Чай с чабрецом (СИ) - Инош Алана - Страница 9

Я опять качнула головой. В чаепитии на холоде было своеобразное удовольствие.

– А давно ты с Леной познакомилась? – спросила я, когда чай остыл до приемлемой температуры.

– Четыре месяца встречаемся, – ответила Ксения, приложившись губами к узкому горлышку бутылки и сделав глоток пива.

– Славная девушка, – только и смогла я сказать.

– Тоже так думаю, – чуть приметно улыбнулась моя старая знакомая, а в глазах у неё вьюжил тот зимний вечер. – Увлекается икебаной и вязанием.

«…А не писаниной», – добавила про себя я.

В полвосьмого мы собрались за завтраком. Я решила: никакой больше рыбы, а поэтому съела только кусочек ванильно-яблочного пирога. Другой, с картошкой и мясом, лёг бы сейчас на мой взбаламученный дурнотой желудок тяжёлым комком.

– Выходим минут через сорок, – глянув на часы, сказала Ксения. – Как раз совсем рассветёт.

В этом был здравый расчёт: пока мы дойдём до ягодного местечка, пока наберём клюквы, пока вернёмся – вот уже и обед. А ещё возня с вареньем…

*

Мои синие сапожки были довольны: сколько всего набилось в их рифлёные подошвы за время шестичасовой лесной прогулки! Ягоды, трава, опавшие листья, камушки… И всё это вперемешку с мокрой землёй и глиной – по тяжеленной лепёшке на каждом сапоге. Края подошв ощетинились хвоей и мелкими веточками. Знатно погуляли!..

Мы собрали двадцать килограммов клюквы: десять – Ксении с Леной, десять – наши. Два полных ведра наконец-то стояли на кухне, а как мы их волокли до дома – о, это жуткая история… Вытащив из сапог гудящие ноги с бледными распухшими щиколотками, я закинула их на колени моего Ангела.

– Отекли-то как, – нахмурилась Александра, массируя их горячими сильными пальцами. – Аж вен не видно…

А я уже мысленно колдовала над клюквой и думала о том, что мёда маловато – часть ягод придётся всё-таки сварить. Но сначала – помыть и перебрать… Сколько работы! А ведь уже два часа, обедать пора… Моё «после вчерашнего» худо-бедно улеглось, и желудок не возражал против чего-нибудь существенного и сытного. Если утром он ещё привередничал и разделял еду на лёгкую и тяжёлую, то сейчас за милую душу перемолол пирог с картошкой и мясом, как мельничный жёрнов – и ничего, не подавился и даже не икнул. Ноги ныли адски, но выхода не было: завтра понедельник, всем на работу, а значит, с ягодами надо управиться сегодня.

Ягодка за ягодкой, ягодка за ягодкой – блестящие алые бусинки падали в таз чистыми, проходя через воду и наши пальцы. Сорок пальцев против двадцати килограммов клюквы – это вызов, но права пословица: «Глаза боятся, а руки делают». Кровь земли, соединившись с сахарным сиропом, превращалась в кисло-сладкое лакомство, которому после первого закипания следовало дать выстояться половину суток, а потом уж только доваривать, но мы таким временем не располагали, а потому подождали три часа. Тридцать минут варки – и вот она, целительная лесная сказка, заключённая в стекло и запечатанная крышками. Ксения, обнимая Лену сзади, нашёптывала ей нежный вздор, а мой серьёзный Ангел занимался делом – измельчал нашу часть клюквы в блендере.

– Лёнь, всю перемалывать?

– Нет, половину, – отозвалась я. – Мёда хватит только на пять кило. Остальное сварим, как обычно.

Берегитесь, простуда и авитаминоз: против вас я готовлю целебное снадобье!.. В нём заключена солнечная сила мёда и клюквенный румянец, а ещё вся нежность моих рук.

– Мм, – улыбнулась Ксения, попробовав ложечку этого чуда. – По-моему, даже вкуснее варенья. Ты колдунья, Лёнь…

К прошлому не было возврата: тот снег давно растаял, а деревья уже забыли увиденное, как старый сон. Осталось лишь это маленькое клюквенно-медовое волшебство в чайной ложке и на губах, да ещё лёгкая мятная горечь улыбки.

– Однако, уже поздно, – нахмурилась Александра, посмотрев на часы. – Лёнь, ничего, если мы заберём оставшуюся клюкву с собой, и ты её дома доваришь? Мне на работу завтра, а надо ещё до дома добраться, помыться и отдохнуть…

Да, за всей этой вознёй время пролетело незаметно: вот уже и вечерний сумрак заглядывал в окна, а Ксения – в мои глаза.

– Спасибо, Лёнь… Ты сегодня на денёк вернула лето, – сказала она. И добавила с грустной улыбкой: – А теперь оно опять уходит… Но забыть его нельзя. Оно – не из тех, которые проходят бесследно.

Лена не слышала этого – отошла умыться, а Александра понесла тяжёлый рюкзак с нашими банками в машину.

– И тебе спасибо за этот день, – едва слышно проронила я.

*

В тазике на плите попыхивало клюквенное варенье, на часах была полночь, а в моих наушниках звучало: «Представить страшно мне теперь, что я не ту открыл бы дверь…» Переступив порог квартиры, я первым делом нашла и скачала привязавшуюся песню, а теперь слушала и переслушивала, не в силах остановиться. На дисплее рядом с треком стоял значок повтора.

Сладость клюквы в меду мешалась на губах с солью слёз.

Руки Александры обняли меня сзади, а один наушник телефонной гарнитуры перекочевал к ней в ухо.

– Знаешь, мне и правда страшно представить, что было бы… – Её палец стёр с моей щеки влажную дорожку. – Ты чего?

– Не знаю, – улыбнулась я, со вздохом пытаясь отпустить из груди давившую на сердце непонятную печаль. – Песня хорошая… А со мной, наверно, что-то не так…

Рядом с вареньем на плите зашумел чайник, на стол встали две чашки.

– Всё с тобой так. Женщины, чижик, бывают разные: одни, как бабочки-однодневки, не оставляют после себя ничего, а другие, войдя в чью-то жизнь, делят её на «до» и «после». Их невозможно забыть.

Кипяток, источая клубы пара, заструился в заварочный чайник.

– …И я счастлива, что мне досталась именно такая.

*

________________

* «Случайность», сл. Е. Долматовского, муз. А. Экимяна.

*

16-18 апреля 2014 г

© Copyright: Алана Инош

Ссылки на официальные страницы автора Алана Инош:

Проза.ру: http://www.proza.ru/avtor/alanaenoch

Самиздат: http://samlib.ru/i/inosh_a/

Книга фанфиков ( Фикбук): http://ficbook.net/authors/Алана+Инош

Yuri Collection:

http://yuri.teinon.net/fanfiction/byauthor/%C0%EB%E0%ED%E0+%C8%ED%EE%F8

@дневники: http://enoch.diary.ru/

Сообщество Вконтакте: http://vk.com/alanaenoch