1998 (СИ) - "ElectroVenik" - Страница 31

— Ладно, предположим, что все это не чья-то глупая шутка и ты действительно наш сын. А почему ты назвался Северусом Блеком?

— Я инсценировал свою смерть, чтобы хоть пару месяцев пожить спокойно. Фамилия Блек многое объясняла, и мне было приятно носить ее. А имя…им я отдал последнее уважение человеку, который был ключевой фигурой войны и вообще лучшим из людей, несмотря на его отвратительный характер.

— Снейпу? — Сириус аж подавился.

— ДА, СЕВЕРУСУ СНЕЙПУ, который всегда был влюблен в Лили и который стал Пожирателем Смерти из-за того, что Мародеры на протяжении семи лет отравляли ему жизнь! СЕВЕРУСУ СНЕЙПУ, который, узнав о том, что Волдеморт охотиться на сына Лили Поттер, стал шпионом Дамблдора и оставался им всю жизнь! И который до последних секунд своей жизни заботился лишь о том, чтобы я победил! — заорал Гарри, вскакивая с кресла. Его гнев бился в глазах, ставших вдруг вместо зеленых абсолютно черными. — Кикимер! Немедленно найди Северуса Снейпа, он сейчас должен быть в Хогвартсе, и приведи его сюда.

Эльф с громким хлопком исчез, чтобы появиться через пятнадцать секунд, вцепившись в руку ошалевшего от его напора мужчины.

— Что за черт?!

— Профессор, простите меня, что Кикимер так грубо с вами обошелся. Я просто хотел поскорее сказать вам «спасибо» и попросить вас считать мой дом — своим.

— Поттер? Может, хоть ты мне объяснишь, что происходит? Я отчетливо помню, что умер в Визжащей Хижине, передав тебе воспоминания, и вдруг обнаруживаю себя на поле для квиддича в окружении сумасшедшей толпы! И только я добился хоть какого-то толка от Минервы, как появляется твой эльф! Я только день успел узнать.

— Вы снова живы, профессор. Хогвартс, с моей помощью, совершил чудо.

— А я тебе просил? Ты же должен был понять, что я не хочу жить вот уже семнадцать лет! Судя по твоей здорово изменившейся роже и превосходному блоку, ты не зря потратил прошедшие месяцы. Так на кой черт ты притащил меня сюда?

— Я подумал, что пора наконец исправить те ошибки, которые были совершены много лет назад. И вы не поняли, профессор. Хогвартс оживил всех погибших. Оглядитесь.

Снейп, который до этого сверлил взглядом парня, оглядел комнату. Взгляд его остановился на Лили. Он долго не мог шелохнуться. Наконец с судорожным вздохом повернулся к Гарри.

— Спасибо, парень. Теперь я могу жить, — он повернулся к выходу, но на его пути выросли Мародеры.

— Снейп. Северус. Прости меня. Я виноват, я был самоуверенным самовлюбленным идиотом, который обожал выпендриваться и был безумно влюблен в Эванс с первого же взгляда. Прошу, не уходи.

— И нас прости. Мы были такими же идиотами, — поддержал его Сириус, Люпин кивнул.

— И меня, Сев, — в глазах Лили стояли слезы. — Прости, что я всегда видела в тебе брата, и все же не удержала тебя, отпустив к Волдеморту.

Снейп молчал, и по его виду ничего нельзя было сказать о его чувствах. Он успел нацепить на себя свою маску. Наконец, он кивнул и пожал протянутые руки.

— Поттер, прости, что всегда ненавидел тебя, — он смотрел на Гарри.

— О чем речь, профессор, это было взаимно. Вы ведь хотите разобраться, да? Знаете кафе леди Хиссы?

— Разумеется, знаю, Поттер. Не думал, что ты и туда сумеешь добраться.

— Пойдемте туда, я вам все расскажу. Благо они подождут, каких-то десять минут.

Они вместе телепортировались из дома.

— А почему только десять минут, кто-нибудь понял? — немного погодя спросил Сириус.

— О, кафе леди Хиссы — одно из самых удивительных заведений Темной Аллеи! — протянула Джинни. — Время, проведенное там, в счет не идет.

— И как это Гарри сумел туда пробраться?

— Когда он умер, в день Битвы при Хогвартсе, он получил всю силу и знания Волдеморта. Стал Темным и начал регулярно посещать Темную Аллею.

— Как это — стал Темным? — возмутился Блек. — И как это умер?

