Крадущаяся тень - Страуд Джонатан - Страница 45

– Там, где Марисса Фиттис и Том Ротвелл впервые вступили в борьбу с нею, – добавил Локвуд, наматывая на вилку дымящиеся нитки спагетти, политых соусом. – Прекрасные спагетти, Люси. Кстати, а что это за черненькие точечки в соусе?

– Грибы, я думаю. А, нет, грибы – это вот эти… Честно говоря, не знаю. Ешь на здоровье и не забивай себе голову пустяками.

– Агентства «Фиттис» и «Ротвелл» большой путь проделали за эти пятьдесят лет, – сказал Джордж, задумчиво жуя спагетти. – Тебе известно, что на том месте, где Марисса и Том впервые начали изучать появившихся в городе призраков, теперь установлен памятник? Я там был, видел его. Памятник, если честно, так себе, но на нем изображены два подростка, уничтожающие знаменитый Фантом с Мад-Лейн. Том Ротвелл держит в руках самодельную рапиру, а Марисса Фиттис стоит у него за спиной с маленьким фонариком. Это два предмета, которые стали впоследствии символами их агентств. Так странно было представлять, что именно на этом месте впервые были использованы рапира и фонарь…

– А правду говорят, что Марисса взяла тот фонарь в садовом сарае, или это легенда? – спросила Холли. Сейчас она изящно управлялась с овощным салатиком, но я с удовольствием заметила, что на очереди перед Холли стоит и большая тарелка спагетти.

– Сущая правда, – кивнул Джордж. – В сарае рядом с летним домиком своих родителей. Именно с этим фонариком она и начала изучать парапсихологическое поле, возникающее в присутствии призраков. Они были гениальными ребятами, Марисса и Том. Ведь это они первыми начали экспериментировать с железом и серебром. Том также брал с собой в населенные призраками дома клетки с кошками, эти пушистики стали самыми первыми системами оповещения о появлении Гостей. Правда, очень скоро он отказался от кошек – в присутствии призраков они сходили с ума.

– Не очень гуманно это было с его стороны, – заметила Холли. – Бедные киски.

– Готова спорить, что эти бедные киски были эффективнее, чем тот идиотский колокольчик, который ты притащил в дом Гаппи, Джордж, – сказала я.

Джордж шумно втянул в себя громадную порцию спагетти, и ответил, когда она навсегда исчезла из вида:

– Ты имеешь в виду тот приборчик ПСРО? Пожалуй, пожалуй. Однако Ротвелловский институт постоянно продолжает что-то изобретать, в этом ему не откажешь. Они стараются в этом подражать Тому, он тоже все время что-то придумывал, пробовал. Не всегда удачно, конечно, но не ошибается только тот, кто ничего не делает. А вот агентство «Фиттис» всякими новинками себя не утруждает и нас не балует. Они тоже подражают своему основателю – Мариссе, которая всегда полагалась исключительно на рапиру и Дар.

– Да, основатели нашего дела были гениальны каждый по-своему, – сказала Холли. – Мы все у них в долгу. Ведь они рисковали своими жизнями, чтобы спасти наши жизни.

– И это не прошло для них даром, – заметил Локвуд. – Оба они умерли молодыми.

Я вспомнила фотографии Мариссы, которые видела в Доме Фиттис. Пожилая дама, морщинистая, одетая во все черное.

– Ну, не такими уж молодыми, – возразила я. – Я видела фотографии Мариссы в весьма почтенном возрасте.

– Да нет, ей было лишь слегка за сорок. Просто у нее развилось так называемое преждевременное старение, вот она и выглядела пожилой.

– Ладно, вернемся к карте, – сказал Джордж. – На ней видно, что Проблема распространялась как любая эпидемия, постепенно расходясь кольцами от первоначального источника болезни. Сначала Кент, затем юго-восток, затем Лондон, а затем еще дальше, на всю страну.

– И это происходило несмотря на все усилия Фиттис и Ротвелла, – заметила я.

– Да, – согласился Джордж. – Несмотря.

В конце ужина Локвуд сделал объявление.

