Тайна королевской монеты - Хьюм Фергюс - Страница 4

Дейзи не обратила внимания на объяснения.

– Аметист, бриллиант и жемчужина, – сказала она. – Зачем он поместил эти три камня на полсоверена?

Мисс Денхэм отвернулась, так как почувствовала, что покраснела. Она прекрасно знала, что означают эти камни, но не собиралась объяснять это стоящей перед ней ревнивой девице. Однако затаенная злость мисс Кент сделала ее проницательной, и через несколько секунд она подпрыгнула, захлопав в ладоши.

– Я поняла – это инициалы вашего имени! Аметист – Анна, бриллиант – Денхэм[5].

– Возможно, и так, – ответила гувернантка сухо.

– Так и есть, – сказала Дейзи, побледнев. – Но что означает жемчуг? Ах, так это вы – жемчужина!

– Чепуха, Дейзи. Ложитесь спать и не придумывайте глупостей.

– Я не придумываю, – закричала Кент визгливо, – и вы это отлично знаете, Анна! Какое право вы имеете отнимать у меня Джайлса?

– Он ваш, – резко сказала Денхэм. – Кольцо…

– Ах да, кольцо! У меня его обещание жениться на мне, но у вас его сердце. Разве я не понимаю? Отдайте мне этот браслет. – И мисс Кент протянула руку, готовая схватить подарок.

– Нет, – жестко ответила Анна. – Я оставлю себе свой подарок. Идите спать. Вы переутомились. Завтра вы будете разумнее.

– Я разумна сейчас, достаточно разумна. Вы заставили Джайлса полюбить вас.

– Нет, я клянусь вам, это неправда, – сказала гувернантка, начиная терять самообладание.

– Заставили, и вы любите его. Я вижу это по вашим глазам. Кто вы такая, чтобы прийти и разрушить мою жизнь?

– Я – гувернантка. Это все, что вам нужно знать.

– Вы только выглядите как гувернантка, – сказала Дейзи презрительно. – Я уверена, вы плохая женщина и приехали сюда, чтобы отнять у меня Джайлса.

– Дейзи! – Анна поднялась и подошла к двери. – С меня достаточно ваших истерик на сегодня. Если вы пришли сюда оскорблять меня, вам пора уйти. Мистер Вэйр и я не знали друг друга, когда я приехала сюда.

– Не знали! А теперь что?

– Мы друзья, и не более того.

– Это все пустые слова. И я уверена, Джайлс повторит то же самое, если я спрошу его.

Побледнев, Анна схватила маленькую истеричку за запястье и потрясла ее.

– Я скажу вам одну вещь, – сказала она мягко, и от такого тона ее угроза стала еще более зловещей, – у меня в жилах течет кровь чернокожих, так как я родилась на Мартинике[6], и если вы заговорите с Джайлсом обо мне, я… я… я убью вас. Идите и помолитесь Богу, чтобы избежать такой глупости.

Дейзи с распахнутыми глазами, мертвенно-бледная и насмерть перепуганная, сбежала, всхлипывая, к себе в комнату, чтобы скрыться там от угрозы. Анна закрыла дверь и повернула ключ, чтобы избежать повторения такого неприятного визита. Затем она подошла к окну, так как воздух в комнате казался испорченным присутствием мисс Кент. Распахнув створки окна, гувернантка выглянула на холодный воздух и посмотрела на чудесный снежный мир, сверкающий в тонком холодном свете луны. Она несколько раз глубоко вдохнула и немного пришла в себя. Действительно, непонятно, почему она повела себя так несдержанно. Это было не в ее привычке – нарушать рамки приличия. Но оскорбления Дейзи пробудили в ней то дикое, что обычно спрятано глубоко внутри. Тот факт, что эта девчонка, у которой было все, собиралась забрать ее простой рождественский подарок, привел мисс Денхэм в бешенство. Хотя, несмотря на ее праведный гнев, она не могла не сочувствовать Дейзи. Да и, в конце концов, ревность девушки имела под собой основания. Анна не давала ей поводов, но она не могла отрицать, что любила Джайлса и что он любил ее. Чтобы покончить с этой невыносимой ситуацией, она могла только сбежать.

На следующий день Денхэм собиралась объявить свое решение миссис Морли, но, заметив, что Дейзи не упоминает о своем визите к ней, решила не торопиться с этим. Пока эта девица не стала невыносимой, Анна не видела причин, по которым ей стоило покидать такое хорошее место, где ей столь щедро платили. Мисс Кент избегала ее и была нарочито вежлива, когда им приходилось разговаривать. Видя это, Анна не стала навязывать свою компанию несчастной девушке и занималась своими обязанностями.

