Язык сердца и кулака (СИ) - "Леди Катрина" - Страница 21

- Хочу практику. Мои друзья будут в восторге от моих новых навыков, – поделился я. – Друзья у меня классные.

- Ты хочешь вернуться?

- Да. Мне сложно привыкнуть к Сеулу, сложно понять вас и вашу культуру, сложно быть вечно сдержанным и примерным. Я словно в тюрьме здесь. К тому же я в Корее всего три недели, но только и занят тем, что дерусь и убегаю.

- Тебе везет больше, чем туристам, – хмыкнул Хи Су. Улыбка у него очаровательная.

- Верно, – улыбнулся я в ответ. – Скажи, а что вас связывает с Нам Суном? Он так заботится о тебе.

- Он мой друг. Ко Нам Сун был рядом, когда все произошло с Ёном, – с болью и тоской произнес Хи Су. Дрогнувшие кулаки он спрятал в карман. Мое любопытство стало не в меру разрастающимся.

- Кто такой Ён? – не выдержав, спросил я.

- Мой парень, – словно переступая через себя, произнес Хи Су. Я ждал, что он продолжит. Мы перешли в третий зал, где щелкались восторженные туристы и местные жители, но на машины я уже не обращал внимания. – Узнав о нас с Ёном, Чхве убил его, – тихо и жестко продолжил Хи Су. Я видел по его лицу, что вся эта история до сих пор для него жива, что ему по-прежнему больно, и от этого было не по себе. Чхве убил парня брата? Но за что?

- Мой брат ненавидит меня, он будет уничтожать всех, кто мне дорог, – добавил Хи Су. – Поэтому, когда нас увидели на катке, я сделал вид, что сам хотел тебя отвести к Чхве. Поэтому избивал тебя.

- Дерешься ты неслабо, – решил я немного разрядить напряженность и отвлечь парня. – На меня никто в жизни руку не поднимал.

- Ты долго продержался, не расстраивайся.

- Еще чего. Я тебе поддался просто.

- Ха. Я лучший по тхэквондо.

- Ну-ну, это ты себя явно переоцениваешь, – окинул я его снисходительным оценивающим взглядом с головы до ног. Хи Су забавно фыркнул и занес кулак для удара.

Я увернулся, шутливо заехав ему в плечо. Кореец приготовился в ответ меня серьезно побить, во всяком случае, сузившиеся глаза не предвещали мне ничего хорошего.

- Эй-эй, – поднял я руки в пораженном жесте, засмеявшись. – Сдаюсь, придурок, а то сейчас покалечишь. Мы здесь по делу. Не отвлекайся.

- Это ты тут витрины целуешь, недоумок, – бросил мне Хи Су.

- Какой ты нервный все-таки, – ворчливо произнес я себе под нос, направившись с Хи Су к лестнице на балкон, чтобы лучше осмотреться. – Хи Су.

- Что? – остановился парень возле автоматов с кофе в большом холле под лестницей.

- А у вас с Нам Суном точно ничего нет? – облокотившись на автомат, спросил я прямо.

- Ащ-щ, – недовольно нахмурился кореец, нажимая несколько кнопок на панели. – Он друг, я же говорил. Мой английский так плох?

- Нет, – заулыбался я, как кретин. – Все понятно, вроде.

- Чему ты так улыбаешься? – подозрительно посмотрел на меня парень, протягивая стаканчик горячего кофе.

- Да так. Ничего, – забрал я у него из рук напиток. Мне очень хотелось быть таким же сдержанным, как и Хи Су, но терзающие меня мысли об его отношениях с Нам Суном ушли. И стало спокойнее.

- На балкон? – кивнул парень в сторону потолка.

- Давай пока тут.

Мне нравилось это место, обстановка праздника, нравилось то, что мы можем просто разговаривать, и нам не нужно ни от кого бегать и не нужно притворяться. Мы стояли возле автомата, наблюдая за толпой туристов, за костюмированным представлением и талантливыми актерами, которые в точности повторяли сцены драк из Звездных войн.

- Тебе нравится это место? – нарушил наше молчание Хи Су.

- Да. Здесь весело. И я могу просто стоять с тобой, – выдал я, пряча неловкость за глотком кофе. Это, конечно, не признание в любви, но я считаю, с моей стороны это уже большой шаг навстречу.

- Если Чхве узнает… – мрачно начал Хи Су.

- Ты боишься? Я же сказал, что смогу защитить тебя, – перебил я его.

