Сжигающий (ЛП) - Райт Сюзанна - Страница 42

Скотина. Она тяжело вздохнула.

— В следующий раз я не уйду, — согласилась она. — Я не говорю, что не уйду, чтобы остыть, но я не оставлю тебя.

Он удовлетворенно кивнул.

— Вот это моя девочка.

— Можешь теперь освободить мои руки? — Коварная ухмылка заставила Харпер напрячься. — Что?

Он провел рукой по белой футболке, в которой она была. Она пахла Харпер.

— Твоя старая футболка?

Харпер кивнула.

— Джолин сохранила ее.　

Нокс, что-то пробормотал ей в шею, когда схватил за подол.

— Подожди минутку Торн…

— Ее нужно снять. Я хочу прикоснуться к тебе и вкусить каждый дюйм твоего тела.

— Я все еще зла на тебя. — Совсем чуточку.

— Знаю. — Он потерся носом об нее. — Но ты злишься лишь из принципа.

Черт его возьми, если он не прав.

— Отпусти это, — прошептал он во впадинку за ушком. — Понимаю, что сделал тебе больно. Знаю, что напортачил. Но я собираюсь все исправить.

— Да что ты? — сказала она, когда он поднял ее футболку. Он освободил ее руки, только для того, чтобы стянуть футболку, а потом сжал запястья Харпер над головой еще сильнее.

— Эй, нет… — Она оборвала себя на слове, когда он встал с кровати и снял свою рубашку, обнажая широкие плечи и твердую грудь, которую так и хотелось облизать.

Она любила его рельефный пресс. Любила проводить по его торсу пальцами и языком. Но да, этого не произойдет, пока он не освободит ее руки.

Он снял оставшуюся одежду, и она сжала бедра при виде его члена, твердого и готового. Его тело, вибрировавшее от силы, было афродизиаком для ее демона, который оставил свою злость, усмиренный его извинениями.

Поэтому Харпер тоже простила. Нокс совершил ошибку, но извинился. И она знала, что он имел это в виду. И эй, он так горяч.

Обнажившись, Нокс лег на нее, положив руки с двух сторон от ее головы. Он провел языком по ее нижней губе.

— Увидев тебя впервые, мне стало интересно, нанесла ли ты на губы помаду или это их цвет. — Оттенок был настоящим, также как и у её угольно-черных ресниц.

Приоткрыв рот, Харпер потянулась к его губам. Он хотел вкусить ее, проникнуть и взять. Он так и сделает. Но не сейчас.

Он проследил контур ее губ кончиком языка. Он обожал форму ее губ, обожал их бархатистость и мягкость. Обожал то, как они обхватывали его член.

— Вся моя. — Он поцеловал изгиб ее рта. Втянул верхнюю губу. Прикусил мягкую часть нижней губы, оставляя метку.

Она лизнула место укуса. Нокс в ответ коснулся кончиком языка ее.

— Да ты чокнутый, Торн, — зарычала она.

— Ах, моя киска, вернулась, — сказал он, улыбаясь.

Она собиралась спросить, что он имел в виду, но Торн накрыл ее губы своими. Его язык проник внутрь и переплелся с ее. Он не просто целовал, он ее поглощал. Облизывал, кусал, сосал… скорее владел ее ртом. Нокс зарылся рукой в ее волосы и начал массировать голову.

О Боже, это не должно быть так хорошо, но было. Она почти растаяла на матраце.

— Никакой шелк не сравнится с твоими волосами.

Харпер задрожала от этого глубоко, почти хриплого шепота. Она боролась, чтобы освободить свои запястья, но эти призрачные руки сжали ее еще крепче. Ее лоно пульсировало.

С одной стороны ей нравилось быть удерживаемой, но с другой Харпер сгорала от желания прикоснуться к Ноксу.　

— Освободи мои руки. — Он медленно покачал головой, и ледяной палец погладил ее запястье

— Думаю, оставлю их пока там. — Нокс пососал впадинку за ушком, где он оставил метку, которая говорила, что у нее есть анкор, что где-то есть демон, который убьет, чтобы защитить ее. Зная, что ей нравится, он прошептал:

— Никогда не думай, что я не принимаю тебя всю.

От его горячего дыхания, у Харпер волоски на шее встали дыбом.　

— Нокс…

— Я всегда буду желать тебя такой, какая ты есть. — Он помассировал внутреннюю часть бедра, заставляя ее складки пульсировать.

