В плену бессмертия (СИ) - Дорошин Богдан - Страница 64

— А где падре? И девочка…

— Свалили. A la guerre comme a la guerre[4].

— Чего? — не понял послушник, вытаращив глаза.

— Забей.

— Что забить? У меня нет молота как и железных спиц, — глаза здоровяка стали еще больше. — О чем ты вообще?

Макс не ответил. Подошел к решетке, ухватился за прутья и начал толкать изо всех сил. Послушник присоединился чуть погодя, и дело стало продвигаться веселее. Все это время Сиркин был мысленно готов услышать утробное рычание за спиной, отчего напрягал мышцы изо всех сил. Но вместо этого спустя минуту увидел впереди какой-то силуэт, словно передвигалась сама темнота. Шикнув на верзилу, студент для пущего эффекта еще легонько толкнул того локтем под ребра и кивнул вперед.

— Ты видишь? — шепнул Макс, замерев. Впереди не было никакого освещения, и разобрать что происходит в той части коридора куда убежали падре и девочка не представлялось никакой возможности.

— Может они вернулись за нами?

— Прислушайся. Эти шаги… шаркающие и неторопливые… вряд ли они принадлежат нашим недавним спутникам.

— Но в катакомбах только…

— Мертвецы? — предположил Макс, холодея.

Здоровяк рядом с ним громко сглотнул, вновь зашептав молитву, на этот раз беззвучно. Они попали в безвыходную ситуацию: коридор не имел ответвлений, идти можно было либо вперед, либо назад. И если сзади их ждала желтоглазая тварь, то…

— Эркалот милосердный! — выдохнул послушник, отступая на шаг. — Они… они ожили!

Максу можно было этого и не говорить. Он и сам видел, что за решеткой, которую они так отчаянно пытались открыть, проявились страшные фигуры. Не две и не три, а десятки! Мумии из старых склепов. Они шаркали ногами, вытянув вперед руки, без глазниц, носов, ушей, с редкими космами седых волос и в почти истлевшей одежде. Были и такие, кто больше смахивал на обглоданные скелеты. Каким образом они передвигаются, понять было сложно: ни плоти, ни мышц — сплошные кости. Но в те минуты Аксиру было абсолютно плевать какая сила держит их в вертикальном положении. Молодой человек оказался в западне, и как ни старался, а выхода увидеть не мог…

Герину-Зарукки проникнуть внутрь собора так и не удалось. Не потому, что его покинули силы, а оттого, что магический фон вдруг запестрел новыми красками. Тьма, клубящаяся и густая, начала отступать под мощным напором Света, и Проклятый знал, откуда она исходит. Даже если бы все Дети Света города Арсдан объединились, выход энергии был бы куда меньше.

Задрав голову, лорд-демон в человеческом теле поглядел на небо, а точнее на ту его часть, что принадлежала Землям Скарга. Между облаков промелькнул ослепляющий луч, а в следующее мгновение мощь одного из отцов-магистров обрушилась на площадь.

Приземлился Нардан ва Цорри отнюдь не изящно, а словно булыжник выпущенный из требушета. С ускорением врезался в мостовую, а от его искрящегося кокона разошлись волны света, в буквальном смысле сжигающие умертвий дотла. Зарукки попытался выстроить многоступенчатую защиту, но энергии у Глаза не хватило, и волна святого пламени отбросила его в сторону. Тело Герина загорелось, но Проклятый не сдавался и в конечном итоге кое-как смог сбить пламя. Правда сил к тому времени уже почти не осталось. Глаз Демона едва тлел в глазнице…

Нардан ва Цорри между тем вышел из ослепительного костра магии, как всегда после таких перемещений — помолодевший до юношеского возраста. Хмуро оглядел площадь Эркалота и все те мертвые тела, что оставила после себя нежить. Но еще с большей ненавистью святой вперил взгляд в Сааваха, который продолжал подпитывать высшее заклинание Тьмы, сохраняя связь с Разломом Реальности.

Верховный лич несомненно заметил нового гостя, но виду не подал. За его спиной толпилась низшая нежить, которая теперь не рисковала сунуться вперед.

— Отродье Тьмы, — выдохнул ва Цорри. — Я мог бы догадаться, что дело здесь не чисто. Но… никаких предпосылок к вашему приходу не было. Кто пустил вас? Хотя ты, конечно же, не скажешь. Верно, кости и прах?