— Остынь, Бродяга, ты не знаешь теорию. Темные — это те, кто больше всего ценит свободу воли, их законы — законы природы. Они не признают иной власти, чем собственная воля, но это не значит, что все они являются злодеями. Нет, они справедливы, в отличие от Светлых, и только. А умер…он действительно умер, как он говорит, и перед ним стоял выбор: идти дальше, остаться или вернуться. Он вернулся и победил.

— Я не узнаю тебя, Джинни Уизли, — мягко произнес Ремус.

— Потому что она уже согласилась стать Джинни Поттер, — сообщил Гарри, входя вместе со Снейпом в гостиную. — Так что у вас скоро будут внуки, — он насмешливо посмотрел на ошеломленное лицо Джеймса.

— Вот уж не думала, что стану бабушкой в двадцать два.

— А вот мне уже почти сорок, Лили, — тихо заметил Северус.

— Так, на правах крестного вручаю вам портал и выгоняю из дома, чтобы вы уже наконец занялись сыном.

У Ремуса и Доры вытянулись лица, и они поспешили убраться.

— Так у меня есть внучатый племянник?

— Угу, в Тонкс пошел, такой же неуклюжий и весь из себя разноцветный.

— Так, что еще мы не знаем? Выкладывайте, не стесняйтесь. Лучше узнать все и скончаться от инфаркта сразу, чего тянуть?

— Прости уж, папа, — Гарри убежал наверх и вернулся с большим графином и четырьмя рюмками.

— Мастер, узнаете свой рецепт?

— Успокаивающая настойка моей модификации. Неплохо, неплохо, двадцать баллов слизерину. Стоило тебе недолго побыть моим тезкой и поучиться на моем факультете, как ты стал наконец-то разбираться в зельях.

— Книга Принца-полукровки также была очень эффективна, — добавила Джинни под фырканье Гарри.

— Фамилия моей матери была Принц, — пояснил Снейп.

— Таак, — протянул Поттер-старший. — Ты, значит, учишься в Слизерине?

— Теперь — да. Надо было сразу слушаться Шляпу, и не торчать столько времени в Гриффиндоре, скольких глупостей бы избежал. В конце концов, мне, как самому чистокровному магу, там самое место.

— Что значит — самому чистокровному? Ведь я — грязнокровка.

— Не произноси это ругательство в моем присутствии, пожалуйста, Эванс.

— Видишь ли, мама…вообще-то, согласно Кодексу Чистокровных, брак волшебника на ведьме считается чистокровным невзирая на их происхождение. А ты, ко всему прочему, являешься не совсем маглорожденной. У тебя в дальних родственниках состоят Когтевран и Пуффендуй.

— Как такое возможно?

— Ну, в обоих родах были сквибы, которые женились на маглах…

— Ясно…

— А у тебя в генах, папа, есть кровь как Гриффиндора, так и Слизерина. Правда, последней совсем мало…но проклятье Волдеморта и частица его души, которая во мне обитала, сумели эту самую кровь разыскать и дать мне дар змееуста.

В этот момент в окно постучали. Гарри кинулся открывать, и все кроме Джинни вскрикнули, когда вместо совы в комнату влетел дракон.

— Знакомьтесь, это Алантар. Что случилось? — обратился он к дракону. Тот что-то рычал.

— Здорово. Говорит, меня собираются исключить из Турнира, так как я был не я. Да это же здорово! Нафиг мне этот Турнир?

— Вот только ничего у них не выйдет.

— Правильно, профессор. Так что я зря радуюсь.

— Почему не выйдет? — с любопытством спросил Сириус.

— Я же бросил пергамент в Кубок. А магический контракт разорвать нельзя.

— Там же было другое имя.

— Верно, Джинни. Так может, получиться, все-таки? — он вновь посмотрел на начавшего что-то рычать дракона.

— Ну, спасибо тебе за добрую весть, дружище.

— Оказывается, меня уже исключили. И на моем месте новый чемпион.

— И кто же?

— Ваш любимый, после меня, ученик, профессор Снейп.

— Долгопупс? — взвыл Северус Снейп, хватаясь за голову. — Все, Дурмстранг не устоит. Как это вообще возможно?

— Алантар говорит, что Кубок зажгли снова и повторили церемонию выбора, только на этот раз то выдал ответы через десять минут. Рона, Гермионы и Джинни не было, как и меня, а Невилл был. Он, кстати, убил Нагайну мечом Годрика, и с тех пор стал гораздо увереннее в себе. Он вполне может выиграть, особенно если вы там появляться не будете. А то боггарт у него так и не сменился.