Туман над морской бездной (СИ) - Злая Яойка - Страница 38

-- Меня фригидная химе-линкор убьёт! -- обиженно завопил Хорнет, визуализируя процесс горения фотографии при помощи голограммы. -- Как же я теперь домой вернусь?!

-- Причём тут Химе-Линкор?

-- Это её фотография. Мне крышка.

-- Но тебя не смогли ранить ни я, ни Мусаши. Почему ты так боишься Принцессу Линкоров?

-- Потому что она -- единственная адекватная в том зоопарке, где я родился. Нет, она мне ничего не сделает, но вот терять общество единственной адекватной личности на сотни километров вокруг как-то неохота. Но, видимо -- это судьба, -- вздохнул Хорнет. -- Да и она может меня побить. Я не люблю, когда меня бьют. Это неприятное чувство, когда твою броню разрывают и крошат внутренности. Раньше было проще, раньше умирать было не страшно. Но когда ты вырастаешь -- начинаешь понимать вещи вокруг себя, и тебе становится страшно, -- проговорил он, вспомнив, какие на самом деле испытывал чувства за мгновение до того, как его втянуло в гравитационную аномалию. -- Страшно, что умерев вновь ты уже не будешь прежним.

-- Прямо как и мы, -- подумала Мутсу, вспомнив своё состояние после недавнего призыва. -- Но ведь глубинные появляются не в результате призыва... Неужели они при смерти перерождаются в новом теле? И она говорила так, словно есть шанс переродиться в неразумную особь. Но ведь это ненаучно. Да, глубинные эволюционируют, но при смерти они уничтожаются окончательно. Это подтвердили результаты десятков экспериментов!

-- Мутсу-сан, -- вывел Деву Флота из раздумий голос химе. -- А что такое...

Ангар Хорнета.

Пока аватара корабля разыгрывала спектакль перед пленной канмусу, два эсминца, мирно доедавшие последнюю копию автоматической пушки "Эрликон", оставленную им в качестве обеда, замерли, словно прислушиваясь к чему-то. Недавняя резкая остановка вывела их из спячки, и они решили поддаться природному порыву и перекусить, но сейчас голод отступил. Это было странно, так как они успели съесть всего по две пушки, что для эсминцев не было даже похожим на завтрак.

Спустя несколько секунд свечение в их глазах стало тускнеть, а их тела стали покрываться паутиной мелких трещин, через которые наружу заструилось тёмно-красное свечение. Медленно, неестественно медленно для их кажущейся массивности, они стали погружаться в воду, своими движениями, а точнее -- их отсутствием, походя на мертвецов.

Постепенно, тела эсминцев начали растворяться, придавая воде маслянисто-чёрный окрас и делая её похожей на нефть. Но помимо визуальных изменений с водой происходили и другие. Её температура упала до десяти градусов по шкале Цельсия, и системы подогрева, установленные в бортах бассейна, не могли нагреть воду до положенных 18 градусов. И она потеряла всякую подвижность, став словно застывшим куском смолы, который быстро перекрашивался в маслянисто-чёрный цвет.

========== Разговоры в дороге. ==========

-- Мутсу-сан, а что такое... -- хотел было спросить Хорнет про кольцо, но тут получил отчёт от систем контроля внутреннего объёма корпуса.

Переключившись на камеры в ангаре, он увидел вместо бассейна с водой, в котором должны были спать два глубинных эсминца, кубик чёрной смолы. И эта смола поглощала тепло от нагревателей с такой интенсивностью, словно она через портал отдавала тепло куда-то на поверхность Плутона на его ночной стороне.

-- Это ненормально. Совсем ненормально! -- думал Хорнет, на ходу меняя систему обогрева и накачивая её энергией до краёв.

Но странная смола абсолютно не замечала попыток искусственного интеллекта корабля её прогреть. Не обладая соответствующими знаниями, Хорнету оставалось лишь продолжать пытаться поддержать комфортный для эсминцев режим внутри бассейна, пусть на это и уходило столько же энергии, сколько и на работу противокорабельного фотонного орудия вспомогательного калибра дальнего радиуса действия. Изолировав, на всякий случай, бассейн полем Клейна от остального пространства корабля, Хорнет стал просматривать, что произошло с эсминцами, но тут почувствовал лёгкое прикосновение к своей ментальной модели.

В то же время Мутсу с интересом смотрела на внезапно замолчавшую химе. Вид у глубинной при этом был такой, словно она увидела нечто страшное, что заставило её оцепенеть. И в доказательство этого на щеках химе загорелись синие полосы, и Мутсу всем своим естеством ощутила, как на неё что-то смотрит буквально со всех сторон. Но взгляд, внезапно появившийся, так же внезапно пропал, и она вздохнула с облегчением.

-- Эй, что с тобой? -- спросила Мутсу, подойдя к химе, которая застыла словно каменное изваяние.

Не дождавшись ответа, Мутсу собралась с духом и хотела было потрясти химе, но едва она прикоснулась к ней, как через её тело словно прошёл электрический разряд. От неожиданности она осела на пол, хлопая глазами, но жжение в левом боку и приятная истома вывели её из ступора. Опустив взгляд, она увидела, как шрамы исчезают, оставляя после себя здоровую кожу без единого изъяна.

-- В чём дело? -- услышала Мутсу голос химе, но он разительно отличался от того, что было ранее.

Исчезли всякие нотки веселья и ребячество. И задан вопрос был таким тоном, что Мутсу невольно вспомнила свою сестру Нагато. Да и взгляд был похожим. Взглянув в окно, химе откинулась на спинку кресла и протёрла глаза, после чего взглянула на Мутсу.

-- Простите, Мутсу-сан, -- ответила химе. -- Я не хотел вас пугать. Наверное, я ещё не готов быстро передвигаться. Я всего недавно проснулся, -- зевнув, сказала она, -- относительно недавно.

-- Ч-что случилось? -- спросила Мутсу, переведя взгляд со своего бока на химе.

-- Всё нормально, просто задел рифы. Это больно, -- скривилась химе.

-- Я не про это, -- тряхнув головой, сказала Мутсу, вставая с пола.

-- М-м-м?

-- Что ты со мной сделала?

-- В смысле? Я ничего не делал. Просто прислушался к своим чувствам, -- сказал Хорнет, но тут заметил отсутствие шрамов на боку Мутсу. -- О, ваши шрамы пропали.

-- Да, -- косо посмотрев на химе, произнесла Мутсу, вернувшись в своё кресло.

-- Это ведь из-за меня, да? -- протянул Хорнет. -- Я сделал вам больно?

-- Вовсе нет, но...

-- Но вы на меня так смотрите, будто я побил вас.

-- Всё нормально, забудем, -- вздохнула Мутсу, поняв, что ответа от химе она не добьётся.

-- Мутсу-сан, а почему вы так смотрели на фотографию, словно там был изображён ваш павший родственник? -- спросил Хорнет. Посмотрев на руки Девы Флота, он добавил: -- Не расскажите, почему химе могут устраивать драки из-за какого-то "кольца"?

-- Драки? -- переспросила Мутсу.

-- Да. Иногда даже до смерти. Меня, правда, не трогали, -- сказал Хорнет, посмотрев в камин. -- Ну так почему кольцо способно заставить химе драться между собой. Неужели этот кусок металла несёт в себе что-то особенное, какую-то силу?