Красная книга начал. Разрыв (СИ) - Владимиров Дмитрий - Страница 78

   - Я бы так и поступил, - тихо ответил Орест. - Но, каков наш выбор? Есть вещи, которые ты можешь изменить, а есть те, с которыми ты должен смириться.

   - И что делать?

   - Верить, малыш, - правая рука оставила рукоять меча на миг, взъерошив непослушные волосы мальчишки.

   - А если этого будет недостаточно?

   - Веры не бывает недостаточно, она либо есть либо нет ее.

   - Но ведь кто-то верит сильнее, глубже что ли? - не унимался пацан.

   - И?

   - Ну так может, кто верит слабее и его веры недостаточно.

   - Для чего?

   - Нууу, - протянул ученик, - ...не знаю... Для того, чтобы изменить мир.

   - Значит, то была не Вера, - отрезал Орест, - Может это была лишь уверенность.

   - А в чем отличие?

   - Уверенность порождена знанием, а знание не может быть истинным или абсолютным, оно есть сейчас лишь, как вариант бытия. Вера же всеобъемлюща, она не объясняет Мир, а создает. Знания могут быть посрамлены аргументами, а Вера нет.

   - А твоей веры хватит?

   - Конечно, - не спрашивая на что, ответил Орест.

   - Даже на тварь?

   - Даже на тварь.

   - Так ты непобедим?

   - Непобедимых не бывает. Даже Боги подвержены поражениям. Кто-то встанет после, кто-то не сможет, но непобедимых нет. Есть пока непобежденные. Внимание! - бросил Орест команду.

   Мальчишка сразу спрятался за спину Палача. Занимая свое особенное место в построении, вперед выдвинулся Север. Мирослав и Марий прикрыли ему плечи. Оставался последний рывок перед укрепленной дверью, ведущей в варварское крыло. Там, не известный никому более, есть незаделанный лаз в подземелья, которым можно спокойно и безопасно пройти до берега Барсуата.

   Остался последний поворот, последний перекресток. Орест знал, что именно там собрались те силы мятежников, которым дали особое задание. Задание - лишить Империю правителя. Было бы просто глупо не использовать это место для засады.

   С улицы уже давно слышались крики и звон стали. Пару раз неуверенно хлопнул пистоль. Через миг дворец сотрясся от ответа взрыв-пакета. Бомба была не очень велика и, кроме посыпавшейся с потолка побелки и дребежащих стекол на галерее, отряд помех не встретил.

   Они шли вперед и уверенность Ореста в засаде разгоралась все сильней.

   Конечно, зачем тревожить добычу, если она сама идет в ловушку. Но всякий охотник должен знать: самому превратиться в жертву очень легко.

   Короткая команда и длинный коридор, ведущий к тому самому перекрестку, начал ускоренно отбивать в пятки. На выходе обязательно будет засада. Орест уже отсюда слышал негромкое дыхание мятежников, слышал скрип взводимых самострелов. Что они придумали для Красного Палача?

   Север поднажал, вырываясь вперед. Марий вскинул щит, прикрывая его слева. Из конца колонны, не ломая строя, переместился Будимир, прежде прикрывавший тыл. Он как и Север был в самом тяжелом доспехе. Уже вырываясь плечом к плечу из портала прохода, воины испустили леденящий душу вопль, призванный обескуражить и ошеломить противника. Маневр оказался вполне успешным: половина болтов не попала даже в доспех, щедро высекая искры из потемневших от времени стен.

   Взрезав щитом нестройные ряды заговорщиков, ,действительно устрашенных громогласным воплем, создав брешь в защите, куда неспешно, как кавалер, готовящийся пригласить даму на круг вальса, шагнул Орест.

   Не все самострелы оказались разряжены после атаки Севера, но короткий щелчок не ознаменовал роспуска алого цветка в груди воина. Немыслимо извернувшись, Орест пропустил болт подмышкой, легонько задев краем щита хвостовик, отчего снаряд закувыркался с долгим звоном.

   Все взгляды заговорщиков сплелись на Оресте, а тот, нарочито медленно поднял руку, снимая берестяную личину.

   Лишь в крайних случаях он позволял себе подобное, только в кругу близких людей. Даже самые преданные советники Императора никогда не видели его без маски. А еще он сам распускал сотни слухов, о том, что увидевший его лицо человек обязательно умрет страшной мучительной смертью. Орест улыбнулся, видя замешательство на лицах заговорщиков. Несмотря на свое численное превосходство, они столпились в углах,перекрыв все переходы но не спешили наступать.

