Забытая часовня (СИ) - Матвеенко Майя - Страница 69

— Может, мы что-то не так сделали? — неуверенно предположила Вера.

— Да всё правильно! Не знаю… — Люба была явно разочарована. Вера — просто потрясена. Не может быть, всё должно было получиться! Должно было что-то произойти! Она же знала, она чувствовала!

— Я же говорила! Говорила, что это всё ваши фантазии, череда совпадений и лёгкий психоз! — в голосе Нади торжество и облегчение перемешались с неуверенностью.

Вера молча смотрела в окно, краем уха слушая, как Люба начала возражать и началась очередная перепалка. Нет… Они что-то упустили. И всё произошедшее с ними не было простым совпадением. Заяц-собака, валентинки, обморок, исчезнувший биолог, даже само это зеркало с картиной, они же здесь откуда-то появились!

Верин взгляд прошёлся по комнате и наткнулся на Книгу. Девочка медленно отошла от окна и подошла к пюпитру, глядя на писаную кровью гравюру. Картина напротив зеркала, камень… Солнце ровно посередине страницы вверху… В самой высокой точке неба… В зените… Ну конечно!

— Да!!! Я поняла! — крикнула Вера и, обернувшись к недоумённо замолчавшим подругам, торопливо сказала: — Смотрите, это же очередная подсказка! — Вера ткнула в Книгу пальцем. — Солнце должно находиться в своей самой высокой точке! А это полдень!

Люба ещё секунду недоумённо моргала, а потом просияла.

— Сколько сейчас время? — быстро спросила Вера у Нади — единственной, у кого были механические часы.

— Без одной минуты, — тихо прошептала Надя, испуганно оборачиваясь.

Три подруги ждали. Прошла минута, другая… Раскидываемые камнем блики неспешно плыли по стенам…

— А у тебя часы точно идут? — подозрительно спросила Люба.

— Не знаю… — растеряно отозвалась девочка. Теперь она думала только о том, чтобы поскорее всё это закончилось, и она пошла бы домой… Слава богу, что ничего не получилось, и можно будет забыть обо всём этом, как о дурном сне…

Но тут камень на подоконнике начал медленно наливаться внутренним светом. Сначала совсем чуть-чуть, почти незаметно, потом сильнее и ярче… Подруги обернулись… И вот уже похожий на миниатюрное солнце шар полыхает на окне, вбирая в себя солнечные лучи… Он приподнялся над подоконником и начал медленно вращаться в воздухе…

Друзья вскрикнули, Люба и Надя заслонили лицо руками, а Вера, не обращая внимания на режущую боль в глазах, продолжала смотреть…

Внезапно все блики, кроме одного, самого большого, погасли. А оставшийся, становясь всё ярче, приблизился к зеркалу, поиграл золотом на резных гранях рамы, скользнул по разом помутневшему, смазавшему отражение стеклу и остановился ровно по центру. Солнечная энергия похожим на тонкую спицу лучом пронзила намеченную цель и потекла в зеркало. Оно вспыхнуло, и тут же луч отразился от гладкой поверхности стекла и ударил в картину. Комната снова озарилась ярчайшим сиянием. Вера не выдержала и закричала, падая и пряча лицо в ладонях. Свет обжигал даже сквозь веки… Рядом кто-то упал. Кажется, Надя. А последний луч, соединяющий зеркало и картину, увеличивался в размерах, становился всё ярче, и скоро он уже превратился в сияющий столб света…

И в центре мутновато-серебристой поверхности зеркала, там, куда бил луч, начала расти дыра. За ней было — или не было — ничего. Пустота. Непонятно какого цвета, непонятно какой формы… Просто пустота.

Потом ещё раз всё ярко вспыхнуло и свечение угасло.

Вера сразу же открыла слезящиеся глаза и села, неловко раскинув ноги. Рядом приподняла одну руку от лица Надя и одним глазом покосилась на зеркало, всё ещё не вставая. Сидящая на корточках и уткнувшаяся в колени Люба ошарашено подняла голову. Они замерли, широко раскрыв от изумления рты и не смея поверить своим глазам.

В золотой раме не было больше зеркала. Там кружился, завихрялся, поблёскивал нежный разноцветный туман, в основном переливающийся всеми оттенками сиреневого, в котором загадочно мерцали маленькие серебряные звёздочки.

