея желудок сытнее не станет.

— Это мы ещё посмотрим. — Грок без замаха метнул нож в ближайшее дерево. Тот прорезал воздух и воткнулся лезвием в самую середину. Но не лезвием, а рукояткой.

Орк вытащил нож из ствола, взвесив на руке:

— Баланс надо рукояткой уровнять. Вырежу новую. Есть идея.

Грок всё утро возился с рукояткой, вытачивая из дубовой ветки рукоятку, которую скрепил лентой из волос. Андрен впервые увидел, как красные волосы орка на боевой косичке друга расплелись. Передняя половина черепа орком всегда брилась, а позади волосы собирались в ленту так плотно, как будто их не было. И теперь Грок имел непривычный вид. С ним он и исчез в кустах, а через четверть часа притащил пронзённого зайца.

Нож взял первую кровь.

Сам Андрен за это время доделал лук, который вчера начал орк, да бросил на полпути. Но для тетивы ничего подходящего не нашлось. Нить с накидки ушла на силки, которые рассчитывал ставить на ночь по звериным тропам.

Грок разделал зайца и сварил суп. Шкуру решили оставить под транспортировочную сумку для Чини.

— Нужен зверь покрупнее, чтобы из жил для лука тетиву сделать, — прикинул Андрен.

— Оленя найдём, будет тебе лук. А лучше тура.

— Но на нормальные стрелы не рассчитывай. Оперения я сделаю из перьев почти любой птицы, а вот деревянные наконечники далеко летать не дадут.

— На двадцать шагов — и без мяса мы не останемся.

Мясо пришлось по вкусу, хоть и было жестким. Голод не тетка — съели все, что было в котелке. Блаженная сытость навалилась такая, что в путь тронулись лишь ближе к обеду. Чини досталось лишь пара орешков.

В какой-то момент Грок откинул последнюю кость, вытер руки о штаны и задал самый интересный вопрос дня:

— Слушай, а где дорога?

— Ты за зайцем с ножом бегал, а теперь спрашиваешь где дорога?

— Но вчерашних ориентиров нет!

Андрен осмотрелся как в первый раз, удивлённо покачал головой.

— Так, мы пришли оттуда, значит дорога там. Или нет? Мы прошли здесь? Значит там? — Палец тыкал в разные стороны. — И точно, нет.

— Это что получается? — Подала голос Чини. — Ночное сражение сместило лагерь дальше вглубь леса?

— Прощальная шутка духа. — Добавил Андрен.

— Как бы то ни было, идём на запад по солнцу, а там и выйдем куда-нибудь, — бодро подскочил Грок.

— Да, главное идти. — Согласилась Чини.

Путь продолжился через лес. С сытым желудком хмурые мысли ушли, мир вокруг казался светел, чист и прекрасен. Чини долго пугали все сторонние звуки, но через пару часов успокоилась. Послышалось размеренное сопение.

По пути собирали ягоды, травы, варили в котелке, промышляли охотой. Андрен сладил лук, спалив оленя фаерболом. А когда попадались небольшие ручейки и речки переходили вброд ил, переплывали на плоту. Андрен показал Гроку, как ловить рыбу без сетей, нитью с мухой. Недаром провёл всё детство у реки. А сам охотно учился у орка охоте. Оказалось, что силки ставить не так просто. А вот стрелять из лука без металлических наконечников можно было легко, но безопасно лишь по не крупному зверью. Когда нарвались на медведя, деревянные стрелы ему оказались нипочём. Без магии косолапый легко бы расправился с молодыми лесниками. В целом житейский опыт подтверждал себя гораздо лучше полученных академических знаний. Учились друг у друга.