Одна на двоих жизнь (СИ) - Гай Юлия - Страница 104

- Вы понимаете, что произошло? – говорю я Рагварну, с которым мы теперь едва ли не ежедневно обсуждаем обстановку в мире. Иногда мне кажется, что командор едва терпит меня. – Лефтхэнд сыграл роль мирового зла, которое заставило объединиться бывших врагов перед лицом общей угрозы. Теперь Семья из стратегического противника превратилась в нашего главного союзника, и не удивлюсь, если лефтхэнд просто исчезнет.

- Что значит исчезнет?

- А что такое лефтхэнд? – отвечаю я вопросом на вопрос. – Помните, с чего он начинался? Вечно обдолбанный Гейман с кучкой приятелей, гордо называющие себя заккарийской оппозицией. Они еще что-то кричали про независимость Заккара и требовали свободы своему народу. Когда вы в последнее время слышали требования от лефтхэнда, сэр? Они уже давно не выдвигают никаких требований, просто взрывают наши города. Играют роль пугала для всего мира.

- Не пойму я, к чему ты ведешь, Корд?

- К тому, что это «выдуманный» враг. Мы думали, что лидеры леворуких желают мирового господства, а им нужно было только дестабилизировать мировую обстановку, ослабить Империю, заставить заключить союз с настоящим врагом – Семьей.

- Что ты несешь?! – шрам на лице Рагварна наливается кровью, багровеет, стягивая всю левую сторону. - Ты сейчас говоришь о том, что лефтхэнд – детище семьи? Правильно я понял?

- У вас есть другие объяснения происходящему? – развожу я руками. – Детище или они просто заодно, не знаю. Но из всего произошедшего кошмара выгоду получили только морфоиды Семьи.

Рагварн вытаскивает из ящика стола влажную салфетку и протирает вспотевшую шею и ладони.

- Если все так, как ты говоришь, Корд, тогда… это катастрофа!

- Согласен, сэр.

- Сможешь доказать свою правоту? – в упор спрашивает он.

Не уверен. Я столько лет ломал голову над тем, кто затеял всю эту масштабную игру, а дошло до меня только сейчас. Мастер, который придумал такую гениальную многоходовку, наверняка скрыл все следы так глубоко, что вывести его на чистую воду теперь просто невозможно. Но вслух я говорю:

- Приложу все силы, сэр.

Глава 14

На первом фронте меня встречают намного приветливее, чем на втором. Все уже знают о результатах применения сканирующих устройств, и генерал Клемман лично приветствует меня и предлагает любую необходимую помощь. Разумеется, на всех трех основных военных базах Оримы уже началась работа с личным составом. Сканеры установили на аэродромах и КПП, усложнили систему допуска в здания штаба, внедрили принцип двойного подтверждения приказов и полетных заданий для командиров боевых самолетов. От меня требуется только лично убедиться, что все делается, как надо.

На Аргоннской и Нарголльской базах, однако, мне пришлось столкнуться с морфоидами. Командиры и командоры частных армии, финансируемых Семьей, разумеется, остались недовольны тем, что их исключили из числа принимающих решения. И, как это всегда бывает, журналисты тут же взвыли о толерантности и заслугах союзников.

Начальник нарголльского корпуса, смущаясь, просит меня дать пресс-конференцию.

- Понимаете, в каком я положении? Лагерь с двумя тысячами солдат частной армии расположен в паре километров от нас. Среди них около сотни – морфоиды. На базе волнения, одни боятся нападения, другие, напротив, не понимают, почему мы отгораживаемся от союзников, с которыми вместе отбивали Ориму.

- Понимаю.

- А мне передали приказ без объяснений, что говорить личному составу корпуса. Контрразведчики рыскают, ничего не понятно.

- Хорошо, генерал, я согласен на пресс-конференцию.

- И… мистер Дарго просит уделить ему немного времени.

- А Дарго – это?…

- Мега морфоидов. Он оказал нам большую помощь в столице. У нас его… уважают, полковник.

Любопытно, что скажет мне этот Мега, очень любопытно. А если он – тот самый гипнотизер? Нет, вряд ли, тогда начальник корпуса уже был бы под программой, а он чист. Просто очарован этим Дарго.

- Когда?

- Если хотите, я позвоню ему.

