Проект Орион (СИ) - Гришин Макс - Страница 117

   Стало тяжело дышать. Ему не хватало воздуха. Ему не хватало простора. На планете, где он был один, ему становилось тесно. А что если этот корабль заодно с Хью? Что если его разваливающееся, покрытое ржавчиной, как какой-то опухолью тело и Хью это одно целое? Что если они вместе залезли в его голову и сидят там, топчутся, справляют нужду? Именно нужду! Да! Они срут в его голову, вымывая оттуда все ценное и оставляя лишь дерьмо! - он ударил себя в ухо, не сильно, а так, чтобы выбросить эту дрянь из головы, чтобы корабль и Хью выскочили оттуда и пошли к собачьим херам, чтобы... Но заскрипела дверь и он вздрогнул. Кто это? Кто пришел к нему? Хью?!

   - Пришел опять, сученок?! - заорал он, прыгая на пол и ища в потемках пистолет. Если надо будет сделать еще одну дырку в этой башке, он сделает ее, но... Это он держал дверь, он пытался ее открыть!

   - Куда ты пошел?! - услышал он явно и отчетливо, услышал так, что тело его вздрогнуло гораздо раньше того, как сознание обработало услышанное.

   - Ты?..

   - Я!

   - Ты мертв! Ты сдох! Твоя башка разлетелась на мелкие куски. Я видел это! Я сам видел это! Мы собирали с Линой остатки твоего дерьма со стен и пола! Тебя нет. Слышишь?! Нет тебя!!!

   Но он был. В темном углу что-то зашевелилось. Что-то бледное. Это было лицо. Его лицо! Виктор узнал очертания его скул, его носа, волос, его белые зубы, растянутые в злорадной улыбке. Он шел к нему. Пистолет уже был в его руке. Он целил ему в лоб, прямо между глаз. Еще мгновение, еще секунда и он выстрелит, и голова его, "моя голова!", разлетится как голова Хью, как арбуз в который дети ради шутки засунули петарду и подожгли.

   - У меня для тебя плохие новости! - его сиплый голос пронзал тишину. Казалось, что он звучал со всех сторон. - Я есть, я был и я всегда буду! Корабль этот мой! Я здесь главный, не ты! Я!!!

   Виктор с силой дернул на себя дверь и бросился прочь. Он повалился на влажную землю и тут же вскочил на ноги. Темно! Кругом было темно. Тут должен был быть день, чертов день, с солнцем, с облаками на небе, но была ночь, по-прежнему была эта чертова ночь, как будто он спал там не несколько часов, а сутки, как будто он уже спал там целую вечность. На небе висели яркие звезды. Стоял мороз. Было холодно и пар струей вылетал из его открытого и тяжело дышащего рта.

   - Нет тебя, тварь! Нет! - заорал он, обращаясь к Хью, который стоял в дверях. - Я сам закапывал твое поганое вонючее тело в землю! Ты... ты там, ты до сих пор разлагаешься, тебя черви жрут, понимаешь! Хотя нет! Подожди! Подожди, твою мать! - заревел он еще сильнее (ему почему-то показалось, что Хью начал удаляться от него). - Здесь нет червей, ты просто гниешь, как... как дерьмо! Иди нахер из моего корабля, иди нахер к себе обратно, в могилу!

   Обезумевший, он вдруг вскочил на ноги и куда-то побежал. Но пробежав несколько метров, он остановился. Он бежал не в ту сторону. Куда он вообще бежал? - А! - прокричал он вдруг, будто вспомнив. - Я тебе сейчас покажу, твою мать! Я тебе все сейчас покажу!

   Ломая кусты и ветки на ходу, падая и снова вставая, он побежал к двум большим деревьям, между которыми, уже примятая дождями и заваленная упавшими листьями, виднелась могила Хью. Во мраке, освещаемом лишь звездами, она была похожа на какую-то большую черную кляксу; все, что осталось от этого существа, которое сейчас каким-то образом из того мира пытается лезть в его голову. Виктор подбежал к могиле и на секунду замер, осматривая насыпь под ногами. Она была не тронута, никаких следов того, что кто-то вылез из нее совсем недавно. Но так и надо! Так и должно было быть!

   - Что ты делаешь?! - сиплый голос Хью звучал совсем рядом. Он стоял напротив, с другой стороны этой могилы и наблюдал за Виктором. В руке его был пистолет, но в этот раз он был опущен вниз.

