Аваддон (СИ) - "shizandra" - Страница 46

- Ты… Ты выпил его… - потрясенный шепот был еле слышен, но Сагара никогда не жаловался на слух:

- Да, - признание слетело с его губ так легко… Крестник закрыл глаза, загоняя свой собственный дар внутрь.

- Со мной… Ты сделаешь то же самое?

- Нет, - голос Сагары внезапно стал таким мягким, что Крестник открыл глаза. – У тебя другое предназначение.

- Почему? – слова Сагары ничуть не успокоили Крестника. После такого энергетического вампиризма тот, кого «выпили», рано или поздно все равно восстанавливался. Пусть не до прежнего уровня, но все же… А Сагара приготовил ему что-то другое. Может… Попытаться сбежать? Он ходит на своих ногах, у него есть деньги, сила и огромное желание просто выжить. Да, похоже, пришло время снова становиться бегущей крысой.

- Ты действительно хочешь знать? – голос Сагары выдернул Крестника из его мыслей грубо и безжалостно. Тому понадобилось пару секунд на то, чтобы вспомнить, о чем они говорили до этого:

- Да.

- Тогда, пожалуй, надо начать с самого начала.

Крестник на миг замер. Неужели… Неужели он действительно собирается…

- Я – Хранитель ключа, - похоже, Сагара действительно собирался. – Какими мой отец, дед и его дед были до меня. Старшие дети по мужской линии.

Крестник только усмехнулся, не в силах ни поверить, ни принять:

- Значит, с тобой эта славная традиция прервется. Мужчины вряд ли способны родить тебе сына.

- А кто тебе сказал, что у меня его уже нет? – Сагара осадил его мягко, словно даже жалея. И Крестнику только и осталось, что глотать воздух. Действительно, кто ему сказал такую чушь?..

- Ты разрешишь мне продолжить? – Сагара словно издевался над ним, но сил у Крестника на споры, возмущение или ехидство уже не осталось. Он только кивнул головой, стараясь не замечать усмешки в уголках губ Сагары.

- Есть Дверь. А у меня ключ. Она закрыта много веков и что за ней, не знает никто. Так же как и того, кто запер ее и почему. Но я видел ее своими глазами. Это непростая дверь.

- Только не говори, что ты не пытался ее открыть… - оказывается, силы еще не все ушли.

- Пытался, - на этот раз улыбка Сагары была настоящей и искренней. – Как только получил ключ. И пытаюсь до сих пор. Я не могу повернуть ключ. Возможно, мне просто не хватает силы. Не физической. Другой.

Он замолчал, а Крестник чуть прикрыл глаза. Итак, почти все стало на свои места. Даже если предположить, что все это – чистая правда, а не очередная ловушка Сагары. И то, что тот забрал силу Йатера совсем недавно, вполне вписывается в решение. В конце концов, только сила Йатера была достаточной, чтобы заинтересовать Сагару настолько, чтобы тот захотел ее присвоить, увеличив таким способом свою собственную, и без этого почти безграничную. Сила самого Крестника была другой и вряд ли помогла бы Сагаре, сила Люминора, должно быть, вообще в расчет не принималась. Да, сходится. Вот только что делать с тем фактом, что его собственная смерть «не входила в планы»?

- Но зачем тебе я? – странно, но сейчас этот вопрос его не сильно волновал. – Моя сила тебе вряд ли поможет.

- Ты – недостающее звено. Другое звено. Лет пять назад в старом подвале, который старше этого дома, я нашел свиток. Мне удалось разобрать немного, но и этого хватило, для понимания: чтобы открыть дверь, мало иметь одну только силу. Нужно быть одержимым.

Глаза Крестника широко распахнулись. А еще через секунду он согнулся пополам от хохота:

- О… Боже… Смешно. Тебе всего-то нужно быть одержимым, но ты просто не способен испытывать сильные чувства. Смешно… Черт… - он захлебнулся воздухом и замолчал, пряча лицо за длинными волосами.

Конечно, Сагару никто никогда не назвал бы одержимым. В отличие от него. Со свихнутыми мозгами и уехавшей крышей. Готового убить за один только теплый взгляд. Одержимый. Он действительно одержимый.

- Нет, - собственный голос звучал глухо, но твердо. – Тебе не провернуть это. Одержимость – не сила, ты не сможешь забрать ее у меня. А никто, кроме тебя, эту дверь открыть не сможет.

