Забытая часовня (СИ) - Матвеенко Майя - Страница 52

— Дожёвываем и идём! — хором ответили подруги.

Девчонки вывалились из дома и попрыгали по направлению к калитке.

Тёмно-рыжая, с гладкой, блестящей шерстью, поджарая и изящная, но очень худая средних размеров собака и в самом деле неспешно трусила по лужам, изредка ненадолго останавливаясь и принюхиваясь.

Надя подняла на вытянутой руке целлофановый пакетик с колбасой.

— Ну, и что дальше?

— Дай сюда кусочек! — велела Люба. Вынула из липкого пакета колбасу и осторожно пошла по направлению к собаке. Шагах в пяти собака насторожилась и, вильнув хвостом, обернулась, в упор глядя на еду. Люба, пригнувшись, сделала ещё один шаг, держа колбасу на вытянутой руке, однако собака проворно отскочила, сохраняя дистанцию.

Люба бросила колбасу собаке, но не очень далеко от себя. Животное нетерпеливо заметалось, жадно глядя на желанный кусок, но явно опасаясь приближаться к человеку. Однако голод победил, и пёсик, резво схватив добычу, отбежал немного, чтобы никто не мешал ему её есть.

Вера отобрала у Нади пакет с колбасой и присела рядом с Любой. Рыжая собака закончила с поглощением пищи и глянула на подруг проницательным взглядом.

Теперь уже Вера вынула колбасу из пакета и бросила псу. Уже ближе, чем Люба прошлый раз. Обе девочки сидели на корточках.

Собака схватила и эту порцию и снова отбежала.

Третий кусок Люба с Верой положили возле себя, и даже Надя, до этого стоящая поодаль, с интересом подошла поближе.

Собака долго мучалась, но потом всё-таки подбежала к друзьям и съела сначала этот кусок, а потом полезла к Вере в мешочек за новой порцией.

Девочки рассмеялись, и пока пёс утолял голод, гладили его по рыжей голове, шее и трогали лопушистые уши. Надя стояла рядом, но собаку не трогала.

— Прелесть какая! Умная собачка! — проворковала Вера, почёсывая ей подбородок.

— Это не умная собачка, это умный собак! Тьфу, в смысле, умный пёс! — поправила Люба.

Умный пёс тем временем вывернулся из рук и отбежал на несколько шагов, а потом снова сел.

— Эй, куда ты?! — возмутилась Вера. — На ещё колбаски!

Девочки подбежали к собачке, дали ещё одну порцию колбасы, которую собака благополучно сжевала. После этого перебежала дорогу и уселась у обочины, склонив голову набок, подняв ухо и выжидающе глядя на подруг умными глазами.

— Нет, ну он что, хочет, чтобы мы за ним по всем Жданам бегали?! — возмутилась Люба, выхватывая у Веры пакет и следуя за псом.

На этот раз пёсик даже колбасой угощаться не пожелал, а сразу потрусил вдоль забора, оглянувшись возле покосившейся калитки.

Три подруги переглянулись. Вера, сверкнув глазами, решительно направилась к псу, переминающемуся с лапы на лапу, словно от нетерпения.

— Он нас что, за собой ведёт? — поинтересовалась Надя. — Что-то показать хочет?

— Ну да, наверное, — откликнулась Вера. — Посмотрим, куда заведёт?

— Посмотрим! — согласилась Люба, нагоняя подругу. Надя шла следом, пыхтя им в затылки.

Собака нырнула в калитку.

— Эй! — спохватилась Надя. — Туда нельзя! Это не наш участок! Это соседей…

Вера нерешительно остановилась. Люба посмотрела на немаленький дом, глядящий на Урожайную улицу пустыми провалами окон.

— Ты же говорила, что они уехали копить на новую водопроводную систему? Так? — Надя кивнула. — Ну вот, значит, здесь сейчас никого нет. А если что, скажем, что заблудились.

— Угу, — иронически хмыкнула Надя. — Особенно сильно я заплутала — напротив своего дома.

— Ой, ну ладно тебе, что-нибудь придумаем, — отмахнулась Люба.

Весной, когда растаял снег, двор выглядел ещё неприглядней: стали видны кое-где торчащие из земли трубы.

Пёс спокойно стоял на неухоженной дорожке и, при виде друзей слегка подпрыгнув, коротко гавкнул и побежал за дом.

Подруги кинулись за ним. Пёс словно одурел. Он носился по всему саду, то взбегая на крыльцо дома, то почти выбегая за калитку.

