Космофлот: война и миры (СИ) - Чародейкин Андрей - Страница 81

Поле космодрома было так хорошо освещено, что казалось светящимся, а разряженная атмосфера Ньютона не могла скрыть звёзды даже 'днём'. Гордый ударный броненосец изящно и плавно поднялся из светящейся чаши космодрома в тёмное и усеянное звёздами небо. Заложил разворот, врубил маршевый, и стал набирать ускорение, что бы нагнать эскадру, и вернуться в строй.

Константин украдкой смахнул слезу.

- Простите, уважаемый, - обратился Виктор внезапно осипшим голосом к ближайшему местному. - Подскажите, где тут у вас магазин гражданской одежды, пожалуйста.

- Конечно, если господа желают, мы подождём, - закивал местный, и указал рукой в сторону лестницы - Все магазины сосредоточены в главном куполе.

- Подождёте? - переспросил Константин.

- Мы на сутки отложили старт нашего грузовоза ради вас, - местный снова с улыбкой кивнул.

Парни переглянулись. Константин хотел сказать... но сдержался. Впрочем, Виктор его прекрасно понял. Ой, неспроста это вот тут!

- И куда идёт ваш грузовоз? - поинтересовался Константин.

- Известное дело, - улыбнулся местный, - На Ё идёт!

- Отставить магазины! - решил Виктор. - Где тот грузовоз?

- Так на рейде ждёт. А вас ожидает шаттл. Второй шлюз, - местный показал рукой.

Парни опять переглянулись, синхронно подхватили свои чемоданы, и отправились ко второму шлюзу посмотреть. Пришли. Посмотрели. Узнали. Ещё раз переглянулись так многозначительно, что многозначительнее уже некуда.

- 'А не тот ли это паренёк...', - одними губами обозначил Виктор, не договорив: - 'которого мы на Топураге завербовали, и чужое приписное подсунули'.

- 'Точно, тот...', - движением глаз отсигналил другу Константин, не договорив: - 'которого мы старательно избегали на борту родного броненосца'.

- День добрый, уважаемые господа, - поздоровался Вацлав Бондски, одетый в неприметный комбинезон, совсем, как местные технари. - Есть работа. Господа не интересуются?

- А что за работа? - с подозрением поинтересовался Константин.

- Кое-кому из фермеров на Топураге пришло в голову вложить инвестиции в космические изыскания. Речь о фрахте небольшого судна.

- Зависит от размера аванса, - решился осторожно прощупать почву Виктор.

- О! Аванса на покупку небольшого космического корабля хватит. Аккурат на первый взнос по кредиту, - объявил обоим Вацлав.

- А...? - открыл было рот Виктор.

- Есть такой корабль на продажу, - ответил ему Вацлав слегка небрежно. - Списанный фрегат.

Константин очень выразительно посмотрел на Виктора. Очень выразительно. Некоторым надо быть осторожнее с желаниями - они, - вот ведь засада! - исполняются!

- А гражданскую одежду нам вообще надо покупать? - поинтересовался тихонечко Константин. - А то мне кажется, что наша служба...

- Непременно надо, - кивнул Вацлав.

...

#

Алугомайя: на живой планете

[неизвестная планета, неподалёку от места крушения]

Алугомайя приподнялась из липкой, вязкой, размокшей почвы. Перед ней дымился обломок обшивки. Чуть дальше, из-за холма подымался густой чёрный дым. Откуда-то Алугомайя точно знала: туда упал маршевый двигатель.

С трудом поднявшись на непослушные ноги, она огляделась: позади тёмное озеро, куда упало то, что осталось от 'Пера на ветру', развалившегося на несколько частей ещё над облаками. Под ногами был топкий берег, а дальше стеной вставал Лес. Невероятно высокие деревья гордо возносили крону ввысь, под самые облака. Нужно спешить, укрыться в корнях этих великанов.

Небеса загудели недовольно, грозно, и Алугомайя оглянулась на бегу, что бы увидать высоко в небе хищные силуэты перехватчиков кохи. Уже высаживают десант! Как быстро они! Она испытала приступ дежавю. Но отмахнулась.

На бегу быстро отстегнула и скинула шлем - откуда-то Алугомайя точно знала, что здесь можно дышать. Впрочем, если тут атмосфера ядовита, то они всё равно обречены. Запах - густой, тяжёлый, чужой - заставил дыхание сбиться. Снова приступ дежавю. Она резко остановилась. Сзади тут же навалился страх, что подгонял её бежать. Бежать! Теряя рассудок, теряя себя от ужаса! Бежать!

