Киношники (СИ) - "Pink bra" - Страница 1

Господин Михалков снова не успел вовремя вывести во двор своего ротвейлера. Мне пришлось проявлять осторожность, маневрируя между этими подтёками на площадке. Всё же содержать крупное животное в высотном доме чревато определенными проблемами.

Свою обувь я успешно сберёг. Только вонь на площадке никуда не делась. Правда, сосед подтирал за своим зверем и всегда бурно извинялся. Но запах устойчиво держался. Или это ротвейлеру еще кто-то «помогает» и мочится по ночам? Никак не могу привыкнуть к специфичному аромату российских high rise apartment *, которых в этой стране очень много.

Вообще-то в центре города можно было снять жилье и просторнее, и престижнее, и чище. Только мой босс, впервые столкнувшись с расценками на аренду, предпочёл купить квартиру. За шесть лет моего периодического пребывания в России расчёты полностью оправдались. Даже если я не буду вести проект, то эти убогие апартаменты пригодятся другому представителю. Впрочем, если быть объективным, то у меня не такое уж и плохое жилье. Кодовый замок внизу, соседи приветливо улыбаются. Для инвалида построили пандус на крыльце. Но казусы все равно случаются.

Упомянутый мной ротвейлер как раз возвращался домой, когда я покинул подъезд. Зрелище несущегося на тебя шестидесятикилограммового пса с полным комплектом зубов — зрелище не для слабонервных. Я-то уже привык, что Гай так радуется моему появлению. Хотя частенько сердце переворачивалось в груди.

— Good boy, clever boy, — потрепал я собаку, демонстрируя, что тоже рад нашей встрече.

Сергей Михалков, хозяин собаки, кивнул, отзывая своего питомца. Это один из немногих соседей, с кем я поверхностно знаком. Недавно его псу Гаю я презентовал wax dog coat из последних коллекций для больших собак. Не столько от холода, как от дождя. Осенью этот зверь, возвращаясь с прогулки, несет за собой довольно неприятный запах. Презент был с намёком для хозяина, чтобы он лучше следил за питомцем. Но господин Михалков, по-моему, не понял.

Живу я здесь уже шестой год, но, в основном, наездами, и знакомыми не обзавелся. То, что небольшой контракт растянется на много лет, я не ожидал. В компании тоже никто не предполагал, что открытие двух элитных магазинов в столичных российских городах вдруг станет основой расширения бизнеса. Вот и сейчас у меня снова наметилась поездка. В районе Смоленска построили огромный комплекс охотничье-рыболовного направления. Мой босс велел разведать что да как и дать заключение: насколько выгодно будет открытие очередного салона в том регионе. И начать паблисити компании.

Именно подобные поездки не способствовали тому, чтобы я приобрел друзей в этой стране. Да и многое озадачивало меня в России. Конечно, нет такого числа волонтёров, что ломятся каждый день домой. Никто не выспрашивает по пять раз за вечер, не приходила ли потерянная соседская кошечка. Но совершенно идиотское правило снимать обувь в гостях, демонстрируя свои носки, единственный кран и отсутствие в раковине затычек, меня раздражали. И больше всего доставляло дискомфорт отношение к иностранцам.

— Живой. Настоящий живой англичанин! — чуть ли не пальцем тыкала в меня престарелая леди, что оформляла документы при регистрации, и при этом, нисколько не смущаясь, делилась впечатлениями с подругой.

Не будь у меня «русских корней», то я выражение «живой англичанин» и не понял бы. Как будто к ним «мёртвый» мог прийти?

В тот первый год, перед Кристмасом меня ошеломило буквально все, с чем я столкнулся. И правила обязательной регистрации по месту жительства, и странные русские люди, и, конечно же, морозы. Не ожидал, что будет так холодно. Местные вроде как и не замечали сильного понижения температуры.

А уж веселье на Новый год меня потрясло до глубины души. Домой я не улетел по вполне объективной причине — в Лондоне выпал снег. Это вам не Россия. В Хитроу просто нет такого количества снегоуборочной техники. Проблем в аэропорту разом появилось столько, что я предпочел сдать билет и отметить праздники в России.

