Сияние - Кинг Стивен - Страница 94

В дальнем конце цементного тоннеля раздался негромкий шорох опавших листьев, будто что-то на четвереньках ползло к Дэнни… В любой момент на щиколотку опустится холодная ручонка…

Эта мысль избавила Дэнни от паралича. Он кинулся рыть обвалившийся рыхлый снег, закупоривающий этот конец цементного кольца, выбрасывая его назад между ногами, как собака, выкапывающая кость. Сверху сочился голубоватый свет и Дэнни рвался к нему, как ныряльщик с глубины. Он царапал спину о край кольца. Один снегоступ зацепился за другой. Под лыжную маску и за воротник парки набился снег. Он копал его, вцепляясь в холодную рыхлую массу. Казалось, снег хочет удержать мальчика, всосать обратно, вниз, в цементное кольцо, где поджидало невидимое существо, хрустящее листвой, и оставить там. Навсегда.

Потом Дэнни очутился на свободе, лицо оказалось повернутым вверх, к солнцу, он полз по снегу, уползал от полупогребенного цементного кольца, хрипло хватая воздух; от пушистого снега лицо стало комически белым — живая маска ужаса. Прихрамывая, мальчик добрался до полосы препятствий и уселся, чтобы перевести дух и заново прикрепить снегоступы. Поправляя и перевязывая крепления, он не сводил глаз с отверстия, которым заканчивалась цементная труба. Он выжидал — не покажется ли оттуда что-нибудь. Ничего не появилось, и Дэнни задышал ровнее. Что бы ни жило там, это существо не выносило солнечного света. Его держали там взаперти и выходить наружу оно, может быть, могло только в темноте… или когда оба конца его круглой тюрьмы забивало снегом.

(Но сейчас я в безопасности, в безопасности и просто вернусь домой, потому что теперь я)

Позади что-то мягко ухнуло.

Дэнни обернулся и посмотрел на отель. Но даже раньше, чем он посмотрел

(видишь индейца на этой картинке?)

он уже знал, что увидит — ведь мальчик понял, что это за глухой удар. С таким звуком обваливается большой снежный пласт — соскальзывает с крыши отеля и падает на землю.

(видишь?)

Да. Он видел. Снег обвалился с куста, подстриженного в форме собаки. Когда Дэнни пришел сюда, это был всего лишь безвредный сугроб за пределами площадки. Теперь из-под снега явилась собака — неуместный всплеск зелени посреди белизны, от которой на глаза навертываются слезы. Собака служила, словно выпрашивала конфетку или кусочек чего-нибудь съестного.

Но на этот раз он не обезумеет, не потеряет хладнокровия. Потому что, по крайней мере, не пойман в темной дыре. Здесь светит солнце. А это всего лишь собака. Сегодня здорово тепло, с надеждой подумал мальчик. Может быть, солнце просто настолько подтопило снег на собаке, что его остаток свалился, вот и все. Может быть, дело в этом.

(не подходи к этому месту… держись в стороне)

Завязки снегоступов держали намертво. Дэнни поднялся, оглянулся и впился взглядом в цементное кольцо, почти полностью заваленное снегом. От того, что он увидел возле отверстия, через которое выбрался, сердце Дэнни остановилось. Тоннель заканчивался круглым пятном мрака, складкой тени, обозначившей дыру, которую мальчик выкопал, чтобы попасть внутрь. Сейчас, несмотря на ослепительно сверкающий снег, ему показалось, будто там что-то виднеется. Шевелится. Рука. Машущая ладошка какого-то отчаянно несчастного ребенка, молящая рука утопающего.

(спаси меня, пожалуйста, спаси, если не можешь спасти меня, по крайней мере, иди поиграй со мной… навсегда, навсегда, навсегда)

— Нет, — хрипло прошептал Дэнни. Слово во всей наготе вывалилось из пересохшего рта. Теперь сознание ощутимо колебалось, готовое оставить его, как оставило, когда та женщина из ванной… нет, лучше об этом не думать.

Дэнни ухватился за нити реальности и крепко вцепился в них. Тебе надо выбраться отсюда. Сосредоточься на этом. Спокойно. Будь, как Секретный агент. Стал бы Патрик Макгуэн плакать и мочить штанишки, как младенец?

А папа стал бы?

Это немного успокоило Дэнни.

Позади снова раздалось тихое «фламп» упавшего снега. Он обернулся. Теперь из снега торчала ворчащая на него голова одного из львов. Лев оказался ближе, чем следовало — почти у ворот детской площадки.

Попытавшийся подняться в нем ужас Дэнни подавил. Он — Секретный агент, и сумеет уйти.

Он направился к выходу с площадки тем же обходным путем, что и его отец в день, когда пошел снег. Все внимание Дэнни поглотили снегоступы. Медленные, скользящие широкие шаги. Не поднимай ногу слишком высоко, не то потеряешь равновесие. Поверни лодыжку, стряхни снег с перекреста креплений. Ему казалось, что он идет так медленно! Вот и угол детской площадки. Там намело высокие сугробы, и Дэнни удалось перебраться через забор. Перешагнув одной ногой через изгородь, он чуть не полетел носом вниз, когда второй снегоступ зацепился за столбик ограды. Дэнни перенес тяжесть на наружную опору, размахивая руками, как мельница, помня, как трудно подниматься, если упадешь.

Справа опять повторился тот же негромкий звук. Упал пласт снега. Дэнни оглянулся и увидел двух других львов. Освободившись от снега до передних лап, они бок о бок сидели примерно в шестидесяти шагах от мальчика. Зеленые углубления — их глаза — не отрывались от него. Собака повернула голову.

(Это случается только когда не смотришь)

— О! Эй…

Снегоступы скрестились и он нырнул вперед, в снег, без толку размахивая руками. Холодные комья набились в капюшон, за шиворот, в голенища сапог. С трудом выбравшись из снега, Дэнни попробовал подпихнуть снегоступы под себя (сердце колотилось, как сумасшедшее)

(Секретный агент помни ты Секретный агент)

и повалился на спину. Мгновение он лежал, глядя в небо, думая, что проще было бы сдаться.

Потом он вспомнил про существо в цементном тоннеле и понял, что сдаться не может. Подобрав ноги, Дэнни пристально уставился на кусты живой изгороди. Три льва собрались теперь вместе, до них было от силы сорок футов. Собака заняла положение слева от них, как будто отрезала Дэнни путь к отступлению. Если не считать пушистых жабо вокруг шеи и морд, снега на скульптурах не было. Все они не сводили с мальчика глаз.

Тот загнанно дышал, под черепом, словно крыса, крутилась, грызла паника. Он дал бой панике и снегоступам.