Надя потрясённо села. Вера и Люба поднялись на ноги и подошли поближе. За окном чирикала птичка.

— Получилось… — хором прошептали они.

Надя тоже встала. Все трое смотрели в зеркало — и как будто в бездну.

— Что это? — наконец нарушила странную умиротворённую тишину Надя.

— Я не знаю, — эхом откликнулась Люба.

Вера подошла к зеркалу вплотную и, поколебавшись, опустила руку в сиреневый туман. И ничего не почувствовала. Мерцающую дымку она тоже никак не побеспокоила, как будто та находилась гораздо дальше, чем казалось… И просто так до неё не дотянуться…

И Вера почувствовала, что её что-то зовёт… Она обернулась к подругам:

— Нам надо войти туда. Кажется, это портал.

Молчаливое замешательство.

— Что?! — первой опомнилась Надя. — Туда?! Да ты что, ты вообще в своём уме?!! Да там же… Куда туда-то?! Там же ничего нет!

Люба только хлопала длинными ресницами.

— Надя, — тихо произнесла Вера. — Я тоже боюсь. Мне очень страшно. Но надо. Неужели ты не чувствуешь?! Даже если вы и не захотите, я пойду одна.

— Я с тобой, — после секундного колебания заявила Люба. — Уж не знаю, что там такое, но мы должны быть вместе. Надя?..

— Нет!!! Не надо! Не ходите туда! Пожалуйста!.. — Надя кинулась к подругам и схватила их за руки. — Что вы делаете?! Вы хоть понимаете, что вы делаете? Вдруг вы шагнёте туда, и просто умрёте, и всё? Или будете падать, падать…

— Нет, — твёрдо сказала Вера. — Всё, что мы делали, было не просто так. Нас всё вело к тому, чтобы мы открыли этот портал, но ведь он не для красоты тут должен стоять! Нас выбрали — не знаю, кто, не знаю, зачем, — и нам, именно нам троим надо идти!

— Ты что, хочешь, чтобы всё, что мы сделали, пропало даром?! — требовательно спросила Люба.

— Но… но… — Надя испуганно шмыгнула носом. — Даже если мы не умрём сразу и это действительно портал, что там будет?

— Так вот мы это сейчас и хотим узнать! — преувеличенно бодро откликнулась Люба.

— Не волнуйся, мы же будем втроём, все вместе, — заметила Вера.

— Не волнуйся?! НЕ ВОЛНУЙСЯ?!!! Да у меня истерика!!! — взвыла Надя.

— Эй! — внезапно воскликнула Люба. — У меня идейка. А давайте спросим наши валентинки? Она нам часто помогали, может, и сейчас как-нибудь подскажут…

Никто не был против того, чтобы оттянуть момент отправления ещё немного — ведь все, даже Надя, были уверены, что он состоится, — и потянулись к своим сумкам.

Валентинки выглядели как обычно — даже чересчур обычно. Некоторое время подруги глядели на них, а потом… они рассыпались мелкой пылью. И всё.

— И всё… — задумчиво произнесла Люба, просеивая порошок сквозь пальцы. — Вот вам и знак. Надо идти, Надя. Надо.

Та только кивнула.

— Возьмёмся за руки? — предложила Вера.

Пальцы девочек крепко переплелись. Они старались поддержать друг друга.

Стоя перед зеркалом, они оглянулись. Часовня выглядела до боли привычно, залитая ласковым солнечным светом. У всех троих защемило сердце. Их дом… Каникулы, планы на лето, практика, традиционный поход в Макдоналдс, семья, даже Мороз с Барисовой — всё вдруг стало таким далёким, словно они смотрели сюда уже с другой стороны зеркала…

— Нет, нельзя об этом думать! Идём! — Вера решительно дёрнула вставших по краям подруг за руки. Они тесно прижались друг к другу, стараясь одновременно пролезть в золотую, узкую сразу для троих раму.

А потом они провалились в розоватый с серебром туман, и часовня исчезла… Они висели, крепко держась за руки, неизвестно где, когда и зачем, а потом их куда-то понесло, вокруг стало темнеть, и девочки почувствовали, что руки друг друга выскальзывают у них из пальцев, что их разъединяет… Они ещё крепче вцепились друг в друга, но их вертело всё быстрее и быстрее… А потом — руки разжались сами собой, и — тьма…