   - Вперед, твари! - послышался крик из глубины прохода, - Это всего лишь человек. Дам десять тысяч толаров принесшему мне его голову.

   Из глубины перехода, ветвясь и потрескивая, выплеснулся разряд молнии. Обойдя мятежников, не заметив Севера с Будимиром,прижавшихся к стене, она всей своей сокрушительной силой впилась точно в центр нагрудника Ореста, и спала безвольными искрами, оставив после себя лишь запах озона.

   - Вера, - улыбнулся Орест, делая шаг вперед, - Меняет реальность, - после

сдвига

ему нужна была тысячная доля секунды, чтобы опомниться, скинуть широким веером алых брызг щедро запятнавшую лезвие клинка и подточенный край щита влагу.

   Три тела грузно осели, разваливаясь на части и орошая товарищей потоками крови.

   Орест специально убивал тех, кто стоит глубже в толпе, чтобы временно выжившие понимали: спасения нет и только бегство может продлить их дни.

   Единственное чего не учел Красный Палач - ужаса, ужаса придавшего толпе силы. Они слишком сильно поверили в то, что им не спастись.

   Была ли то ошибка самого Ореста, или стечение обстоятельств, но мятежники, подбадривая себя громкими криками, бросились в атаку.

   Обернув вокруг себя реальность, Орест раскрутился ловя пространство за созданную им самим складку. Рядом, куда менее изящно, но не менее эффективно, свершил сдвиг Север. Вырвавшись на простор, он раскрутил свой ужасающий фламберг, стараясь больше калечить, чем убивать.

   Вот, поддаваясь напору воинов, мятежники расступились, пропуская отряд к тяжелым дверям.

   Император, отирая окровавленный меч специальной тряпкой, неспешно проследовал по страшному коридору.

   Прозвучал щелчок спускаемой тетивы и Орест, сдвигая пространство, самыми кончиками пальцев ухватил болт за хвостовик. Остановил,теряя ногти, не давая ему погрузиться слишком глубоко в податливую плоть. Успел? Или опоздал?

   На половину длины тонкой ковки стрела все же проникла в плоть Императора. Пустяк? Но отчего тогда правитель Империи, закатив глаза, осел на пол. Яд или магия? Собравшись, Орест рванул болт на себя, выдирая с мясом, подхватил на руки, потащил обмякшее тело. Рядом суетливо затыкал рану правителя облитый кровью мальчишка.

   - Красный Палач убил императора, - послышался крик из толпы мятежников, - Варвары напали на Императора!! Смерть дикарям!

   Досадливо поморщившись, но отдав должное своевременности лозунга и прихотливости человеческого ума, Орест бросил, уже понимая, что ничего не добьется этим: "Убейте всех".

   Неизвестно, как сложатся события далее, будет ли Народ сражаться с Империей вместе, плечом к плечу, или станут по разные стороны, но сегодня он подвел своего брата. Быть может, все же, веры бывает недостаточно?

   ***

   Сатхи двигался неторопливо, обходя ловушки и капканы, несмотря на все опасения нор Амоса, он достаточно хорошо запомнил их расстановку. Но, тем не менее, жнец все равно окутался функцией. Позади в коридорах свистело и грохотало: тварь явно вкусила сполна подарков Альбина. Если раньше жнец думал сойтись с искажением в коридорах древнего колизея, то теперь он, отбросив эту мысль, продвигался к выходу. Пусть тварь насладится сполна, а там поглядим, да и на просторе жнецу будет сподручнее.

   Наконец, коридоры остались позади и он, морщась от резанувшего по глазам света, выбрался на арену цирка. Поискал взглядом парочку, отметил, что они не стали дожидаться на виду, а укрылись за обломками. Помахал рукой Альбину, поискал глазами Данте, который накануне прибыл вместе со своими помощницами.

   Дворянин не стал их близко знакомить буркнул только, что они помогут. Сатхи не очень понравилось подобное развитие событий, но отыгрывать было уже поздно. К своему изумлению ни Данте с ростовым луком-чудовищем - когда жнец узрел его, то не поверил, что толстячок сможет хотя бы натянуть тетиву;- ни девчонок со странными голодными глазами и многозначительными ухмылочками, коими они щедро одаривали дворянина, явно замечая, как от этого портится настроение Кары, жнец не смог засечь.