- В опасности не я, а ты, – комкая свой пустой стаканчик, устало вздохнул Хи Су. Он не позволял себе расслабиться ни на одно мгновение. Тяжело, наверное, жить в постоянном напряжении, как это делает он.

- Давай не будем вспоминать о твоем брате и проблемах хотя бы один день, а? Мы можем просто один день провести, как обычные школьники? – повернулся я к нему. – Пофоткаемся?

Не дожидаясь ответа, я потащил Хи Су к витринам.

Около получаса я таскал его от машины к машине, непрерывно щелкая то нас двоих, то только его на камеру мобильника. Фотографии выходили смешными. Хи Су с каменным лицом, возле Дарта Вейдера, Хи Су рядом с Мицубиси, около фонтана, рядом с Соло и Лей в исполнении корейских актеров. У меня получилось пару раз заставить его улыбнуться, на одной фотографии он даже смеялся. Я забыл уже, с какой целью пришел сюда, мы просто веселились, вливаясь во всеобщую атмосферу необычной выставки. Я увлекся до такой степени, что перестал обращать внимание буквально на все. Какие-то камеры, пути отхода, охрана, схемы – все стало таким далеким и ненужным, выбивающимся из всего, что сейчас происходило с нами. Это было моей первой ошибкой, и последствия ее обещали быть чудовищными. Я понял сей факт очень хорошо, когда за спиной услышал вопрос на чистом русском языке.

- Малиновский?

Я подумал, что ослышался, поэтому так неосмотрительно обернулся. Шагах в трех стояли двое мужчин в деловых костюмах.

У меня секунд пять уходит на опознание, а после сердце начинает бешено колотиться. Шилов Игорь Геннадьевич, главный мент из отделения борьбы с преступностью в столице.

Я в панике осматриваюсь по сторонам, не зная, что делать. Ноги будто к полу приросли. Этот Шилов нам с отцом в Москве-то всю кровь попил, и тут нашел, сволочь!

- Не верю своим глазам, – нахально улыбнулся мужчина и сделал шаг навстречу.

У меня мурашки по коже. Если они нашли меня, то и отца уже нашли?

– Михаил Малиновский собственной персоной. Долго же тебя по всему свету искали.

От страха проснулись инстинкты, которые выработались у меня еще с детства. В ответ на любую угрозу – бить и смываться.

С дури, не соображая, я кулаком заехал в нос мужчине и, схватив Хи Су, потащил его к выходу. Кореец ни слова не понял по-русски, но состояние уловил и беспрекословно бежал со мной, расталкивая возмущенных посетителей. Правильнее было бы оставить Хи Су, чтобы его под удар не подставлять, но когда все так неожиданно произошло, я уже не мог нормально соображать.

Выскочив на улицу, я затормозил и в ужасе смотрел на группу мужчин, приближающих к зданию – Медведь и Токвемада со своими опричниками.

Пиздец, бля, приплыли.

Почему головорезы из московской группировки в Сеуле?

Медведя можно назвать главным конкурентом отца, если слово «конкурент» подходит к их бизнесу подпольной торговли оружием.

- Уходи, – резко опустил я руку Хи Су, делая шаг назад, в здание.

Мужики увидели меня, узнали. На хищных лицах промелькнула жажда наживы. У меня сердце в пятки ушло, стоило представить, что они со мной сделают. Хи Су не двигался, головорезы приближались, а у меня от ужаса в мозгу, как переклинило.

- Кто эти люди? Может, позвать брата? – предложил Хи Су.

Охуенная тогда разборка начнется. Меня в любом случае порешат, хоть левые, хоть правые. Еще этот Шилов, блин.

- Назад, – отдал я команду, рванув обратно в здание. – Здесь есть запасной выход? – панически спросил я, не зная в какую крайность кидаться.

- На втором этаже есть служебный выход, – сообщил Хи Су. – Идем.

Мы побежали на второй этаж. Снова возмущенные посетители, чей покой мы нарушали. Ступеньки.

Меня уже колотит всего. Перед глазами снова побег из Москвы, перестрелка и мертвое тело дяди Вовы, окровавленные руки.

Меня тошнило, но я бежал. Соображать по-прежнему не мог, отдаваясь во власть собственного страха. Мне хотелось остановиться и закричать во все горло, позвать отца, чтобы он меня услышал, чтобы спас, потому что я не смогу пережить все это еще раз. Услышав за спиной топот ног, я обернулся.

- Малиновский, а ну тормози, мелочь, иначе поймаю – хуже будет, ведь знаешь, падла, – орал мне в спину человек из группировки Медведя. За грузным мужчиной бежали еще несколько здоровяков. Передвигались они шустро.