   - Я... я!.. Я хочу нассать на твою могилу! - прокричал Виктор, обрадовавшийся свой внезапной и глупой мысли. - Да! Да-а-а! Стой и смотри, сукин сын! Смотри! - он полез в штаны, но молния не слушалась. Тогда он рванул ее с такой силой, что она затрещала. - Смотри и не вздумай уходить! Да! - он достал из ширинки член, схватил его в кулак и, будто это был пистолет, которым угрожал ему Хью, направил его на приведение. - У меня тоже есть пушка! Смотри! Смотри! - струя прыснула вниз, на черную землю могилы. От нее пошел пар, понимаясь вверх тонкой струйкой. Виктор справлял нужду медленно, продлевая удовольствие. Он смотрел в глаза Хью, в них он видел лишь пустоту и мрак. - Смотри! - проговорил он уже тише, закончив свои дела, но продолжая тыкать членом в уже еле различимую фигуру перед ним. Моча размыла его формы, и Виктор видел его уже с трудом. - Ты никто! Ты пустота! Ты ничто, ты... ты обсосанная могила. Да, ты обоссанная могила! Мистер обсосанная могила! И все! И больше ничего! Ты думал, что ты Бог?!! Бог, твою мать!!! - засмеялся он вдруг так громко, что голос его разнесся эхом по всему лесу. - Разве Бог гниет в земле?! Разве Бога можно обоссать? Деньги! Говоришь у тебя были деньги, ну и где твои деньги теперь, мудило? Где твои дома, твои яхты, твои шлюхи в дорогих украшения?!! У меня этих денег не было никогда, столько, сколько у тебя по крайней мере, но ты... ты теперь лежишь там, внизу, обсосанный с ног до головы, разлагающийся на фекальные массы трупачина, а сейчас стою здесь, живой, пока еще живой и... и ссу на твою могилу! - в порыве бешенства Виктор ударил ногой по пригорку земли. Ему показалось это мало и он ударил еще раз и еще. Он бил по ней ногой до тех пор, пока не почувствовал сильный запах смрада, до тех пор, пока не появились очертания разлагавшегося трупа. Наконец дыхание сбилось. Тлетворный запах еще сильнее сдавил грудь и он, запыхавшись, отошел на несколько метров и рухнул на колени. Пар с хрипом вырывался из груди, улетая куда-то вверх, в бесконечное пространство, к звездам.

   - Любишь ты издеваться над мертвыми... - услышал он чей-то другой голос рядом. Голос показался ему знакомым, но это был не Хью. Это был уже Кораблев.

   - Не люблю, - проговорил Виктор тихо и уже спокойно, - просто этот мудак сидел у меня тут, - он поднял грязную руку и пальцем ударил себя в лоб, - и я показал ему его настоящее место. Ведь его здесь нет... Никого нет. И... и тебя тоже нет!

   - Мы перешли на "ты"? - Кораблев почему-то засмеялся. Виктор поднял взгляд и посмотрел на его очертания при свете звезд.

   - Простите, - проговорил он тихо. Уважение к этому человеку сохранялось у него даже при таких обстоятельствах, - вы. Вас нет!

   - Да, впрочем, обращайся как тебе больше нравится. Не хочу злить тебя, меньше всего мне надо, чтобы ты начал бегать тут по земле в поисках моей могилы, чтобы сделать что-нибудь вроде этого. Однако, - Кораблев протянул ему руку, - холодно становится, пойдем внутрь.

   Виктор взял его руку и послушно приподнялся. "Чья это рука?" - подумал он, но тут же увидел, что это была ветка какого-то небольшого деревца, которое стояло рядом. Значит он еще не совсем спятил, значит он может еще отличать реальность от бреда.

   - Пойдем! - снова окрикнул его Кораблев и Виктор послушно побрел к кораблю.

   - Не туда, куда же ты?

   Виктор остановился и послушно осмотрелся. Он действительно шел вглубь леса, корабль был позади. Но перед ним, в нескольких десятках метров, в тумане, увидел он вдруг очертания людей. Их было много, десятки, может сотни фигур стояли и неподвижно смотрели на него. Виктор встряхнул головой. Трюк, который иногда помогал ему привести себя в чувство. Но они никуда не делись, они стояли, он смотрели на него!

   Сзади послышался хруст ветки, Виктор вздрогнул и оглянулся. Это был Кораблев. Неспешно, он подошел к нему и остановился рядом. Он тоже видел их, он тоже смотрел на эти фигуры вдалеке.

   - Кто они? - тихо спросил у него Виктор. Дышать стало тяжелее. Он должен был бежать, должен был закрыться изнутри корабля и ждать, не входя, ждать... ждать... ждать! Но близость Кораблева, как старого друга, давала ему какую-то странную смелость. И он оставался. Он смотрел на эти неподвижные в полумраке очертания.