Потерянный крысолов (СИ) - Дмитриева Людмила - Страница 2

"Крыса, - подумала Стэфа с ужасом и отвращение. - Как же он похож на крысу".

***

"- Господин, Мартин! Быстрей сюда! О боже...

Корлий поспешил в гостиную. Тимон стоял у двери, растерянно растопырив руки. Прямо посредине на ковре лежал человек. Он лежал на спине, вытянувшись. Черный плащ распластался по полу, лицо непрошеного гостя прикрывала маска Баута, на лбу сидела чёрная треуголка, на левом плече горел алый бант. На груди плащ был распахнут, и в этой прорехе белел пикейный жилет с огромным красно-бурым пятном, из которого торчала костяная рукоятка ножа".

***

"Куцый черный сюртук среди вицмундиров, по ковровой дорожке в сапогах, с которых только что смахнули пыль. Из-за голенища хлыст выглядывает, хорошо еще, что собаку свою в приемную не затащил. Чуть ли не покровительственная улыбка: "Где, ваша светлость, вы в последний раз крысу видели?" Сказал бы я тебе, где и как я ее видел. Больше Корлий никогда ему так не улыбался. Чего он сумел добиться, так это уважения к себе. При следующей встрече, крысолов смотрел в лицо канцлеру глазами сторожевого пса. Впрочем, нет, была еще одна улыбка, хмельная, счастливая, хвастливая... В день святого Серапион в Ителе. С кареглазой девчонкой под руку... "Поздравьте нас, ваша светлость".

- У вас есть лицензия на истребление крыс, господин Корлий?

- А у вас есть лицензия на задавание таких вопросов, господин Немат?

- Ну, вы же понимаете, что если не я, так кто-нибудь другой задаст вам этот вопрос.

- А вы и у кошек требуете лицензию?

- Вы сами знаете, что я вам сейчас отвечу: вы же не кошка. И вы берете плату деньгами, а не молоком.

- Хорошо, ради вашего канцелярского удовольствия я оформлю лицензию.

И оформил, на тот момент Корлию уже многое было доступно, он уже обзавелся поклонниками и покровителями. Они, конечно, не пошли бы за ним в огонь и в воду, но уже лицензию-то выправить помогли.

Чуть ли не с первого взгляда на Корлия канцлер понял, что этот крысолов не обманка и не мыльный пузырь. Враг, весь, с ног до головы. От пыльных сапог с отворотами, до этой победоносной улыбки. Эти цепкие руки, этот разворот плеч, этот нос, который он всегда будто держит по ветру. Этот взгляд... Иной раз посмотришь на Корлия со стороны, взгляд у него, рассеянный, невидящий, да только встреться с ним глазами, вмиг прозреет. Так глянет, словно пристрелить хочет взглядом. И что? Что этот Корлий? Он ведь, в сущности, беззащитен. Ну что стоило его сломать? Куда не ткни, там у него слабое место. В прочем, и сильных хватает.

Майское знойное утро, гравиевые дорожки среди стриженых туй. Король Александр стоит, заложив одну руку за спину. Он разговаривает с Корлием. На этот раз сапоги крысолова начищены. Он слушает его величество с улыбкой, опустив глаза. Что же он их так потупил? Да уж не от смущения - наглый блеск прячет от короля.

- Носите вашу шпагу, господин Корлий, я разрешаю. Если кто, пикнет так и скажите - король разрешил.

Корлий поднимает глаза, отвечает королю с искренним почтением, и не более того. Но вот крысолов поймал взгляд канцлера, брошенный из-за плеча короля. Сейчас вспыхнет... Нет, равнодушие победителя... Нет, все-таки что-то проскочило в его глазах. Даже король заметил, потому и обернулся".

***

"Пакобуд, отбрасывая портьеры, метнулся к дверям, толкнул их плечом, створки треснули и поддались. Один мощный удар ногой - и преград на пути Брамлина больше не было. Он увидел, как к нему, вверх по лестнице, подобрав подол платья, бежит испуганная дама. Ее уже настигали преследователи. Ухватившись за перила, Пакобуд поймал незнакомку за руку и втащил в комнату, буквально вырвав из лап злоумышленников. Брамлин опрокинул в дверной проем пару кресел и, пока преследователи преодолевали эту баррикаду, увлек незнакомку к черному ходу. На узкой лестнице они налетели на встревоженного Эвирета.