Саавах решил не вступать с врагом в ментальную связь, дабы не открываться перед ним, а потому вперед выступил зомби, у которого еще сохранились гортань и язык. Лич заговорил его устами:

— Это было предначертано еще четыре тысячи лет назад. Забавно, не так ли? Много столетий я знал, что однажды окажусь здесь, и кто-то из высших иерархов предстанет предо мной…

Нардан, которого окружали сотни трупов, лишь поджал губы. Выглядел он далеко не внушительно: мальчишка против большого и ужасного монстра. Но у этого «юнца» при себе был «Кинжал Урхаэля» — Великое оружие Света, — а сам он прожил не одну сотню лет, являясь одним из сильнейших существ на Землях Скарга. И вступать в полемику с порождением Тьмы отец-магистр не собирался.

Ва Цорри вытянул правую руку в сторону и вокруг его ладони замерцал свет, в котором постепенно начали проглядываться контуры Регалии. Саавах зашевелился, все его шесть рук изготовились к битве. У верховного лича при себе было больше Великих артефактов, да и по силе он превосходил выскочку из небольшого измерения, но о полноценном сражении двух невероятно могущественных созданий не могло быть и речи. Не смотря на то, что их разделяло всего десять метров, находились противники на разных Осколках. Схлестнуться они могли лишь на самой границе Разлома, да и то не в полную силу. Впрочем, и ее могло хватить, чтобы сравнять Арсдан с землей…

— Прежде чем начнем, — заговорил Саавах устами все того же зомби, — я дам тебе один ценный совет, «светлый». Подсказку, которая возможно спасет ваше Измерение от краха. Следуй за необъяснимым, это приведет тебя к цели.

— О чем ты?

— Случившееся не случайно. Мой приход в этот город был прописан в «Великой Книге Тьмы» еще четыре тысячи лет назад. Это… начало конца. И тебе лучше не знать, как развернутся события в дальнейшем.

— Зачем ты мне об этом говоришь? — Нардан ва Цорри фыркнул; слова верховного лича он не ставил ни в грош.

— Некоторые верят: то, что должно случиться — неизбежно произойдет. Я не в их числе, «светлый». Все процессы во Вселенной динамичны и могут видоизменяться под воздействием внешних факторов, другими словами — будущее не предопределено. Пусть даже сами боги порой утверждают обратное. Зарукки дурак. Он пытается поглотить огонь, совершенно забыв, что для пламени он такая же связка хвороста, как и все остальные.

— Ты говоришь загадками, лич! И при чем здесь один из Тринадцати?!

— Мальчишка, — прохрипел с подвыванием зомби. — Убей мальчишку, который явился из другого, совершенно непохожего на остальные, мира! Мира, где нет богов! Воспользуйся всеми правдами и неправдами, «светлый», но убей. Я тоже попытаюсь, но… сама Судьба будет оберегать его, дабы он мог исполнить свое предназначение, низвергнуть десятки измерений в Пустоту.

— Мне нет дела до пророчеств Тьмы! Ты лжешь!

— Плохое решение, — безразлично отозвался лич посредством зомби. — Очень скверное. Ведь твой мир, «светлый», будет уничтожен в первую очередь…

Ситуация вышла не из приятных, и Макс был близок к тому, чтобы запаниковать. Впрочем, он быстро взял себя в руки. Помогла рана, оставленная когтями монстра. Присев на каменные плиты, молодой человек стащил исполосованный ботинок, критично осмотрел царапины, а после кое-как перевязал их полосками ткани, которую получил, надорвав рясу.

— Что будем делать? — спросил послушник, нервничая; за его спиной сквозь решетки тянули руки ожившие мертвецы, но беглецы позаботились запереть дверь на ключ. — Может быть рыцари уже очистили собор и сейчас там безопасно?

«Вот уж с кем мне совсем не охота видеться, так это с храмовниками, — подумалось Максу. Второй раз проходить через пытки студент не собирался. Хватит. И так уже повезло, что он исцелился. Правда тут же вспомнилась Кейт, бездыханная и высушенная, верховный настоятель Кариддо, принесенный в жертву, а так же — сотни и тысячи мирных жителей. — Что же я наделал? Дьявол!».