Тогда меня ещё шокировало наличие огромного числа петард у горожан. В том же аэропорту меня даже разуться заставили, выискивая какие-то намёки на террористическую деятельность. И в то же время все эти опасные, с моей точки зрения, вещи свободно продавались в магазинах. А после Нового года случилась распродажа, и я не удержался и прикупил несколько простых петард. Приготовился встречать странный русский праздник Старый Новый год. Отчего-то позавидовал тому веселью, что царило в Новогоднюю ночь вокруг дома, где я жил.

В ночь с тринадцатого на четырнадцатое января я утеплился и выбрался во двор. Того ажиотажа и обилия залпов не наблюдал. «А вдруг традиции стрелять в этот праздник нет?» – мелькнула у меня мысль. Но я рискнул. Закрепил петарды, согласно инструкции, поджёг и отошёл в сторону.

Надо же было тому случиться, что как раз в этот момент из дверей подъезда вышел господин Михалков с ротвейлером. Пёс явно попросился на прогулку вне распорядка. Но выйти во двор он не успел. Как раз мои «салюты» стрельнули.

Ротвейлер, поджав и без того куцый хвост, рванул обратно. По ходу дела он успел обмочить ступени первого пролета тем, что не донёс до улицы. А морозы, как я упоминал, в тот год выдались знатные. Так что «жидкость» на ступеньках сразу обледенела. А я, закончив свои унылые пиротехнические развлечения, об этом даже не подозревал.

Если подытожить — я упал, и довольно-таки болезненно, прямо на пороге.

Повезло, что ротвейлер повторно потащил хозяина во двор. Они-то и отыскали моё тело в бессознательном состоянии. Гай меня облизал, а господин Михалков зачем-то ощупал руки, ноги, живот, карманы и смущённо предложил выпить водочки, поскольку звонить в скорую этой ночью без толку. Проще «народными средствами» лечиться.

Это предложение я благоразумно отклонил. Но позволил себя сопроводить до квартиры. С тех пор с этим соседом я иногда перекидываюсь фразами, а остальных по-прежнему стараюсь избегать.

***

Из поездки в район бывшей усадьбы композитора Глинки я вернулся в приподнятом настроении. Уже размышлял, какой напишу отчет боссу, когда у подъезда дома встретил Сергея Михалкова и его собаку. В очередной раз подивился несоответствию весовых категорий.

Ротвейлер был явно мощнее хозяина. Если в холодное время года тщедушное тело соседа скрывалось под мешковатой одеждой, то сейчас, в футболке и спортивных штанах, он выглядел чуть ли не подростком. Невольно сглотнул и поспешил отвести взгляд от округлостей, что, несмотря на общую худосочность, имелись у парня. Тот, завидев меня, радостно замахал руками и подошел ближе.

— Стив, я вас так и не поблагодарил за жакет для Гая, — начал Михалков.

— Отчего же, вы сказали мне «спасибо», — не понял я сути вопроса.

— Ну, так это не благодарность, а… слова, — промямлил парень.

— И? — поинтересовался я, поскольку не сообразил, о чем это он. От денег я сразу отказался. Мне это «собачье пальто» ничего не стоило. В офис привезли образцы, один из которых я просто взял for testing. Кстати, написал замечание, что указанная длина по спине в пятьдесят сантиметров не соответствует действительности. Гаю wax dog coat был чуть коротковат.

— Так зайдете в гости? — продолжил беседу Михалков и почему-то покраснел.

Интерес к тому, как может выглядеть «благодарность», победил мой здравый смысл. Я согласно кивнул. Не то чтобы действительно надеялся на секс или что-то подобное, но стало любопытно.

— Тогда завтра часов в семь вечера, — засуетился сосед. — А то сегодня у Гая жидкий стул. Не до того.

Про стул я не понял. Впрочем, решил поглядеть на диковинный собачий интерьер чуть позже. Пока у меня по плану было составление отчета по поводу поездки в Смоленск.

На следующий день, как и обещал, зашёл в гости к Михалкову. Между прочим, успел в офисе уточнить, как стоит одеться и что взять с собой, когда русские приглашают к себе. Получил такое огромное число советов, что растерялся. Коллектив у нас в большинстве своем английский. Ехать в филиал и задавать странные вопросы русскому стафу я не захотел. Так что выслушивал пожелания от тех, кто больше всего времени проводит в обществе «аборигенов».