Забытая часовня (СИ) - Матвеенко Майя - Страница 56

— Эй, народ, пошлите к Гарпии, перед уроком поговорить надо!!! — заорали КиШ.

— Зачем? — удивилась Вера, нагоняя Андрея.

— Не знаю, — пожал плечами парень. — Староста, то есть Наташа, сказать что-то хотела…

Класс ручейком потёк в противоположный конец коридора в кабинет белорусского, из которого вышла высокая пожилая женщина с суровым лицом и короткой стрижкой — Гарпик Ирина Николаевна.

Воспользовавшись отсутствием учительницы, 7 «А» закрылся в классе и Наташа приступила к обсуждению важнейших проблем:

— Значит, так, я хочу узнать, каковы будут наши дальнейшие действия в отношении биолога?

— Я попробую сходить к нему сегодня после уроков, — ответила Марго. — Вчера на уроке он вроде был не такой злой. Только если вы хотите узнать, чем дело кончилось, вы должны будете меня подождать, я же не буду всех обзванивать!

— О, отлично! — заявила Оля. — Сегодня после уроков я приглашаю вас отпраздновать в нашем школьном кафе мой юбилей!

— Как?! — изумилась Полина. — Тебе уже пятнадцать?!!

— Да нет! — отмахнулась девчонка. — Не такой юбилей! Сегодня я прогуляю географию, и это будет сотый урок, который я прогуляла за этот год! Скинемся по две-три тысячи, составим вместе пару столов, оттянемся под музычку… Кафе-то до трёх работает! И сегодня мороженое привезли!!

Класс согласно загалдел.

— Далее… — произнесла Ната. Насчёт этой инспекции… Мы хотим, чтобы наша гимназия обогнала 201-ую?

— Да!!!

— Вон ту, жёлтую, напротив, в которой Макаронкин учится, чтоб ему на олимпиаде икалось всё время?

— ДА!!!

— Тогда предлагаю во время инспекции вести себя примерно, джинсов и бридж не носить, за школу курить не ходить, учителей и даже Кутаса слушаться!

Повисла секундная пауза, но потом с новой силой грянуло дружное «ДА!!!!!», а Федя от избытка чувств чмокнул Любу в щёчку, за что и получил портфелем по голове.

На том и порешили.

*

Сразу же после английского 7 «А» собрался в кафе. Аня прошла по кругу, собирая деньги и заказы, парни сгоняли за подносами и начали перетаскивать еду от стойки с буфетчицей к столам. Девочки разливали газировку и сок по одноразовым стаканам, раскладывали бутерброды и булочки по тарелкам и клали мороженое на салфетки.

Маргарита ушла к биологу: ребята видели, как она вошла следом за ним в класс.

Всё было готово. Семиклассники расселись за стол. Первой как старосте слово предоставили Наташе:

— Сегодня мы собрались здесь, чтобы поздравить нашу храбрую боевую подругу по школе, бесстрашно, бок о бок с нами сражающуюся с лексикой, фонетикой, синусами, косинусами и столыпинскими реформами, с весьма впечатляющей датой: сто прогулянных уроков! Пожелаем же ей удачи, счастья, приступа кашля у Мороз, когда она проходит в джинсах мимо, и будем надеяться, что сто прогулов — это ещё не предел!

7 «А» зааплодировал и все, держа вафельные стаканчики с мороженым, как бокалы с шампанским, чокнулись — каждый со своим соседом — и откусили по кусочку.

Внезапно дверь в кафе распахнулась и в помещение влетела растрёпанная Маргарита. Она выглядела растерянной и даже слегка испуганной.

— В чём дело? — удивлённо спросила Ольга, по праву виновницы торжества сидя во главе стола.

— Там… там… биолог… нету!..

— Чего-чего?

Маргарита немного отдышалась, плюхнулась на пустой стул, выдула стакан минералки и начала говорить:

— Я вошла следом за биологом, вы же сами видели. Ну, спросила, можно мне ещё у него что-нибудь спросить. Мы поговорили минут десять, а потом он как-то махнул руками, будто воду с пальцев стряхивал, встал быстро — и в лаборантскую… Я удивилась, и тут же за ним, узнать: что такое? Понимаете, между тем, как он туда зашёл, и тем, как я туда забежала, не больше трёх секунд прошло! Понимаете?! Я сразу же за ним кинулась!!!

— Ну и???

— Его там не было!!! Нигде! Окна закрыты, а двери другой в лаборантской нету!! Я его и звала, и искала: везде, даже под столом и в шкафу с гербариями, — его нигде, НИГДЕ НЕ БЫЛО!!! Куда он мог деться?!