- Бежим, быстро! - крикнул Пакобуд своему провожатому.

Дама оступилась, запуталась в подоле, Брамлин подхватил ее на руки и понёсся вниз, рискуя переломать себе ноги и разбить в дребезги незнакомку. Эвирет не отставал, а сверху уже доносился топот преследователей.

У дверей черного хода стоял экипаж, привезший сюда Пакобуда. Брамлин запихнул даму в карету, столкнул с облучка раскрывшего в испуге рот кучера и схватился за вожжи. Эвирет проворно карабкался к нему и уже кричал: "Трогай, трогай!". Экипаж загремел по булыжной мостовой, замелькали горящие окна домов, побежали навстречу уличные фонари. Бросив взгляд через плечо, Брамлин заметил, как из-за поворота вылетает серая лошадь, запряженная в крытую коляску. Погоня? Погоня..."

***

"Стэфа сидела, окаменев, с ужасом глядя в пустоту, прямо перед собой. Лейтенант, не зная, что делать с этой женской истерикой, тискал руку своей спутницы и повторял, что все будет хорошо, что все обойдется. Послышался звон шпаг, девушка вздрогнула. За тонкой зеленой перегородкой шпалеры клацала и гремела сталь, иногда оттуда доносились негромкие обрывки фраз. Стэфа сидела, сжавшись от страха, уставив огромные глаза в темноту. Гродан, сам не обращая внимания ни на что, кроме звуков боя, продолжал повторять машинально и монотонно:

- Все будет хорошо... ничего страшного...

Не выдержав, Стэфа сорвалась с места, лейтенант схватил ее в охапку. Стэфа пыталась вырваться, но хватка у Гродана оказалась стальной. Сжав зубы, он молча удерживал перепуганную женщину. И вдруг по саду пролетел вскрик, и на лужайке все стихло. Стэфа обмерла, лейтенант выпустил ее на волю. Несколько секунд вслушиваясь в тишину, Стэфа в замешательстве стояла, глядя на Гродана, и вдруг, в один миг собравшись с духом, выскочила за шпалеру".

***

"Немат с трудом заставил себя встать. Теперь его тело казалось ему чужим и тяжелым. Он долго растирался мягким полотенцем, и, закутавшись в банный халат, вышел в комнату. Сел в кресло - лакей приготовил подушку, которую Немат подложил под спину. На столе его ждал стакан молока.

"Надо выбрать время для встречи с обер-гофмейстером... Нет, не думать о делах, глоток молока и спать". Немат взял теплый стакан.

Вдруг шевельнулась портьера, канцлер на мгновенье замер и продолжил пить молоко, не чувствуя его вкус, прислушиваясь. Вот еще... ни то шорох, ни то шелест. Канцлер медленно поставил стакан на стол, не спеша встал из кресла. Он прошелся по комнате, краем глаза высматривая, откуда доносились звуки. Тишина, странная затаившаяся тишина. Немат завел часы, стоявшие на прикроватной тумбочке, налил из графина воды в стакан, высыпал порошок снотворного... Шевельнулась портьера... Сквозняк? Сквозняк... Как бы не так. Не сходя с места, канцлер выдвинул ящик тумбочки, на его дне блеснул гладкой рукояткой револьвер.

Немат остался стоять перед раскрытым ящиком, заложив руки за пояс халата. Едва различимый крадущийся звук. Теперь канцлер был уверен, что он не один, что за ним наблюдают, что от него прячутся. Там, в нише за портьерой... Да, именно там. Канцлер рывком выхватил револьвер из ящика и стремительно бросился за шкаф. Тихо, все тихо.

- Я стреляю, - предупредил канцлер, уже нажимая на гашетку".

***

"Граф крепко встряхнул Стэфу, ее волосы выбились из прически и разметались по лицу.