Киношники (СИ) - "Pink bra" - Страница 4

— Такое в России возможно? — уточнил я.

— В России все возможно, — хмыкнул парень, направляясь в ванную. — Мне вообще-то похрен, что там подумают. Но точно никому в голову не придет, что это два гея таким оригинальным способом отправились помыться, — заявил Сергей, поворачивая рычаг душа.

На следующий день, встретив меня у подъезда, Сергей тяжело вздохнул.

— Нужно как-то тебя с Гаем мирить. Скучаю я.

— Раньше я приходил, и твой ротвейлер реагировал спокойно.

— Может, завтра посидим у меня, просто чай или кофе попьем? Покажем Гаю, что мы вполне приличные люди, — предложил Сергей. — А то у нас не жизнь, а кино. Приключенческий порнофильм! — повторно вздохнул мой любовник.

— Да, и режиссеры имеются: и Гай, и Ридли, и Михалков ваш.

На миротворческую операцию я решил прихватить ликёр. «Бейлиз» считается дамским напитком, но мне его вкус нравится в кофе. И к ликеру, и кофе Сергей отнесся благосклонно. Подал мясную нарезку. Ротвейлер чуть не захлебнулся слюной, но не рычал, только с подозрением, исподлобья на нас смотрел.

Видимо, мясо было в приоритете над честью хозяина, оттого пес отслеживал каждый съеденный кусок, явно производя в уме подсчет недоставшихся ему калорий. Постепенно количество кофе в посуде сокращалось, а ликёра увеличивалось. Мы просто беседовали, не приближаясь до интимного расстояния.

Сергей работал веб-дизайнером и был фанатом своего дела. Я просматривал его работы на лэптопе, потягивал ликёр (уже без кофе) и имел хорошее настроение. Вежливо поинтересовался, видел ли Сергей оформление сайта компании, где я работаю. В прошлый раз оставлял ему ссылку.

— У меня руки не дошли посмотреть, — ответил загадочной фразой Сергей. Я так задумался над компоновкой этого идиоматического выражения, что в какой-то момент поставил бокал на пол рядом с собой и отвлекся. На то, что Гай подошел ближе, внимания не обратил. И только громкое «чав-чав» заставило меня оглянуться.

— Сергей, твой пёс выпил мой ликер.

— Он непьющий, — тряхнул парень головой.

— Да? — не поверил я.

— И вообще пора его выгуливать, – подхватился Сергей, выуживая откуда-то из-под дивана носки.

Вот только, когда мы вышли во двор, тот алкоголь, что проглотил Гай, как раз проявил себя.

— Гулять с пьяным ротвейлером хуже, чем с пьяным грузчиком, — делился житейской мудростью Сергей, пытаясь затащить шатающуюся шестидесятикилограммовую тушу обратно домой.

— Песни не поёт, и то хорошо, — пыхтел я, подталкивая собаку под зад на ступенях.

— Интересно, у него завтра будет голова болеть? – поинтересовался в свою очередь Сергей.

Говорила мне бабушка… Не только с русскими пить не стоит, но и с собаками русских тоже. Пьяный Гай лез лизаться, падал, упирался, мотал мордой, начинал играть с брючинами моих джинсов, скулил… За собаку я переживал и беспокоился.

Насчет здоровья своего питомца Сергей сам забежал сообщить на следующий день. Стошнило его раза три, а так всё нормально. Проведать несчастное животное я все же сходил. Удивительно! Гай встретил меня как лучшего друга: ткнулся лбом в колени, повилял куцым хвостом.

Сначала я просто пил чай и не делал попыток пристать к Сергею. А потом понял, что ротвейлер перестал рычать при любом прикосновении к его хозяину. Поделился своими наблюдениями.

— Вы же вместе спиртные напитки распивали, так что, считай, теперь кореша, — заверил Сергей и полез целоваться.

С тех пор личная жизнь у нас нормализовалась. Но соседям лишний раз демонстрировать свою приватность мы не стремились. Все же Россия не Англия. Вдруг гомофобов-людей больше, чем гомофобов-собак? Со всеми же пить не будешь. Так и спиться недолго.