Вера почувствовала резкое покалывание в боку и удивлённо схватилась за это место рукой. Карман. А в кармане…

Вера нащупала пускающую через неё электрические заряды валентинку, которая едва ли не светилась, даже сквозь ткань…

Девочка глянула на подруг.

Люба с шипением вскочила, прижимая руку к карману брюк, Надя отдёрнула ладонь от покрывшегося инеем края портфеля.

Все трое кинулись к выходу, провожаемые недоумёнными взглядами одноклассников, и заперлись в туалете.

Вера поспешно выдернула из кармана валентинку и швырнула её на пол, массируя бок. Люба и Надя сделали это ещё раньше, и теперь первая дула на обожжённые пальцы, а вторая, напротив, пыталась согреть их дыханием.

Жёлто-белые, красно-оранжевые и серо-голубые узоры мягко светились. Надя жалась к покрытой белой квадратной плиткой стенке, Люба недоумённо и с подозрением косилась на квадратные открытки.

Вера осторожно приблизилась и двумя пальцами за краешек приподняла валентинку с мокрого грязного пола.

Открыла.

Раньше там каллиграфически было выведено слова «tempus» — «время». Сейчас ниже добавилось ещё одно. «Fugit».

Вера молча продемонстрировала это друзьям.

Люба без слов достала из сумки ручку и переписала словосочетание на ладонь, подхватила свою открытку, бережно сдув с неё капли, и решительно вышла из туалета.

— Ты куда? — удивилась Надя, подбирая с пола светящуюся картонку. После первого прикосновения своих хозяек валентинки сразу же погасали.

— К Юре, — коротко ответила Люба, толкая дверь в кафе.

Веселье было в самом разгаре. Под недовольным взглядом буфетчицы ребята одновременно включили на телефонах одинаковую мелодию, чтобы звучало громче, уплетали булки за обе щёки и перекидывались кусочками хлеба, норовя попасть соседу по носу. Про таинственное исчезновение биолога уже благополучно забыли.

— Юра! — жарко зашептала Люба, присаживаясь на корточки у Юриного стула. — Как вот это переводится? Это латинский.

— «Tempus fugit»… Хм… Ну… Я бы сказал так: «Время бежит». — Юра внимательно разглядывал Любину ладонь. Потом перевёл на неё глаза и спросил: — А что это вы, решили латынь выучить?

— Да нет, — выступила вперёд Вера, — мы там в газете текст один нашли, типа ребуса, на латинском частично. То, что на латинском, мы недавно узнали, а вот как перевести? Словаря ни у кого нет. Может, мы их тебе будем понемногу показывать, а ты переводить? Мы… там не очень много.

Юра задумчиво откусил кусок баранки и то ли кивнул, то ли пожал плечами:

— Ну ладно.

— Юрик, я тебя обожаю! — объявила Люба и девушки отошли от стола.

— Пойдёмте сходим в ту лаборантскую? — предложила Вера. — Может, у Марго просто глюки, и он сейчас там сидит?

— Меня вот что интересует, — сказала Надя, всё ещё державшая в руках свою валентинку. — Связано ли вот это, — она показала им зажатую между указательным и средним пальцами открытку, — с Валерием Константиновичем и его исчезновением, если он и вправду исчез.

— Конечно! — воскликнула Люба.

— Возможно, — Вера задумчиво опёрлась на перилла. — Пойдёмте в лаборантскую. Может, он там.

Друзья почти бегом поднялись на второй этаж и осторожно заглянули в кабинет биологии.

Ничего особенного. Солнце косыми лучами падает на парты, папоротники по углам комнаты гордо растопырились в разные стороны, дувший сквозь щели в оконной раме лёгкий ветерок шевелил полупрозрачную кружевную занавеску. Всё дышало тишиной и спокойствием. Дверь в лаборантскую было приоткрыта.

Подруги на цыпочках, стараясь не нарушать тишины, прерываемой лишь далёким шумом машин на улице, подошли к двери и поглядели в щёлку.

Ничего, кроме кактуса на подоконнике, не увидели.

Пришлось, на всякий случай постучав, отворить дверь.

Тоже никого. Только всё та же умиротворённая тишина тонким слоем пыли лежит повсюду. Вера даже удивилась, почему так тихо, но потом вспомнила: в школе ведь уже никого нет, и хотя одноклассники в кафе веселятся на полную катушку, здесь ничего не слышно.