Сначала девочки выписывали все эти кренделя следом за ним, но потом замедлили бег и остановились. Собака продолжала заниматься спортом.

— Ну, всё! — задыхаясь произнесла Надя. — Хватит!

Собака рыжим вихрем пронеслась мимо, остановилась на другом конце сада, и коротко, негромко заскулила, глядя на подруг. Так просительно, что девчонки тут же кинулись к ней.

— У-у-уй! — взвыла Люба, растянувшись в грязи среди прошлогодних листьев.

— Ну что там с тобой?! — резко притормаживая, развернулись Вера и Надя.

— С-с-с… Да эти твои соседи со своим водопроводом! Уже второй раз… Помнишь, мы зимой к тебе ходили? Мы с Верой сначала этот дом с твоим перепутали. Я тогда тоже об эту трубу споткнулась. У-у-ух-х…

Люба, потирая ногу, уселась прямо на землю (хуже уже не будет, всё равно вся грязная). Вера присела на корточки рядом с подругой и огляделась. Собака куда-то исчезла.

— Ну и где она? — хмуро спросила Надя. — Одни только проблемы от этих животных… Да и от ваших бредовых идей тоже! — она подошла к дому и заглянула за угол.

— А, вот она!

Ей на встречу выбежала рыжая молния и ласково ткнулась носом в ладонь. Надя немного оттаяла, заодно прикидывая, где тут можно вымыть руки.

Однако пёсик на этом не остановился и, схватив зубами край простенького, но симпатичного Надиного плащика, несильно потянул к двум сидящим возле ржавой трубы девчонкам.

— Эй, ты что делаешь?! Порвёшь же!!! — взвизгнула Надя, вынужденная последовать за собачкой, чтобы не повредить ткань.

Подведя Надю к заинтересованно наблюдающим Вере и Любе, собака обнюхала дырку в трубе и Любин сапог, оглянулась на Надю и быстро негромко вопросительно рявкнула.

Надя с удивлением присмотрелась к дырке.

Луч бледного ещё солнца, сидящего на голубом, припорошённом пепельными тучками небе скользнул по рыжеватым пятнам ржавчины.

В тёмной, засыпанной желтоватой соломой ямке что-то блеснуло.

Надя запустила руку в дырку.

И достала оттуда облепленный землёй круглый, размером с ладонь, кусок сероватой пористой горной породы. В ней, как специально, было множество небольших круглых отверстий.

Счистив верхний слой вязкой грязи, притихшие подруги увидели, что под слоем серого камня в круглых дырочках переливается что-то полупрозрачное.

— Ух ты, какой красивый камушек! — восхитилась Надя, большим пальцем счищая землю с серо-шершавой и прозрачно-гладкой поверхности.

Собака бешено завиляла хвостом, громко залаяла и радостно, вприпрыжку понеслась к калитке.

— Эй!!! — завопили девчонки. — Стой! Подожди!

Они выбежали на дорогу, но там уже никого не было.

У Нади дома подруги покидали грязные ботинки у порога и протолкнулись в ванную. Хозяйка включила тёплую воду и долго и тщательно отмывала свою находку. Вера с Любой смотрели, затаив дыхание.

— Пойдёмте ко мне наверх? — предложила Надя, прикрыв очищенный камень ладонью. Друзья взбежали по лестнице, шикнув на Надиного брата, который хотел спросить, какой великой цели служат раскиданные по всему коридору три пары грязнющих сапог и брошенные на пол мимо вешалки куртки, зашли в комнату и закрыли дверь.

Надя раскрыла ладони, в которых был спрятан камень.

Все трое ахнули.

Камень сиял. Сиял так, словно внутри шарообразного сита включили лампочку. Бледный голубоватый свет из окна отражался от тысяч граней, виднеющихся в круглых отверстиях, и светлыми стрелами разлетался по комнате.

— Вау.

Надя покатала шарик в руках, бледные блики запрыгали по стенам.

— Красота! — выдохнула Вера. — Смотрите, как интересно получилось: все эти дырочки идут почти ровными рядами, и все одинакового размера! Только вот тут одна побольше, — девочка развернула камень и показала выделяющееся среди ровных светящихся кружочков отверстие покрупнее. Оно и сияло ярче, чем остальные.

На солнце набежала тучка. В комнате стало темнее, камень перестал светиться и только тускло поблёскивал: запертая в гранитной клетке Красота.

Надя поводила пальцем по шероховатому граниту, покрывающему камень, а потом по выглядывающей из-под него гладкой поверхности с острыми гранями.