Обязанности ее были самыми приятными, поскольку подопечные обожали свою гувернантку. Девочки не блистали умом, но были необыкновенно милы и хорошо воспитаны. Миссис Морли часто приходила и садилась шить в классной комнате, пока Анна учила тройняшек. Хозяйка дома очень ценила свою тихую, спокойную гувернантку и радостно болтала с ней, как будто та была ее ребенком. Ради девочек Элизабет избегала упоминаний об их отце, который, по ее словам, был негодяем.

Джайлс иногда обедал со всеми, при этом уделяя все внимание Дейзи. Анна была довольна, что ее соперница одержала маленькую победу, ведь так все и должно было быть. На самом деле Джайлс был настолько внимателен к невесте, что та начала верить, что ошибалась насчет гувернантки. Она больше не упоминала Анну, но когда мисс Денхэм находилась рядом, тихонько следила за ее поведением и за поведением своего жениха. Нет необходимости упоминать, что ничего подозрительного она не находила, поскольку и Вэйр, и Денхэм были очень осторожны и тщательно скрывали свои чувства. Таким образом, ситуация начала налаживаться, но так не могло продолжаться вечно, и Анна все-таки решила уехать.

В канун Нового года она размышляла, какой предлог для этого ей назвать, когда произошло такое, что всякая необходимость надуманных предлогов отпала. Это случилось за завтраком.

Маленький хозяин дома любил поесть, а завтрак любил больше всего. Он всегда требовал от слуг поддерживать блюда горячими – хоть это и было излишне, так как он был крайне пунктуален. Так же, как и миссис Морли с Анной, поскольку завтрак был в девять часов и у них не было причин опаздывать. Тем не менее у Дейзи редко получалось прийти вовремя, и Морли очень раздражался из-за ее опозданий. В это утро она, как всегда, припозднилась, но была очень радостной и даже поприветствовала мисс Денхэм с большей вежливостью, чем обычно.

– Для тебя письмо, – сказал Оливер своей подопечной, – но я бы посоветовал тебе отложить чтение, пока не закончится завтрак. Я никогда не читаю письма до еды. Плохие известия легко портят аппетит.

– Откуда вы знаете, что известия плохие? – спросила Дейзи.

– Большинство новостей плохие, – ответил Морли, и тень промелькнула на его всегда веселом лице. – Долги и беды! – И он неодобрительно посмотрел на письмо рядом со своей тарелкой. – Я еще не проверял свою почту.

Анна ничего не сказала, поскольку размышляла, что ей сказать, чтобы ее отпустили. И тут внезапно все присутствующие удивленно вздрогнули от крика мисс Кент. Девушка открыла свое письмо и смотрела на него, страшно побледнев. Денхэм поднялась с места, но миссис Морли опередила ее и подбежала к девушке, положив руки ей на плечи.

– Дейзи, что случилось?

– П… письмо! – пробормотала Кент, стуча зубами, а затем бросила полный ужаса взгляд на ошеломленную Анну. – Она убьет меня! – закричала девушка и упала в обморок.

Морли быстро схватил письмо. Оно было не подписано, и, очевидно, написал его какой-то малообразованный человек на дешевой бумаге. Хозяин дома поспешно прочитал его, пока его жена с Анной в нетерпении стояли рядом, стремясь услышать, о чем там было написано.

– «Уважаемая мисс, – медленно прочитал Оливер, – я, доброжелатель, пишу сообщить вам, что вы не должны доверять гувернантке, она убьет вас, из-за Д. В. и Алого Креста».

Мисс Денхэм испустила крик и рухнула обратно на стул, белая как снег.

– Алый Крест, – пробормотала она, – снова Алый Крест…

Глава 3. Таинственный гость

После завтрака мистер Морли позвал трех женщин в библиотеку, чтобы обсудить странное письмо и непонятные обвинения. Дейзи уже пришла в себя, но все еще была бледна и, очевидно, боялась Анны. Гувернантка отлично держала себя в руках, но ее белое лицо было лишено всякого выражения. Супруги Морли были очень расстроены, что было неудивительно, поскольку мисс Денхэм отказалась что-либо объяснять. Морли решил во что бы то ни стало заставить ее рассказать всё и развеять страхи Дейзи. Состояние бедняжки вызывало жалость.