Подвиги русских врачей
(Из истории борьбы с заразными болезнями) - Вайндрах Григорий Моисеевич - Страница 28

Возбудитель бешенства выделяется со слюной. Попадая при укусах в рану, он вызывает заражение. Возбудитель по нервным волокнам переносится к головному мозгу; чем ближе место укуса к голове, тем скорее наступает болезнь.

Может ли быть источником заражения человек? Советский ученый Василий Гаврилович Ушаков, 62 года работавший на пастеровской станции в Ленинграде, никогда не встречал укушенных людьми, больными бешенством. Он пишет, что вообще «неоспоримых случаев заражения от человека нет, хотя экспериментально (в опыте. — Г. В.) слюной гидрофобиков (людей, больных бешенством) удавалось заражать животных».

Находится ли возбудитель бешенства в крови? Большинство ученых на этот вопрос отвечает отрицательно. Производились переливания крови от больного животного здоровому — заболевания не наступало.

Бешенство у собак проходит через предвестниковую стадию, стадию возбуждения и паралитическую. Водобоязнь, отказ от воды у собак не имеет места. В стадии предвестников животное то ластится к хозяину, то прячется от него. Оно начинает глотать всякие несъедобные предметы: бумагу, куски дерева, камни и солому. Этот период длится 1–2 дня, следующая стадия — возбуждения — характеризуется у собак стремлением убежать из дому, причем за день животное проделывает огромные расстояния (50–60 км); оно бросается на других животных, на людей, кусает их.

Ушаков описал случай, когда бешеная собака в Ленинграде в течение двух дней (1 и 2 января 1930 г.) покусала 89 собак. В этой же стадии наступают приступы судорог, лай у собаки хриплый, нижняя челюсть отвисает, и это состояние длится 3–4 дня, после чего наступает паралитическая стадия. Животные обычно погибают на 6–8 день, редко на 10. Скрытый период чаще всего длится до 28–40 дней, очень редко и дольше. Слюна становится заразной еще за несколько дней до выраженной болезни (3—12 дней по различным авторам). Вирус (возбудитель болезни) находится в головном и спинном мозгу животного.

Приблизительно так же протекает бешенство и у других животных. У больного животного при микроскопировании тончайших срезов мозга можно обнаружить так называемые тельца Негри в отдельных клетках головного мозга, у собак преимущественно в той части его, которая носит название Аммонова рога. Но отсутствие вируса при исследовании не отменяет диагноза бешенства.

Страшная картина бешенства, роковой конец всех без исключения заболевших заставляли человечество искать средство для предохранения укушенных от заболевания. Иногда казалось, что средство обретено, но последующие наблюдения разрушали эти иллюзии. Правда, не всегда укус бешеного животного влечет за собой обязательно водобоязнь — большое кровотечение может смыть зараженную вирусом слюну, и тогда, конечно, человек останется здоровым. Иногда же (и это бывает чаще) укусившее животное вообще не было больным, вследствие чего все средства лечения оказывались полезными. Во всяком случае добросовестные ученые на протяжении почти двух тысяч лет всегда указывали, что то или другое средство, предложенное и врачами, и не врачами, бесполезно. Правительства предлагали премии. Авантюристы наживались. Европа жадно прислушивалась ко всякому, кто предлагал тот или иной способ предохранения. Страх — плохой советчик, и из желания спастись и спасти своих близких шли на все. Римлянин Цельз — он жил в начале I в. нашей эры — предлагал выжигание укушенного места каленым железом, кузнец заменял врача. Плиний Старший (23–79 н. э.) давал есть печень бешеного животного, Гален (131–201 н. э.) — глаза улиток, во Франции рекомендовался омлет, приготовленный на одной из створок устричной раковины, к омлету прибавлялся порошок бедренца, порошок источенного червями дуба, корня боярышника; точно указывалось, сколько надо прибавить к этой яичнице вина и молока. В течение тысячи лет в Бельгии и Франции направляли укушенных к могиле святого VIII в. Юбера; ниточка его эпитрахили, хранящейся в храме, будто бы спасала от бешенства. Одно было несомненно: такое «лечение» приносило пользу лишь монахам, владевшим этой чудодейственной эпитрахилью. В XVII и в XVIII вв. во Франции широко рекомендовалось средство некоей Фуке — купание в Средиземном море или океане, причем этот вид лечения признавался действительным только в первые дни после укуса. «Если, — говорили важно врачи того времени, — яд достигнет благородных органов: мозга, сердца, печени и желудка, нет уже никакой помощи от этого купанья». Австрийский император и датский король в конце XVIII в. обещали огромную премию. Премию королевского медицинского французского общества (1780 г.) получил главный хирург Дижонского госпиталя Ле Ру, хотя он, написав огромный (в тысячу страниц) труд о бешенстве, в конце концов пришел к заключению, что большинство средств не дает никакого результата и что только прижигание каленым железом или кислотами может оказать пользу. Во Франции со времен средневековья до начала XIX в. сохранялся страшный обычай: заболевших бешенством либо обескровливали перерезкой вен на всех четырех конечностях, либо удушали между двумя матрацами. И это происходило, как видно, настолько часто, что при Наполеоне был издан закон, запрещавший под страхом смерти применять описанный варварский обычай. И этот закон не помогал: в 1816 г. во французских журналах еще сообщалось об удавлении укушенных. Пробовали изгонять один яд другим ядом: укушенного бешеной собакой подвергали укусам ядовитых змей. Ничто не помогало.

