Мемуары гея - Уваров Максимилиан Сергеевич - Страница 11

- Надеюсь, никто не пострадал?

- Кроме рыбы, никто, - отвечаю я и читаю новый совет от моей заботливой бро: попробовать рыбу.

Вилка с маленьким кусочком рыбы меняет траекторию и летит мимо моего рта в Женькин.

- М-м-м… вкусно, малыш! - мычит он, прикрыв глаза. - Рыба страдала не зря, - он трется о мою щеку носом, а потом целует ее. Все двухчасовые мучения стоили этого поцелуя.

- Считай это авансом, - хитро улыбается он мне.

Я не собираюсь ждать ночи, поэтому, когда Женька уходит в ванну, просачиваюсь за ним в незакрытую дверь.

- Чем это пахнет? - Женька выходит из ванной первым и вдыхает запах гари.

Вот черт!!! Рис! Я забыл вынуть из воды пакетик с рисом и выключить огонь.

Я сижу, поджав ноги, на диване и переписываюсь «вконтакте». Женька на кухне ворчит и отмывает кастрюлю от пригоревшего риса. Хим все еще перетаскивает «закрома» на новую базу - под шкаф.

- Малы-ы-ыш… - я поворачиваюсь на грустный Женькин голос и тут же закашливаюсь. Вокруг Женькиного рта явно виден красный круг от стакана.

- Мне стало интересно, сколько я смогу дышать из стакана, - оправдывается он.

- Чудило мое, - улыбаюсь я, - иди ко мне, - он садится ко мне на диван, и я обнимаю его за шею.

Ну чего стоим и смотрим? Идите уже. А то нам завтра вставать рано. Всем спокойной ночи.

========== Пи... на даче 1 ==========

«Разбежавши-и-ись, прыгну со скалы-ы-ы. Вот я был, и вот меня не стало…» Привет! Правда, я хорошо пою? А вот Женьке не нравится. Особенно раздражает, когда я пою по-корейски или за рулем, как сейчас.

Да, кстати… Раз уж вы в нашей машине, сразу объясню правила. Во-первых: не курить. Во-вторых: не петь. В-третьих: не мешать петь мне. И главное: руки на затылок и притягиваем голову к коленям, как в самолете при крушении. И не надо так удивленно смотреть. Женька говорит, что, когда я веду машину, у него очень ноги устают, потому что он постоянно тормозит в пол.

Наконец, мы сворачиваем на дорогу-раздолбайку.

- Бля! Шумахер херов! Ты б скорость сбросил! - говорит Женька, клацая зубами.

- А ты рот закрой. А то язык прикусишь, - парирую я.

Я лихо заруливаю в ворота и останавливаю машину в миллиметре от стены дома.

- Ура! Я попал в ворота! - ору радостно.

- Сука! Я во всех местах поседел, - говорит Женька, приоткрывая один глаз, - мне надо выпить.

- Мне тоже! - потираю руки в предвкушении.

- Нет! Сегодня только пиво.

- Не проблема! - ну я-то знаю, что пиво - это только начало банкета.

Моя радость была недолгой. За ужином мне выдали одну бутылку пива со словами: «Надо понижать травматичность нашей семьи!»

В общем, ужин прошел без происшествий. Перед сном я решил принять душ, вернее, облиться водой из бочки. Проорав минуту под холодной струей, я вытерся полотенцем и пошлепал в дом, где меня ждал сюрприз. Женька лежит на кровати совершенно голый, а рядом с ним растянулась сонная крысиная тушка.

- Мы тебя ждем, - улыбнулся мне Женька и похлопал по кровати рядом с собой.

- У нас сегодня что, секс втроем? - я попытался улечься рядом с Женькой, отодвигая крысу рукой.

Замечу сразу: я не толстый, и Женька тоже, о Химыче и говорить нечего, но у нас на даче только два койко-места: полуторный диван, на котором я могу спать только боком, и вот эта самая кровать, на которой сейчас лежит голый Женька. Она всего на полметра шире диванчика, поэтому лежать на ней вдвоем можно только бутербродом. Так и не поместившись рядышком, я резво забрался на Женьку верхом.

Слюнки потекли? Думаете, сейчас тут будет красивая НЦа? Рассказывать, что было дальше?

Он накрыл мои губы поцелуем, стянул с меня влажное полотенце и слегка шлепнул по попе. Я тихо простонал ему в губы, потираясь о его пах своим напряженным членом. Его тело двигалось в такт моим движениям, и руки судорожно метались по моей спине… ну и парад взбесившихся мурашек, конечно. Думаете, все так и было? Сейчас расскажу, как это происходило на самом деле:

Я запрыгиваю на Женьку, а он реально крякает в это время:

- Малыш, а сколько тебе лет?

- Двадцать три, - отвечаю ему, пытаясь улечься поудобнее.

- А весишь ты на все двадцать четыре, - говорит Женька, поправляя рукой свое хозяйство, зажатое между его пахом и моим животом.

- Жень, руку убери, а то мне живот прищемило.

- Ты ногу чуть в сторону, а то сейчас яйца мне раздавишь.

- Ой, извини. Осторожно! Коленкой! Бля! Жень!

- Малыш, я просто пытаюсь снять полотенце. Попку чуть выше.

- Жень! Сука, волосы!

- Где?

- Там! Не тяни, я сейчас конец полотенца вытащу.

- Все?

- Все. Теперь тащи его.

Когда полотенце, наконец, плюхнулось на пол, и я реально получил легкий шлепок по голой попе, я резко нагибаюсь, чтобы поцеловать Женьку, а он в тот же момент так же резко поднимает голову. Мы звонко ударяемся друг о друга зубами.

- Же-е-ень! По-моему, у меня зубы внутрь вывернулись.

- Больно, малыш?

- Неприятно просто. Чем это ты делаешь?

- Что делаю?

- Щекочешь ляжку.

- Эм-м-м… это как бы-ы-ы и не я, - Женька достает откуда-то Химку.

- Крыса-извращенец, - смеюсь я. - Положи его в клетку. Я с ним втроем не смогу.

Если честно, дальше вам будет неинтересно. Мы выключили свет, и все остальное происходило в темноте. Так что могу описать только сопение, кряхтение и скрип кровати.

Утром я не обнаружил на соседней кровати Женьку. Вернее, было уже далеко не утро, а, скорее, обед. После нашей НЦы Женька сразу уснул, а я, как обычно, до рассвета просидел за компом. Одевшись, я выполз из дома и заметил, что на нашем участке многолюдно. Меня удивило такое количество народа, но больше меня удивил приятный молодой азиат, с которым разговаривал мой Женька. Азиат был невысокого роста, стройненький и симпатичный на морду лица. Короче, типичный кавайчик.

- Ты проснулся? Давай умывайся и кушай. У нас сегодня много дел, - увидев меня, сказал Женька, - это мой племянник, - объяснил он симпатяжке.

- Я поняла, - отозвался тот со смешным акцентом.