Алугомайя подумала, что это, должно быть, сон. Кошмарный сон. Ущипнула себя за щёку - боли не почувствовала. Было ощущение касания, тупого давления пальцев на кожу, но, кажется, в реальности ощущаться должно иначе?

Сзади раздался свист. Кохи! Команда развернуться в цепь.

Она постаралась проснуться. Очень-очень постаралась! Но ничего не вышло, наоборот: кошмар навалился животным ужасом.

Это сон! - сказала себе Алугомайя, и решила, что не станет сопротивляться сну - так будет только хуже. Лучше сну подыграть. Она побежит, но будет бежать спокойно, и будет игнорировать страх!

Игнорировать страх было не просто. Алугомайя вбежала в лес, подбежала к ближайшему дереву великану, остановилась, и осторожно протянула руку. Это уже было. Она же знает, что будет дальше по сценарию! Да, и есть ещё способ убедиться, что это - сон. Алугомайя подняла к глазам предплечье - в этом месте на скафандре индикаторы здоровья, несколько кнопок, и её имя. Во сне читать не получится - как раз та часть мозга, что складывает иероглифы в осмысленные слова - спит.

На предплечье было несколько светящихся индикаторов, и несколько кнопочек. И никаких надписей. Но они же там должны быть! Или нет?

Алугомайя решила, всё же, что надпись точно есть. В реальности. А это - точно сон! Кошмар по мотивам того, что действительно было. И она даже знает, что будет дальше!

На периферии зрения мелькнула быстрая тень, Алугомайя взглянула - ребёнок! Кто-то из детей. Хлёсткий бросок лиан - и ребёнка уже не видно. А там, где только что была широкая - как в парке - тропа, теперь колыхались переплетённые ветви. Лес прибирал её детей. Всё верно, вот только в реальности капсулы с детьми раскидало по лесу, и нашла она первого из них только через сутки!

Сзади послышался хруст веток под башмаками скафандров кохи. Алугомайя смело шагнула к древу-великану, и прижалась доверчиво к стволу, к шершавой коре. Её тут же обвили лианы, закрыла листва. Она знала, что услышит дальше, и перестала бояться.

Лес честно предупреждал их: хлёстко били колючие ветви по лицам... защищённым забралами шлемов. Кохи предупреждениям не вняли. Хуже: они стали стрелять из своих бластеров! Глупые, злобные козявочки бегали по шкуре матёрого зверя и палили из своих смешных крохотных игрушечных бластеров! Зверю стоило только лениво махнуть лапой.

Лес убил двоих самых шустрых. Быстро - только бронепластины скафандров хрустнули громко. Алугомайя ничего не почувствовала - кохи умерли мгновенно, не успев испытать боли. Лес добрый. Но оставшиеся кохи не вняли. Стали стрелять ещё злее. Лес потерял к ним интерес. И убил разом всех. Лианы скрыли с глаз хищные корпуса их машин. Потом лес выпустил Алугомайю и детей.

Всё точно, как она и ожидала! Алугомайя не боялась и не удивлялась - она знала - это лишь сон. Сон, который хотел её напугать. Теперь страх ушёл, сбежал, сон стал таять и истаял. И Алугомайя проснулась.

Она открыла глаза, и обнаружила себя там, где и должно быть: в уютном гнёздышке между корней великана на мягком мху.

- Вооо, - прошептал зелёный великан, - уже луше. Ещё сеанс, и кошма-аы пе-естанул тефя муушити.

- Спасибо! - Алугомайя поблагодарила от всего сердца. - А ты сегодня говоришь намного лучше! Потрясающе, как быстро ты учишься говорить!

- Не я. Мы. Я бы сам не смох, - прошелестело 'дерево' в ответ. - Но ховоити не слошно! Умееш смоти было слошно! Тфа века ушилша! - и кора 'дерева' сразу в нескольких местах чуть разошлась, словно веки, только вертикальные, и на Алугомайю уставились сразу с дюжину глаз! Самых разных! Посмотрели, и снова спрятались.

- Посшти-и! Не шелал пухай!

- Не хотел напугать, - поправила Алугомайя, и тепло улыбнулась. - Ты чудо! Ты два века учился смотреть? Растил себе глаза?