Красная книга начал. Разрыв (СИ) - Владимиров Дмитрий - Страница 48

   - Что так невесело?

   - Нет, ты не подумай, я благодарен им всем. Просто теперь каждый жаждет увидеть результат своих трудов. И надо отметить, что их чаяния несколько разнятся. А мне приходиться крутиться, как уж на сковороде, дабы не разочаровать никого да и себе кусочек воли оставить.

   - Понимаю, всем не угодишь, но ты..

   Площадь дрогнула, прокатилась по брусчатке волна, подбросив дисперсию в воздух. На этот раз все произошло быстро, не тихий взлет, а миг, и взвесь облаками закружилась вокруг веселого дома.

   Альбин со Стэном вскочили, бросились к пожарищу, где уже в спешном порядке распаковывали свои наборы писари. Стараясь смотреть сразу во все стороны они ждали пока из мутных облаков образуются понятные фигуры. И это случилось.

   Взвесь заклубилась, словно огромный занавес, потревоженный выходящим на сцену конферансье. Там, где ранее был дверной проем, сформировалась фигурка миловидной девицы, со смехом выходящей из облака тумана, что клубился сейчас на месте разрушенного строения. Вот она обернулась к проему, помахала кому-то рукой и порскнула в сторону, расплываясь в клубах дисперсии.

   - Женщина, среднего росту, возраст около двадцати лет, волос темный, зеленое с вышивкой платье.. - забубнил себе под нос писарь, строча в объемистой тетради.

   Альбин поморщился, отступил на шаг, дабы не заслонять обзор, всмотрелся. Туманные образы и фигуры, некоторые четко сформированные из разноцветья порошков, некоторые лишь обозначенные контурами, входили и выходили, скользили мимо, ненадолго останавливались или заводили долгие степенные разговоры. За каждой фигуркой следили внимательные глаза писарей, каждая оценивалась, охарактеризовывалась и заносилась в объемистые тетради. Вот очередной клубок тумана преобразовался в высокого мужчину с холодными, водянистыми глазами. Протянув руку к отсутствующей двери, он, вдруг, отпрянул, отпрыгивая в сторону. Ему навстречу вышел молодой человек, немного выше среднего роста с задорным взглядом серо-зеленых глаз, с убранным в дворянский хвост волосами и длинной шпагой на поясе. Протянув руку, молодой заговорил с высоким, но тот отмахнувшись, шагнул в стену тумана. Молодой еще некоторое время смотрел ему в спину, затем, круто развернувшись на месте, отправился восвояси. Сделав пару шагов он развеялся подобно остальным призракам, выйдя из зоны действия заклинания.

   Снова рябь, клубы тумана закрутились быстрее. Быстрее задвигались и люди, чьи отражения нашли вторую жизнь под куполом из тени. Теперь писари строчили уж вовсе лихорадочно. Оглянувшись Альбин отметил, что записи ведут не все служители. Часть, явно отдыхая, внимательно следит за товарищами, готовясь подменить уставшего сослуживца. По команде Стэна произошла смена. Только что яростно строчившие писари, завершив описание последних из курируемых отражений, уступили место свежим коллегам.

   Совершив довольно точное подобие караколя, первая партия служителей разминала уставшие пальцы, проводила ревизию и заправку пишущего инвентаря. Некоторые вносили дополнительные правки в тексты списков.

   - Что это? - Альбин обернулся к Стэну.

   - Ты о чем?

   - Все ускорилось.

   - Судя по всему, маги взяли глубокий съем. Не сидеть же нам тут до следующего утра. Вот и ускорили, так сказать, воспроизведение.

   - Ясно, похоже мы все равно тут надолго. - тихо произнес юноша, ища взглядом свободное место, чтобы присесть, никому не мешая.

   Маги еще раза два ускоряли время, но тем не менее, по ощущениям нор Амоса, полдень давно прошел, когда стена тумана, затянувшая проемы в полуразрушенном здании, заколыхалась, массово выпуская из себя все новые и новые фигуры. Писари работали уже все, мигнуло и фигурки замерли. Потом, словно оттаивая, задвигались чуть быстрее, но все равно медленно, словно мухи в клею. Маги вновь подстроили течение времени: теперь оно шло всего в два раза медленнее обычного. Наконец, поток фигур иссяк.

