Дракон - Кондырева Евгения - Страница 59

Дракон закрыл глаза.

«Если бы удалось уснуть… Я был лишен сна так долго…»

Прошло довольно много времени, прежде чем тишину пещеры нарушили новые шаги.

Дракон вздрогнул.

«Да, это они. Опять явились».

Они приходили всегда, но сегодня страдание не отупляло его разум. Он не открыл глаза и не пошевелился.

Двое стояли по ту сторону решётки и внимательно разглядывали распростёртое на полу тело.

— Похоже, мы всё-таки убили его… — с легким сожалением произнёс один из них.

— Нет, он ещё дышит. — Второй поднял над головой факел. — Но ему осталось немного. Он и так продержался слишком долго.

— И всё же не подчинился, — покачал головой первый, — хотя мы отняли у него всё, даже его воплощение.

— Смотри, его больше нет. Это лишь пустая оболочка! Ну что же, Феррон получит страшные вести…

Они немного помолчали.

— Что ты скажешь Господину?

— Что скажу? Что маг был неосторожен и слишком быстро убил его. — Человек с досадой пнул тело дракона. — Мы так ничего и не узнали. — Он опустил факел. — Пойдём. Нам здесь больше нечего делать.

Шаги удалялись.

Дракон медленно открыл глаза, и в глубине его зрачков вспыхнула ярость.

Следующий день Эши провела как во сне. Или эта прошлая ночь была сном?

Она работала, не замечая времени, не замечая ничего вокруг. Кассия и Озис не раз начинали тревожные расспросы, но Эши отвечала невпопад, и они наконец отступились, полагая, что девушка тоскует по Евфании. Смерть старой лекарки тяжело переживали все обитатели каморки, даже Гетта ходила с красными глазами…

«Только бы дождаться ночи. Кассия снова пойдет к своему стражнику, значит, можно будет спокойно выбраться из кельи».

Как она не заметила раньше?

Оказывается, в пещере была вода. Она стекала тонкой струйкой по неровной стене и срывалась с каменного карниза тяжёлыми каплями, которые за столетия продолбили под ним широкое углубление. Эши стояла и слушала, как мерно падают капли, ощущая постыдную слабость в коленях.

— Уходи. — Дракон пошевелился.

— Не прогоняй меня.

— Зачем ты пришла?

Она молча указала на его распластанное крыло.

— Не стоит. Оно мне больше не понадобится.

— Позволь мне, пожалуйста.

Дракон странно усмехнулся.

— Ты просишь… А ведь могла бы приказывать.

— О чём ты?

Присев и едва справляясь с трясущимися пальцами, она пыталась соединить лоскуты кожи.

«Как же вчера я решилась прикоснуться к той ране, если сегодня не знаю, что делать с этой?»

Если бы это была человеческая плоть, Эши прочитала бы заговор, промыла и перевязала рану. Но она не знала, как поступить с крылом, поэтому осторожно смазала разорванные края и накрыла их ладонями.

Тело дракона вело себя не так, как тела людей, но всё же она попыталась. Сосредоточившись, девушка старалась представить, как крылья вновь обретают упругую лёгкость и былая сила наполняет их, заставляя подниматься вверх. В кончиках пальцев сильными горячими толчками пульсировала кровь.

…Эши вздрогнула и открыла глаза. На месте безобразных разрывов едва виднелась тонкая паутина шрамов. Перелома не было. Не веря себе, она потрогала ровную поверхность крыла.

— Ты напрасно потратила силы.

Эши медленно подняла глаза и встретилась с пристальным взглядом с дракона.

— Разве плохо то, что я сделала? — тихо спросила она.

Дракон молчал.

— Поговори со мной, Ригэн. Я виновата, я знаю… Но ты ушёл так быстро. Почему ты ушёл? Почему ты здесь?

— Это я виноват, — медленно произнёс дракон. — Я ошибся. Ты — не дочь дракона.

— Что?

«Я не… — Её оглушило внезапное облегчение. — Но кто же тогда?»

— Ты свободна.

— Я не понимаю!

— Оставь меня. Наши пути разошлись. — Дракон холодно отвернулся. — Уходи.

Кровь отхлынула от её щёк. Она встала и, не сказав больше ни слова, вышла из клетки.

В плоских высоких чашах-треножниках возле входа в пещеру всё так же ровно горел странный голубой огонь. Эши невольно остановилась. Пламя притягивало её словно магнит. Помедлив, она протянула руку к одной из чаш и попыталась дотронуться до него. В ту же секунду пламя резко отклонилось в сторону, извиваясь и ускользая от её пальцев. Когда ей всё же удалось коснуться его, оно вспыхнуло ослепительно белыми искрами и… погасло.

Эши в панике отскочила назад. Без огня чаша выглядела чёрным слепым глазом.

«Что я натворила!? Вдруг тот, кто зажёг его, сейчас появится здесь?! Мои руки убивают огонь… Даже такой как этот… Нельзя прикасаться к огню…»

Эши лихорадочно рылась в сумке. Вот же она, пустая склянка для мази! Едва дыша, Эши погрузила пузырек на дно горящей чащи и осторожно плеснула на погасший треножник огонь. Тот вздрогнул, заметался, но всё же разгорелся ровным голубым пламенем.

Тихий шорох, заставил её вжаться в каменную стену. Звук повторился, и скоро она различила осторожный топоток маленьких лапок. Крысы. Эши облегченно вздохнула. Она их не боялась.

Один из зверьков осторожными перебежками приблизился к голубоватой дымке вновь протянувшейся между чашами. Эши видела, как блестят чёрные бусины его глаз и тревожно топорщатся серебристые усы. В ту же секунду прозрачная дымка ослепительно сверкнула. Запахло палёным. С придушенным писком крыса откатилась в сторону и осталась лежать на месте.

Зажав рот, Эши бросилась прочь.

Она не видела, как через несколько минут у входа в пещеру появились две высокие фигуры в длинных плащах. Мужчины внимательно огляделись вокруг.

— Смотри, Борг. — Один из них небрежно поддел носком сапога тёмный комок. — Вот и отгадка.

— Крыса, — разочарованно кивнул его спутник.

— А ты кого хотел увидеть?

— И всё же, Краст, я уверен, что чаша…

— Послушай, — мужчина поморщился. — Я ценю твою осторожность, но ты преувеличиваешь. Здесь никого нет. Пойдём и займёмся наконец настоящим делом.

Она едва не забыла наполнить флягу. Вода — спасительный предлог, с помощью которого ей удавалось оправдывать своё отсутствие.

Эши без сил упала на свою постель.

«Что же дальше? Эх, если бы старая лекарка была жива…»