- Звоните.

Мне предоставляют кабинет. Хрен знает, как у них тут со шпионским оборудованием, я даже не трачу время на поиск камер и прослушки.

Дарго появляется через четверть часа. Разумеется, один и без оружия, демонстрируя то ли открытость намерений, то ли уверенность в собственной неуязвимости. Я вооружен, в коридоре болтается человек шесть охраны, но мне не стыдно за предосторожности – Зэйро отучил меня недооценивать Мег.

Впрочем, Дарго ничуть не похож на Зэйро. Это прежде морфоиды казались мне идентичными, как китайцы, теперь же они все разные. До сих пор не умею определять их возраст, но Дарго кажется намного моложе Зэйро. В джинсах и сером свитере под горло, аккуратно подстриженный, он выглядит, как клерк на отдыхе. На губах приятная улыбка, только алые глаза смотрят с некоторой настороженностью.

- Мистер Райт. Много слышал о вас.

- Мистер Дарго. Ничего о вас не знаю, но садитесь, побеседуем.

Он усаживается напротив меня.

- Итак? Что вы хотели узнать, мистер Дарго.

- Скажите, полковник, вы ненавидите морфоидов?

- Интересный вопрос.

- Ладно, перефразирую, - с улыбкой на тонких губах соглашается он. Улыбается, не обнажая острые зубы, так что если бы не цвет глаз, можно было бы принять его за человека. – Вы ненавидите всех морфоидов или только избранных?

- Это уже ближе к правде.

- Понимаю, - соглашается Дарго, - солдат лефтхэнда вам не за что любить.

- Хотите сказать, вы непричастны к убийствам? Разве Семья не пьет кровь? – спрашиваю я. – Вы пьете кровь, мистер Дарго?

- У нас это называется иначе. Мы не употребляем выражение «пить кровь», - парирует Мега.

- Я в курсе. Меня цедил ваш коллега. Мне также известно, какими полезными свойствами обладает для морфоидов человеческая кровь, и что вы пойдете на что угодно, чтобы продолжать «цедить» людей. Для вас это вопрос выживания.

Дарго слушает внимательно, не проявляя никаких эмоций, кроме вежливого интереса.

- Вы несколько преувеличиваете значение человеческой крови. Нам ее нужно не так много, как вы опасаетесь. Вы же делаете переливания донорской крови больным людям? По сути кровь нужна только больным или ослабленным морфоидам, а так же нашим детям. Но за этот полезный продукт, или, если позволите, лекарство, мы готовы платить людям. И, поверьте, нам есть что предложить коалиции миров.

Надо же, этот Дарго почти слово в слово повторил то, что говорил мне Зэйро.

- Допустим, все так и есть. Но как Семья намерена контролировать морфоидов? Где гарантия, что ваши не начнут нападать на людей и «цедить» их, пользуясь гипнозом?

- Семья очень строго карает отступников. Поверьте, никто из наших не смеет даже подумать, чтобы лишить крови случайного человека. Как бы то ни было, мистер Райт, мы живем в одном мире, и нам выгоднее дружить, чем враждовать.

- Если бы глава Семьи предложил Ориме мир до подрыва университетов на Балканах, возможно, история пошла бы по другому пути.

- С чего вы взяли, что такого предложения не было?

Я холодею от осознания, что он, скорее всего, прав. Карраско предлагал Ориме сотрудничество, но тогда, пятнадцать лет назад, никто в здравом уме не мог представить, что какие-то странные красноглазые мутанты, которых и насчитывается не больше пары тысяч на оба Перекрестка, разрушат весь привычный мир до основания. Легче вообразить, что какие-нибудь дикари-каннибалы из старой земной Африки с копьями и тамтамами сумеют установить мировое господство.

- Мы могли бы уничтожить ваши правительства, захватить ядерное оружие и диктовать условия, - очень спокойно, даже с какой-то грустинкой в голосе, говорит Дарго, - но снова протягиваем вам, людям, руку помощи. И что получаем в ответ – недоверие и ненависть. Обидно, мистер Райт.

- Я не ненавижу вас, мистер Дарго, - отвечаю я вполне честно. Ненависть давно перегорела во мне, за столько лет, за столько пуль, оставленных в телах кровососов, - но есть одно «но».