«Нас не догонишь…» (СИ) - Москаленко Юрий "Мюн" - Страница 138

      Тари задумалась. Объяснение неясному, выходит одно. Этот канн, несомненно, маг, и очень сильный маг, а мальчишка выступает в качестве слуги и подопытного кролика когда надо, такой добровольный пациент вечно соглашающийся и безвредный. В качестве ученика для мага, мальчик ценности не представляет, ввиду полного отсутствия магического дара. Да, но почему тогда Хэрн так усиленно просит её взять своего слугу в ученики? Странно! Если делать из него травника, ну не знаю, мужчина и цветочки-лепесточки? Надо подумать. Учить варить зелья? Опасно, родичи не поймут. Для мальчика это смертный приговор. Пусть на территории Этрука он и в безопасности, относительной, но при его засветке в обжитом пространстве местной цивилизации, её соплеменники такого конкурента не потерпят. Но Хэрн просит, и отказать ему она не может. Хэрн даже просил позаниматься с ребёнком родным её языком, письменностью и этикетом. Что же, такой слуга будет украшать собой любую свиту. А что, собой хорош, воспитан, а уж если привить и её образование, да с таким и ко двору не стыдно появиться! Двор, как же она давно там не была!

      Представитель верхней ветви правящей династии! Пусть не принцесса, но аристократка! Да и семья за её спиной любого неблагодарного держала на расстоянии. И чего ей не хватало? А, и правда, чего ей не хватало? Власть была, поклонников кучи, притом разных. Сила искусства с ней. Богатство и признание? Всё было! Подумать только, старшая жрица богини жизни! Ещё бы пару столетий и можно было бы претендовать на звание Верховной! А что, происхождение позволяло, поддержка храма есть, итак, чего же ей недоставало?

      У девушки настроение резко пошло вниз!

      Чувств! Ей очень не хватало чувств…

      Молодой принц сразу вскружил ей голову. Вскружил и бросил, не добившись своей главной цели. Она только потом поняла, что ею хотели только попользоваться, как это обычно принято при дворе, вот только такого яростного сопротивления не ожидали от молодой, по меркам эльфов девушки. А его окружение?

      Да её боялись, почти все, почти!

      Но вот приближённые принца, позволили непростительные вольности, пусть и выраженные в непристойных высказываниях в её адрес. Высказались, и заткнулись навеки, но вот их родственники ей уже этого не простили. Пусть и был поединок, согласно заветов предков, но что может остановить месть всласть имущих? Разве их какие-то заветы предков в состоянии удержать от мести?

      Но она уцелела. Оставив позади себя горы трупов, оторвалась от преследователей и заказных убийц. Она спаслась, вот только плата за это – одиночество.

      Скиталась и убегала от преследователей долгих десять лет. Её дорога – это кровь и страдания, постоянная готовность защитить не только своё тело от посягательств всякого слоняющегося сброда и благородных, которые ещё тот сброд, в отношении одиноких молоденьких женщин, но приходилось спасать ещё и разум с душой. В дороге кого только не приходилось встречать. Может и есть добрые и отзывчивые к чужому горю люди, но что-то они ей так и не встретились, или просто время и нравы такие? Ни разу никто так и встал на её защиту, и только мастерство магии ограждало её от гнусных посягательств и откровенного насилия над честью.

      И теперь Этрук! Повезло, пусть и не сразу и не без проблем, удалось устроиться, обосноваться, прижиться, и, главное, не бедствовать. Но как, же скучно!

      Она тайком глянула, на рядом с ней сидящего канна, с каким-то очеловеченным лицом. Странно, очень странно, такого за свою жизнь она ещё не видела. Ответный взгляд, поддерживающая добрая улыбка, и его тёплая ладошка забралась ей под платье, и нежно прошлась по её ножке, застопорившись на коленке. Проказник, и ведь нисколько своего слугу не стесняется. Да и стол между ними стоит. Надеюсь, пацану ничего не видно.

      Тари улыбнулась! Тари! Ей пришлось стать человеческой женщиной. Иллюзия, плюс маскировка часто спасали её. И теперь она так привыкла к своему новому обретённому образу, так вжилась в него, что когда Хэрн каким-то образом понял, кто она....