– Вы все знаете, что завтра ночью у старьевщиков назначены торги, – сказал он. – Следует ожидать, что на этих торгах будут Винкманы, активно скупающие в последнее время все лучшие парапсихологические артефакты. Из того, что рассказала нам Люси, вытекает, что шепчущий череп почти наверняка окажется в числе выставленных на продажу вещей, поэтому нам тоже необходимо попасть на эти торги. Наша цель – попасть на торги, найти череп, завладеть им и постараться по ходу дела больше узнать о таинственном покупателе товаров с черного рынка, на которого работают Винкманы. Следующая наша задача – благополучно смыться вместе с черепом так, чтобы нас по возможности не накрыли, не загнали в угол и не выпустили нам кишки ножом. В принципе, ничего сложного. Фло проводит нас к месту торгов, но для того чтобы нас пропустила охрана, мы должны иметь при себе товар на продажу.

– Ты имеешь в виду какой-нибудь Источник? – спросила Холли.

– Совершенно верно. У тех двоих, кто пойдет внутрь – полагаю, что это будем мы с Люси – при себе должен быть товар, следовательно, нам нужны два парапсихологических Источника, причем достаточно мощных, иначе нас не пропустят.

– Два Источника! – фыркнул Джордж. – Легко сказать, труднее достать. Был у нас череп, так и тот украли. Конечно, если порыться в офисе, можно ерунду какую-нибудь найти. Отрубленную пиратскую руку, например, которую Холли давно мечтает выбросить в помойку. Как Источник рука, конечно, так себе, но выглядит эффектно. Если честно, мне очень нравится пиратская рука – черная, блестящая, один палец отрублен… Не знаю почему, но она всегда вызывает у меня умиление…

– Успокойся, не станем мы забирать твою любимую руку, – сказал Локвуд, откидываясь на спинку своего стула. – Нет, нам нужно что-то более эффектное, чем отрубленная рука, что-то такое, чего еще никто никогда не видел. А самая хорошая новость – это то, что я знаю, где можно найти пару таких вещей, – он взглянул на свои часы. – Сумерки еще не наступили, значит, у нас есть немного времени. Пойдемте.

– Прости, а куда мы идем? – спросила я.

Локвуд посмотрел на нас и ответил, улыбнувшись:

– Пальто и куртки нам не понадобятся, не волнуйтесь. Мы идем на второй этаж, в комнату Джессики.

Локвуд никогда не любил рассказывать о своем прошлом, совсем наоборот. С самого начала нашего знакомства исчезнувшая семья Локвуда и обстоятельства, при которых его родственники покинули этот мир, оставались для меня тайной. Несмотря на то, что дом Локвуда был полон вещей, напоминавших о его родителях, сам он крайне редко упоминал о них и уж совсем ничего не рассказывал о своей сестре, Джессике, которая умерла здесь же, в своей спальне, много лет тому назад.

Наружу время от времени лишь просачивались отдельные, разрозненные детали, но даже по ним можно было понять, какое сильное влияние оказало и продолжает оказывать на Локвуда его прошлое.

Джессика Локвуд была на шесть лет старше своего брата, и после неожиданной и ранней смерти родителей взяла на себя воспитание маленького Энтони. Когда Локвуду было девять лет, Джессика тоже умерла, стала жертвой Гостя, напавшего на нее прямо в ее собственной спальне. После смерти сестры Локвуд загнал свое горе в глубину души, где оно до сих пор яростно бушевало и горело, став вечным источником ненависти Энтони к любым призракам. Локвуд вступил в беспощадную борьбу с ними, а комнату сестры закрыл, и она стала темным, необитаемым островком в его доме. Эта спальня была не только непосещаемым святилищем Джессики, но и чем-то вроде склада, в котором Локвуд хранил вещи, связанные с памятью его сестры и родителей. Спальня была также хорошо защищенной запретной зоной, поскольку на том месте, где погибла Джессика, до сих пор сохранялось мощное посмертное свечение. Дверь комнаты изнутри была обшита железом, с потолка свисали многочисленные серебряные обереги, но в принципе все эти меры предосторожности можно было считать лишними, потому что Джессика никогда не возвращалась назад.

Итак, после ужина Локвуд повел нас на лестничную площадку второго этажа. Следом за Локвудом поднималась Холли, мы с Джорджем шли замыкающими.

– Послушай, Джордж, – шепнула я. – А как же Холли? Она что, тоже знает?..

– О Джессике? Да, знает.