- Ты забыл о своем даре, Винсент? – Сагара встал с дивана и, подойдя к Крестнику, навис над ним. – Никто, кроме тебя, не в состоянии внушать эмоции. Даже Йатер. Чтобы удерживать Шайна, он всего лишь изменил объект любви, совершив подмену. Если бы Шайн к тому моменту не любил меня, у Йатера бы этого никогда не получилось. Но ты… Ты можешь внушить любые чувства. Пусть ненадолго, но на то, чтобы повернуть ключ, хватит.

- И ты будешь одержим сам собой? Пожалуй, я сделаю то, что ты просишь, только для того, чтобы посмотреть на это, - Крестник пытался вжаться в кресло поглубже. Близость Сагары путала мысли. Нет, надо бежать отсюда, пока он еще в состоянии это сделать. Но Сагара словно прочитал его мысли. Он наклонился, вдруг оказавшись слишком близко. Заглянул в глаза:

- Ты можешь сделать так, что одержим я буду тобой. Ты так хочешь этого… Думаю, что могу позволить себе сделать тебе такой подарок.

Крестник на мгновение замер, а потом рванулся вперед, буквально вылетая из кресла:

- Ублюдок!!

Его рывок оказался для Сагары полной неожиданностью. К тому же он был слишком близко. Но даже в такой ситуации успел немного отклониться. И кулак Крестника, который целился в лицо, просто скользнул по скуле. Голова Сагары дернулась, он отшатнулся. И Крестник, перед глазами которого уже полыхало кровавое пламя, снова рванулся вперед. Убить, убить, уничтожить это чудовище!! Сагара увернулся и на этот раз. Слишком легко и просто. А потом на плечи Крестника словно опустился пресс. С тихим вскриком он рухнул на колени. Воздух исчез из легких, и кровавый туман перед глазами рассеялся, уступив место мутной пелене страха. Легкий толчок в спину вернул способность дышать и опрокинул его на пол. Крестник еле успел сделать судорожный вдох, когда сверху на него опустился Сагара. Сжал запястья и закинул его руки за голову. Наклонился так близко, что дыхание обдавало лицо Крестника. Тот только тихо и отчаянно застонал. Нет… За что… Так близко и невозможно дотронуться…

- Винсент, Винсент… - Сагара говорил тихо, почти нежно. – Одержимый. МОЙ одержимый. Скажи мне, чтобы ты отдал за мою любовь?

Глаза Крестника наполнились злыми слезами. Он проиграл. В очередной раз проиграл.

- Скажи мне, - Сагара наклонился еще ниже, кончиком языка слизывая влагу с уголков глаз Крестника. – Просто скажи.

- Все… - полустон-полукрик. – Я отдал бы все.

- Это твоя мечта? – короткий и слишком быстрый поцелуй в щеку.

- Да!

- Тогда ты должен понять меня, - Сагара отстранился, и Крестник чуть не закричал от навалившегося холода. – Открыть эту дверь – МОЯ мечта. Ты знаешь, что значит мечтать о несбыточном. Помоги мне. Если любишь меня – помоги.

- Ты не просишь… - злых слез в глазах уже было не сдержать. – Ты требуешь. Это шантаж.

- Просто. Помоги.

Крестник отвернулся. Ощущения жесткости пола под ним и тяжести тела Сагары почему-то пришли только сейчас. Как и боль в запястьях. Пожалуйста… Пусть все это наконец закончится.

- Хорошо, - он поможет открыть эту чертову дверь, а потом исчезнет навсегда из этого города, из этой страны, из самого этого мира, если получится. И попытается забыть.

- Посмотри на меня, - хватка на запястьях ослабла, а потом и вовсе исчезла. Крестник послушно повернулся. Какого дьявола ему еще от него…

Губы Сагары были мягкими, но далеко не нежными. Вломившись в чужой рот сразу и глубоко, они разметали в прах все безразличие Крестника, заменив его чем-то другим. Где-то на краю сознания мелькнула мысль о том, что сейчас, вот именно в эту минуту он готов умереть. Да, он умирал сейчас. В руках, о которых так мечтал. Терзаемый ЕГО губами.

Смерть была недолгой. Сагара отстранился, резко обрывая поцелуй, принося боль. Заглянул в глаза, провел раскрытой ладонью по щеке и тихо шепнул:

- И не вздумай сбежать.

А потом просто исчез из комнаты, словно его и не было здесь. Только боль в запястьях, да ноющие губы были доказательством того, что Крестнику все это не приснилось.