      Она себя не контролировала. Ментальный удар прошёл сам собой. Воспользоваться канном она решила сразу, как только он появился у неё на пороге. Да и глупо было бы не воспользоваться таким моментом. Кровосмешение, и на выходе с большой вероятностью сильный маг. А с её аристократическим происхождением можно было выковать такое оружие…

      Мечты, мечты!

      И даже в этом, странный канн оказался не без сюрпризов. Как ни старалась она, но забеременеть так и не получалось. Шестым чувством девушка понимала, что это магия защищает Хэрна от нежелательных для него детей, но ведь это уже магия жизни? Её шок и его странности ещё больше распыляли в ней любопытство, которое в последнее время пробуждали чувства, да и очень долго она была совершенно одна.

      А теперь, упускать обретённое счастье она была совершенно ненамерена, и если ради этого ей снова придётся пройтись по трупам, она это сделает, совершенно не заботясь о том, что о ней будут говорить окружающие и соплеменники. Она лишилась богини и службы ей, но своё женское счастье она упускать совершенно желает, вот только Хэрн…

      Она не понимала, как он к ней относится. Конечно, хотелось, чтобы любил, но он странный и наполненный неизвестной силой. И эта сила всё сильнее привязывает её к нему. И в последнее время ей временами становилось страшно. Ведь из госпожи она постепенно, шаг за шагом превращается, превращается в простую влюблённую женщину! Только этого не хватало!

      Опять злость волной прошлась по душе. Она рывком скинула бесстыжую, приятнейшую руку канна со своей коленки.

      Но отказать!

– Твой мальчик как маг, никто! – девушка повернула лицо в сторону Хэрна – так объясни мне, чего ты с ним так носишься, как с какой-то невероятной ценностью? Травник из него может быть и выйдет, но такие знания обычно мужчин не интересуют. Варить зелья он тоже смог бы, но ты подумал о последствиях? Мои зелья это… – Тари немного замялась. Вслух говорить, что она эльфийка, совсем не хотелось – они отличаются от местных! – она очень многозначительно посмотрела на… возлюбленного?! Наверное!

– Я бы тебя не только этому хотел попросить научить малыша. Ты ведь хорошо знаешь – Хэрн хитро посмотрел в глаза девушки – язык ушастых!

– Не оскорбляй! – надулась великовозрастная девчонка.

– Хорошо, извини! – улыбнулся Хэрн. – Малыш прилежный ученик и с ним тебе будет легко, тем более, кое-чему я его уже научил. – и, перейдя на эльфийский, обратился к мальчику. – Ответь госпоже. Ты хотел бы изучать древнее таинство магии Жизни!

      Мальчик учтиво, сидя поклонился и вдруг выдал с явным Ландайским акцентом:

– Если госпожа Тари позволит, я бы хотел изучить тайны леса и всего того, что там растёт. Воспользоваться такой возможностью – честь для меня и для моего учителя. Я всегда мечтал узнать, как можно больше о магии, пусть сам и не в состоянии использовать на практике великое искусство, но…

      Мальчик с вопросом в глазах уставился на Хэрна.

      Девушка была поражена, как чёткостью сквозившего в голосе мальчика необычного аристократического акцента, так и его манерой построения фраз, которая за лигу распространяет от себя вереницы благородных предков. Ого-го, так кто же он, этот необычный малец? Ох, не зря Хэрн носится с ним, как со ступой, ой не зря!

– Продолжай, не бойся! – улыбаясь отеческой улыбкой, подбодрил ребёнка канн.

      Тари с удивлением следила за перипетиями разговора, и в голове её отчётливо проявлялась разгадка всего того, что она сейчас перед собой видела. Мальчик, несомненно, сын канна, а раз у него человеческие черты, он сын такой же эльфийки, как и я.

      И острая стрела ревности пронзила сердце девушки.

      "Странно, ведь он мне ничего не обещал, а я? Богиня, неужели я и правда влюбилась?! Но раз они без матери, значит, мертва или, что вероятнее всего, отказалась от сына, такое тоже часто бывает в их среде. А вот она никогда от своего чада отказываться не будет. А что, если приручить мальчишку? Сделать это несложно, тогда и канн от меня уже так просто не отвертится". – сама себе усмехнулась своим коварным мыслям древняя аристократка.