Более ста лет назад, в 1852 г., французское правительство обещало за открытие средства против бешенства огромную премию: были получены груды предложений, среди них упоминались и старые, уже полузабытые или совсем забытые средства, а также и новые. Но все они были бесполезны, о чем и доложил член французской медицинской академии Бушарда на заседании комиссии, которая должна была присудить премию. Один из историков медицины того времени пишет по этому поводу, что «вернулись опять к Цельзу с его прижиганиями».

Население обширной Россия также страдало от бешенства; в громадных непроходимых лесах было много волков, хранивших эту болезнь. Нередко случалось, что волки, здоровые и бешеные, забегали в деревни и кусали собак и людей, распространяя страшную болезнь.

В старых русских книгах можно найти и описание болезни, и предложения по борьбе с ней. Странными кажутся эти книги, странно читать эти записи, но они говорят о том, что люди волновались, искали и боролись со страшной болезнью, как могли.

А в 1780 г., в Москве, из университетской типографии, вышла книга. Носила она длинное название: «Нынешний способ лечения с наставлением как можно простому человеку лечиться от угрызения бешеной собаки и от уязвления змеи с показанием на таблице гравировальными фигурами чем, когда и как змея уязвляет, где яд у нее бывает и проч.».

«Выбрав, — говорится дальше в этом же заглавии, — из разных авторов, сочинил для пользы общенародной Данило Самойлович, коллежский асессор и штаб-лекарь». «Наставление» начинается следующими словами:

«Из многочисленных болезней, которыми род человеческий ежедневно угнетаем бывает, едва что страшнее, и едва что жалостнее может сыскиваться, как только видеть человека, зараженного ядом от укушения бешеной собаки».

Много места в своем «Наставлении» уделяет Самойлович лечению и предохранению от бешенства. Человек в своей личной жизни мужественный, он рекомендует немедленно после укуса, «ежели кто неустрашимый сыщется, то самый лучший способ, чтобы таковой яд ртом в самой скорости после уязвления высосать, дабы не допустить ему с соками соединиться». Наилучшим же он считает лечение ртутью, которую рекомендует давать внутрь или ртутной мазью смазывать пораженные места и суставы.

Самойлович подробно описывал болезнь, внося в изложение свои собственные соображения и приводя различные случаи из литературы; он старался понять, как сказали бы мы, патогенез страдания, установить инкубационный (скрытый) период, выяснить причины заболевания и, наконец, указать меры борьбы с бешенством и способы лечения его.