Запах ее поднимающегося желания заполнил его легкие, и он зарычал. Его член болезненно дернулся. Ему нужно быть в ней, но ему также нужно вбить кое-что в ее прелестную головку.　

— Именно такой, какая есть, — снова повторил он.

Харпер сделала резкий вдох, когда он широко раскрыл ее бедра и прохладный воздух коснулся ее лона. Он лег всем весом, устраивая свой член у складок, пока языком кружил по ее соску.

Она выгнулась к его рту и потерлась клитором об его член, нуждаясь в освобождении. Харпер была влажной и возбужденной, и, кажется, Ноксу нравилось ее игнорировать.

— Сколько раз во время конференций и встреч, я думал лишь о том, что приду домой, прижму к стене и возьму тебя. — Он укусил сбоку ее грудь, освежая поблекшую метку.

— Мы определенно можем сделать это сейчас, — с надеждой в голосе произнесла она.

— Сперва, я хочу исследовать.

Терпение Харпер было почти на исходе, но она знала, что лучше с ним не спорить. В нем достаточно садизма, чтобы отказать ей в оргазме, только потому, что она будет играть не по его правилам.

Его руки были твердыми, но пальцы прикасались с легкостью по ее коже, играя с нервными окончаниями, наполняя эндорфинами.

Когда он касался Харпер, ей всегда казалось, что он старается запомнить каждую линию и изгиб.

Все что ей сейчас оставалась, так это томно вздыхать и стонать, пока он ее ласкал. Облизывал. Целовал. Оставлял легкие укусы, а затем проводил по ним языком, унимая боль.

Затем он прижался ртом к ее лону и из горла Харпер вырвался стон. Он не играл с ней, он доводил ее до оргазма быстро и жестко, заставляя дрожать всем телом и сжигая ее изнутри.

Освободив руки Харпер, Нокс перевернул ее на живот. Он провел языком по линии ее крыльев, зная, какими чувствительными они были.

Харпер извивалась и изгибалась под ним, стеная о большем.

— Я хочу прикрывать тебя. Защищать. Владеть тобой. — Он поставил ее на колени.

— Но никогда не менять тебя. — Он был дома. Ее лоно было таким чувствительным, он толкнулся членом глубже, зарычав от ощущения какой смертельно-горячей и гладкой она была. — Мое самое любимое место.

Харпер приподнялась, удерживая вес на руках

— Трахни меня, — сказала она. Харпер думала, что он хочет, чтобы она умоляла его.

Но нет. Намотав ее волосы на кулак, он дернул ее голову назад и потом одним резким толчков вошел в Харпер, ударяя по точке G своим идеальным большим членом.

Она сжала простыни, двигаясь навстречу каждому движению.

Нокс трахал ее сильнее, зная, что она уже близко, он чувствовал, как она становится еще горячее и плотно сжимает мышцы вокруг его члена.

— Кончи, когда будешь готова, детка.

Он не заставит ее ждать. Здесь и сейчас, все было для нее. Когда ее лоно начало сокращаться, он сказал:

— Ты, черт возьми, всё для меня. Никогда не думай иначе.

С этими словами она испытала оргазм. Харпер выгнулась, когда в ее теле взорвалось горячее удовольствие, заполняя теплом каждую клетку, мышцу и кость. Её мышцы крепко сжали Нокса, и он прорычал ее имя.

Она чувствовала, как его член пульсирует внутри нее, извергая горячее семя. А затем обессиленная она рухнула на матрац.

— Теперь я прощен? — спросил он, целуя ее спину.

— Так это всё не ради меня, — фыркнула она. — С помощью оргазмов ты хотел получить мое прощение. Знаешь, иногда я удивляюсь, как ты уживаешься с самим собой.

Он улыбнулся напротив ее кожи.

— Но ты все равно меня любишь.

— Да, люблю, — тяжело вздохнула она.

* * *

Страж нажал на кнопку, и большая, со скрипящим металлическим звуком, механическая дверь открылась. Запахи пота, плесени и отбеливателя ударили по Ноксу.

На первый взгляд клетка казалась пустой. Тонкий матрац не выглядел, будто на нем лежали, и стул был задвинут под стол.

Не было ни звука, за исключением шагов охранников, которые эхом разносились по коридору. Но Нокс не упустил из внимания тапочки, стоящие около металлической двери. Леви тоже заметил и закатил глаза.