Живые и мёртвые - Уорнер Уильям Ллойд - Страница 37

Исторические указатели, установленные перед домами, были точно такими же знаками, как и те, которыми сопровождались живые картины процессии. Однако, будучи поддержаны авторитетом трехсотлетнего юбилея, они превратили объекты текущей полезности в объекты ритуальной значимости. Они, с точки зрения более широкой теории, которую мы рассмотрим в главе 14, перешли из сферы объектов и фактов в сферу «опосредующих знаков», обозначающих нечто другое и выражающих ценности, отличные от того, чем они являются сами по себе. Памятные знаки были необходимы для их исторической легитимации. Теперь, видя их, все понимали, что эти дома самым тесным образом связаны с предками и получили таким образом авторитетное благословение. Однако для того, чтобы осуществить эту трансформацию так, чтобы приписываемые им значения превратили их из ныне существующих объектов в знаки прошлой значимости, необходимо было узнать и удостоверить их исторические контексты с целью обеспечить их доверчивое принятие. Тогда они могли бы пробуждать надлежащие чувства по поводу былой славы. Эти авторитетные знаки позволяли каждому принять участие в наделении объектов той значимостью, которую придавал им ритуал трехсотлетия.

Глава 5. Прошлое как история: символ и факт

Социальное время и его отсчет в юбилейной процессии

Проблема применения общей методологии (см. часть V) для анализа различных коллективных символов такого события, как процессия в Янки-Сити, состоит, с одной стороны, в том, чтобы избежать такого уклонения в сторону чистой теории и спекулятивного рассуждения, которое бы привело к потере фактов и недостаточно надежному обоснованию наших выводов, а с другой стороны — в том, чтобы не остаться в рамках эмпирических описаний и простых обобщений произошедшего, так и не выяснив более глубокие значения этого грандиозного коллективного символического акта. Я не буду пытаться лавировать между этими двумя крайностями, а буду постепенно подводить нашу интерпретацию к полюсу теории и спекулятивного рассуждения, в то же время используя, где только возможно, эмпирические данные, приводя полностью все необходимые факты и уравновешивая чрезмерную экспансию теории конкретными результатами исследований.

С точки зрения общей теории и метода, задача заключается в том, чтобы связать знаки процессии с теми «фактами» истории, к которым они отсылают, и установить их значения в душевной жизни народа. Для решения данной задачи мы приведем в этой главе транспаранты, использованные в параде, изучим их хронологическое распределение, а затем вкратце рассмотрим социальную и экономическую историю сообщества. В следующей главе мы установим значение знаков, относящихся к каждому временному периоду, связав их с прошлой историей и сегодняшней жизнью сообщества и сделав из этого необходимые выводы.

Сюжетами сорока трех живых картин процессии (включая сцену визита Вашингтона) был охвачен официально отмечаемый период протяженностью в триста лет. Лишь немногие из них были посвящены эпохе, предшествовавшей колонизации. Общий взгляд на основной замысел показывает, что живые картины можно разделить на несколько главных периодов, выражающих представления постановщиков шествия о прошлом своего города. Дальнейшее исследование показывает, что на протяжении трехсотлетнего отрезка времени они распределены хронологически неравномерно. Между социальным временем процессии и хронологией объективного времени имеются заметные расхождения. Ценности и представления, выраженные в истории, какой она была представлена в процессии, согласуются с измерениями объективного времени лишь поверхностным образом. Основная проблема, с которой мы здесь сталкиваемся, — это природа и значение времени в нашей культуре. Другие референции знаков социального времени не обязательно совпадают с референциями знаков объективного времени; скорее, они соответствуют чувствам и представлениям коллектива о самом себе (см. главы 8, 12 и 16). Они выстраивают логические и объективные конструкты и верифицируемые события в соответствии с нелогическими ценностями коллектива. Как таковые, они суть выражения связей людей друг с другом, а не с объективным миром природы.

Если бы действовала одна только статистическая вероятность, то, поскольку отмечался трехсотлетний юбилей, каждое столетие должно было получить треть изображаемых сцен, а каждые полстолетия и четверть столетия, соответственно, — свою долю символических событий. В таком случае были бы использованы критерии объективного времени и «вероятности». Однако на самом деле получилось так, что одному небольшому периоду истории продолжительностью немногим более десятилетия было уделено столько же внимания, сколько и предшествовавшему ему целому столетию. А одна полная четверть столетия вообще никак не была представлена. Время, отбираемое для того, чтобы торжественно отметить связь того или иного великого человека с историей города, часто было произвольным; некоторым временным периодам оказывалось большее предпочтение по сравнению с другими.

Такое неравномерное распределение требует объяснения. Что оно означает? Отражает ли оно значимость событий в том историческом и объективном смысле, который придает им беспристрастный историк? Или же символическую значимость событий для тех, кто живет в Янки-Сити сегодня?

Сорок два сюжета, в течение одного праздничного дня последовательно проплывших мимо смотровой трибуны, перечислены в табл. 1 (сорок третий эпизод, изображающий визит Вашингтона, которому был посвящен отдельный день, в нее не включен)[67]. Можно заметить, что все они, за редким исключением, снабжены датировкой и следуют друг за другом в хронологическом порядке. На транспарантах, предварявших появление живых картин, давались также краткие описания соответствующих сцен. Этот материал представлял собой выжимки из ранее опубликованных исторических очерков. Он составляет часть наших эмпирических данных — часть того, что аудитория реально видела и читала, — и, разумеется, показывает, на что именно смотрела аудитория, когда ее вниманию предлагался каждый драматический эпизод. О текстах этих историй, которые необходимы нам для полного анализа, мы расскажем в разделах, посвященных интерпретации отдельных сюжетов. Ради ясности и облегчения последующего анализа я разделил все живые картины на 7 больших периодов.

Таблица 1. Сюжеты живых картин процессии

Период I. Творение: до пришествия человека

Первозданный лес: до пришествия человека.

Первый американец: краснокожий человек в дикой местности.

1492 г. Колумб высаживается в Новом Свете, где его встречают индейцы.

1614 г. Капитан Джон Смит проплывает вдоль нашего берега.

Период II. Начало жизни на новой земле

1630 г. Губернатор Джон Уинтроп привозит хартию.

1635 г. Заселение Янки-Сити.

Период III. Родоначальники

1642 г. Начало занятий в Гарварде.

1647 г. Акилла Чейз, лоцман и рыболов.

1663 г. Джон Эмери, терпимый пуританин.

1679 г. Мукомольня Керзона в устье реки.

1679 г. Судебный процесс над Гуди Морс, ведьмой.

1690 г. Первые мастера серебряного дела.

1695 г. Индейский набег на Тэрки-Хилл.

1697 г. Судья Сэмюэл Сьюолл раскаивается после того, как паника по поводу ведьм улеглась.

Период IV. Новая нация

1745 г. Уроженец Янки-Сиги участвует в осаде Дуйсбурга.

1754 г. Бенджамин Франклин на рыночной площади.

1756 г. Зарождение производства гребней.

1762 г. Губернатор Уильям Даммер завещает основать Даммеровскую академию.

1770 г. Уайтфилд, знаменитый евангелист.

1773 г. Чаепитие в Янки-Сити.

1775 г. Полковник Мозес Литтл отбывает в Лексингтон. Старинное башмачное ремесло.

Период V. Наивысший расцвет: власть и слава

Епископ Басс. В 1797 г. назначен первым епископом Массачусетса.

1786 г. Вперед, на Запад! В поисках новых земель.