Мир в ХХ веке - Коллектив авторов - Страница 93

Освобожденные восточные территории еще не сделали выбор между принадлежностью к Европе или СССР. Обращение их к Европе и, как следствие этого, значительное усиление этого континента возможно лишь путем свободного выбора подданства освобожденными народами. Этот выбор можно назвать также доверием Германии.

Война на Востоке не может быть выиграна чисто военными методами. Последние должны быть дополнены и поддержаны политическими мероприятиями”.

Появление этого “исследования” было вызвано в первую очередь коренным переломом в ходе второй мировой войны, явившимся результатом крупных поражений германского вермахта на Восточном фронте, прежде всего разгрома фашистских армий под Сталинградом. Именно это обстоятельство заставило гитлеровское руководство искать “новые” формы “освоения” оккупированных территорий.

Прежние проекты создания европейского экономического порядка, основанного на принципах колониальной зависимости, теперь несколько модифицируются. Так, один из руководителей МИДа фашистской Германии еще 22 сентября 1942 г. писал: “Следует избегать до поры до времени любой конкретизации целей нового порядка и существа новой организации Европы”. В аналогичном духе выдержан циркуляр от 3 декабря 1942 г. министерства по оккупированным восточным территориям, в котором настоятельно рекомендовалось избегать в официальных документах таких терминов, как “колониальная политика”, “немецкие поселения”, “отчуждение земли” и т. д. Близка по содержанию к этим двум документам и секретная директива Геббельса от 15 февраля 1943 г., предназначенная рейхслейтерам, гаулейтерам и гаупропагандалейтерам, в которой говорится об обращении с европейскими народами, включая народы Восточной Европы.

Идеологи германского фашизма стали предпринимать отчаянные попытки модифицировать свои стратегические и тактические концепции, стремясь найти новые средства для закрепления влияния на оккупированных территориях. В конце 1942 — начале 1943 г. в германском МИДе были разработаны новые “предложения по России”, в которых излагалась несколько модифицированная “методика” борьбы в СССР, а летом 1943 г. создан проект “Соединенных Штатов Европы”. В сентябре 1943 г. в одном из документов этого ведомства утверждается, что “развитие событий требует новых решений” в области внешней политики Германии.

В другом документе, созданном в эти же дни в германском МИДе, рекомендуется принятие более гибких политических мер, к тому же выходящих за рамки чисто декларативных. В частности, говорится о том, что борьба против СССР “является важнейшей целью объединенной Европы”, и поэтому “антикоминтерновский пакт должен быть распространен на всех членов европейского союза государств”. Был составлен даже проект “Европейской хартии”, в котором заявлялось, что “ни один народ Европы, малый или большой, не в состоянии в одиночку должным образом защитить свою свободу, независимость и производительные силы. Это возможно лишь в рамках Европейского сообщества”.

Все эти документы показывают, что отдельные представители гитлеровского фашизма, терпящего поражение на советско-германском фронте и находящегося перед лицом усиливающегося движения Сопротивления народов Европы, пытались использовать европеистские теории и проекты. Речь шла о нацистском варианте “унификации” Европы, в котором лозунги европеистов прежних лет наполнялись новым содержанием, отражавшим цели и намерения гитлеровского фашизма.

Любопытно, что фашизм активно эксплуатировал старые идеи об устранении СССР из европейского объединения. “Новые” гитлеровские планы ставили своей целью усилить борьбу с Советским Союзом в изменившихся условиях. Как показывают документы, попытки установить связи с западными державами во имя борьбы с “большевизмом” разделялись и многими участниками заговора против Гитлера в июле

1944 г. Еще осенью 1943 г. Л. Бек и К. Герделер, входившие в число руководителей будущего заговора, представили докладную записку, в которой говорилось, что “Европе необходима гарантированная защита от русской сверхдержавы” и что обезопасить себя в настоящее время Европа может лишь с помощью Англии и Германии[503].

Европейские идеи движения сопротивления

Европейские идеи звучали и в европейском движении Сопротивления в годы второй мировой войны. Прежде всего они противопоставлялись гитлеровской программе “нового мирового порядка”, служили неким объединяющим началом для участников антифашистского Сопротивления. Одновременно в европейских идеях Сопротивления явственно ощущалась ностальгия по прошлому, по упущенным возможностям в европейском строительстве.

И, наконец, приверженцы европеизма в рядах Сопротивления пытались наметить контуры будущей послевоенной Европы. Не случайно распространение европейских идей приходится на 1943 г., т. е. на период, когда стало очевидным приближение разгрома фашизма. Как правило, европейские идеи выдвигали представители умеренно-либеральных буржуазных кругов, в то время как коммунисты, являвшиеся значительной силой в движении Сопротивления, относились к подобным идеям и проектам довольно прохладно.

Вместе с тем нельзя не видеть, что обращение к общеевропейским интересам отражало тенденцию скоординировать действия патриотов в разных частях Европы — в Италии и Франции, в Польше и Югославии, в Чехословакии и Греции, в Норвегии и других странах. В этом смысле можно говорить о движении Сопротивления как об общеевропейском феномене. Органической частью борьбы народов против фашизма была борьба на оккупированных территориях Советского Союза, а также и борьба немецких антифашистов внутри “третьего рейха”. Общность целей, желание ускорить победу над фашизмом объединяли людей во всех частях Европы. Известный итальянский историк Л. Вальяни писал в связи с этим: “Сопротивление в каждой стране отличалось своим составом, мотивами и ритмом борьбы, а также социальными и политическими целями. В то же время Сопротивление вдохновлялось желанием увидеть на руинах нацизма сотрудничество народов и универсальное братство”.

Но в “подпольной” Европе развивался европеизм и иного содержания, непосредственно связанный с проблемой будущего, послевоенного устройства Европы. Импульс этому европеизму был дан в Италии. Альтиеро Спинелли и Эрнесто Росси, деятели итальянского Сопротивления, по приговору фашистского суда отбывали наказание на острове Вентотене. Именно там ими был написан “Манифест за создание Соединенных Штатов Европы”, названный впоследствии “Манифестом Вентотене”. Итальянский историк М. Феррара писал, что этот манифест “нес на себе печать некоторых рисорджиментских вдохновений и прежде всего мадзиниевского идеала Соединенных Штатов Европы”.

Выступая в 1983 г. на международной конференции “Сопротивление и Европа”, Спинелли раскрыл свое понимание европейского единства, обращаясь именно к событиям периода второй мировой войны[504]. Сравнивая географическую карту Европы кануна второй мировой войны с картой 1914 г., Спинелли подчеркивал, что “идея государства-нации осуществилась почти во всей Европе, за исключением Швейцарии, существующей как маленькое, но многонациональное федеральное государство”. Отмечая положительный момент создания государств-наций, ставших “важным инструментом гражданского прогресса, так как национальное единство способствовало интеграции, а затем экономической, культурной, социальной и политической солидарности членов нации”, автор отмечает наличие в суверенитете нации “взрывоопасных элементов”, которые он усматривает во всех без исключения государствах, независимо от их социального устройства, и заключающихся, по его мнению, в “абсолютной ценности” интереса нации, ради которого “граждане должны были быть готовы на любую жертву, вплоть до смерти. Ради утверждения приоритета своего национального интереса над интересами других стран оправдывалось применение силы против других”[505].