   Альбин разочарованно уставился на стену тумана, прикидывая, что будет делать дальше.

   Писари начали сворачивать свои принадлежности. Явно не ожидая новых событий, отвернулся от борделя и Стэн. Вдруг, из тумана выпрыгнула странная фигура: придерживая полуоторваную руку, без шляпы, с обгорелым, искаженным болью и яростью лицом.

   Альбин мгновенно узнал господина, с которым столкнулся всего сутки назад в дверях этого самого борделя. Примечательно было и то, что несмотря на замедление времени, высокий господин двигался чересчур стремительно. Миг, и он растаял, выйдя из области заклинания.

   Альбин в нерешительности замер. Похоже ни Стэн, ни вся его команда писарей даже не заметила убежавшего отражения. Альбин уже собирался окликнуть капитана, когда стена тумана выплюнула из себя еще одного человека. Невысокий, суховатый, но не хрупкий. Его движения также размазывались в пространстве, дисперсия не успевала преодолевать сопротивление воздуха. Он секунду постоял на пороге веселого дома, глядя вослед искалеченному беглецу, сделал шаг за ним, и, вдруг, развернулся и снова пропал внутри здания. Прошло еще пару долгих минут прежде, чем он явился снова, промелькнув перед оторопевшим юношей, растворился. Только память Альбина, закаленная долгими годами тренировок, еще хранила образ бегущего мужчины, несущего на плече обмякшее тело молодой девушки в мужском платье.

   Еще долго простоял нор Амос перед развалинами веселого дома. Маги уже убрали дисперсию, собрав ее в огромные кучи. Откуда потом служители, погрузив ее в мешки, увезут на сортировку. Пропал, замигав огромный купол, впуская на площадь вечер с легким ветерком и гомоном засуетившихся стражей.

   Он стоял, выстраивая в голове образы странных людей, формируя их в мозгу, создавал оттиск в памяти. Очнулся он лишь когда измотанный штабс-капитан хлопнул его по плечу:

   - Чего замер? Призрака узрел что ль? - голос Кодара был тихим и уставшим.

   Альбин встрепенулся, допуская к своему разуму действительность:

   - Похоже что так. Извини, мне надо бежать, - он порывисто стиснул протянутую ладонь и направился на запад.

   В голове юноши гулким басом грохотало: "неправильно тренируешься - без груза бегаешь", снова и снова. И изредка, разбавляясь все тем же басом: "..с девкой на плече...бежал будто отдыхая..".

   Опомнившись, юноша остановился, огляделся, узнал возившего его с утра извозчика, сейчас отдыхавшего с краю площади. Взлетев на подножку назвал адрес, отправляя вслед за приказом целый толар. Пролетка тронулась стремительно, прижимая нор Амоса к сиденью, и уже через четверть часа юноша держал в руках копию утреннего отчета воротной стражи.

   Сверяя описание с выстроенной в памяти моделью, Альбин пришел к выводу, что прежде, чем появиться у ворот, мужчина с девушкой на плече побывал в горящем веселом доме.

   Неизвестно была ли эта парочка, сбежавший мужчина с искалеченной рукой и его преследователь унесший неизвестную девицу, причастны к гибели Слизня, но Альбин справедливо предположил, что подобное имеет очень большую степень вероятности. Неизвестная девушка тоже вызывала определенный интерес. Была ли стычка в борделе из-за нее, являлась ли она определенным призом, или просто невольным участником событий. Вопросы роились в сознании множась и будоража. Ответы лишь предстояло найти.

   Достав из шкафа чистые листы, юноша спешно набросал подобие отчета - его он завезет леди Сар по пути к юго-западным воротам. Световой день уже подходил к концу, но юноша планировал успеть к вечеру добраться до Перекопа - небольшой деревушки в половине перехода от столицы. Можно было бы арендовать коня, но после захода солнца он станет скорее обузой, чем реальным подспорьем. Быстро собрав дорожный мешок, переодевшись в походное платье и вооружившись по максимуму, но так чтобы не чувствовать себя вьючным мулом, Альбин выскочил из дома, предупредив хозяйку, что ближайшие дни его, возможно, не будет.

   Все тот же услужливый извозчик, причмокнув губами послал лошадь мелкой рысью. Задвигались ускоряясь дома, прошумела ветвями черной ольхи улица, на прощанье подкинув пролетку на неглубокой выбоине.