Возвращенный оккультизм, или Повесть о тонкой семерке - Подводный Авессалом - Страница 60

Активная буддхиальная муладхара дает человека, внутренне постоянно ориентированного на проблемы выживания в условиях, где это вовсе не тривиально. Если у него все благополучно, он начнет придумывать себе или окружающим возможные смертельные угрозы, интересоваться уголовной хроникой в газетах или ходом войны в любом месте земного шара. Вероятно, его заинтересуют проблемы выживания полярников, сплав на плотах по горным рекам или спуск в батискафе на дно Марианской впадины, но не научные или натуралистические аспекты этих предприятий, а сам факт выживания участников и средства, обеспечивающие их (относительную) безопасность.

Этого человека могут занимать проблемы голода в развивающихся странах, помощь тяжелобольным и умирающим в больницах — но лишь до тех пор, пока вопрос о выживании неясен; как только кризис преодолен, его интерес пропадает.

Написанное выше вовсе не означает, что судьба приведет человека в ряды отрядов специального назначения для помощи пострадавшим от землетрясения или сделает писателем в жанре кровавых детективов — для этого нужно, чтобы соответствующая программа возникла в каузальном теле — но любое существо, оказавшееся на грани гибели, вызовет у него несомненный интерес, а часто и понимание и сочувствие.

Основная ценность в глазах человека с преобладающей буддхиальной муладхарой это жизнь и то, что ее оберегает от гибели; подсознательная установка, однако, может быть и противоположной, т. е. возможен сильный инстинкт смерти, стремление к самоубийству, а на эволюционно низших ступенях развития это может дать судьбу маньяка или профессионального убийцы.

Буддхиальная свадхистхана дает человека, внутренне ориентированного на тему пышного развития и процветания жизни в любых ее проявлениях, и, в частности и особенности, взаимодействия мужского и женского начал как продолжающих созидание мира и жизни. На экране телевизора внимание такого человека всегда привлекут тучные стада, пасущиеся на не менее тучных нивах и пажитях, прозрачные ручьи, кишащие красной и белой рыбой, битком набитой красной и черной икрой, мандариновые рощи и ананасовые перелески, в которых некуда деваться от соответствующих плодов. Его порадуют жизнерадостные детишки, процветающие в детском саду вокруг доброй воспитательницы, и обнаженная пара, усердно трудящаяся над производством очередного отпрыска, превращающего четырехдетную семью в пятидетную.

Любимое место в Библии у этого человека — последние фазы творения Богом мира, особенно фраза "плодитесь и размножайтесь", и жизнь Адама и Евы в раю; при этом он не считает поедание яблока таким уж глубоким грехом, а тем более падением, и в глубине души не ощущает, что изгнание слегка пошалившей парочки из Рая разумно и справедливо.

Здесь вероятен обостренный интерес к сексуальности, но не как к психологической проблеме, а как к высшей ступени процветания: особняк, бассейн и небольшой гарем, всегда готовый к оказанию специфических услуг.

В гармоничных судьбах это может выглядеть довольно мило и привлекательно; это, что называется, теплые и хорошие люди, которые поделятся с вами предпоследним куском — а зачем требовать больше? Наоборот, в трудных судьбах, лишающих человека и намека на благополучие, подобные установки могут вызывать жгучую зависть и ревность. Однако в любом случае основные жизненные ценности связаны с процветанием, но какой именно смысл будет человек вкладывать в само понятие "жизнь", зависит от его эволюционного уровня (см. гл.9).

Буддхиальная манипура дает человека, для которого мир повернут своей силовой стороной, но, в отличие от человека муладхары, в любом единоборстве его будет интересовать не трагический исход, а различные ситуации проявления и демонстрации силы соперников. Это чакра любителей спорта, но именно в разрезе проявления в нем энергетических возможностей человека, и поклонников энергетичных методов в чем угодно, начиная от воспитания детей (ремнем) и кончая переделкой климата планеты (поворотом Гольфстрима к Северной Америке или заделкой озоновой дыры). Вокруг такого человека часто появляются энергичные люди с практическими идеями и как бы (иногда и прямо) приглашают принять активное участие в том или ином деле — но для этого нужно, чтобы энергия буддхиального тела опустилась в каузальное, а это не так просто и не всегда возможно.

Здесь система ценностей так или иначе концентрируется вокруг энергетических возможностей — так, как человек их понимает: это может быть физическая сила, деньги или власть над людьми, административное положение, власть над умами или демонами ада и т. д., в зависимости от уровня человека и конкретных условий его жизни. В тяжелых случаях это может проявиться в тенденции к насилию или различными другими злоупотреблениями энергетическими потоками, в частности, энергичному разрушению предметов и структур любых видов.

Буддхиальная анахата дает довольно сложное положение человека в жизни, поскольку это позиция возвышенной, несколько отстраненной и по большей части не проявленной любви к миру, что плохо воспринимается социумом, который склонен путать анахату со свадхистханой, провозглашая первую на словах и реализуясь во второй на деле. Во всяком случае эта чакра дает определенную отрешенность от мирских забот и радостей, т. е. даже участвуя в них фактически, человек не способен включиться в них искренне и полностью: ни жизнь, полная острых ощущений и постоянного чудесного ускользания из лап смерти, ни богатство и роскошь, ни власть его на самом деле не впечатляют.

Чаще всего этот человек не знает, чего хочет, но смутно ощущает потребность в Божественной любви, которую ждет везде, и это для него истинный ориентир и главная ценность жизни. Здесь возможна тонкая религиозность, но Бога человек склонен воспринимать очень своеобразно, во всяком случае, не через формальный обряд, а, как говорится, у себя в сердце, которое его не обманывает.

Возможно, его будет привлекать общение со священнослужителями (он будет безусловно обращать на себя их внимание), но его требования к своему духовному отцу будут очень велики: он захочет ощущать за ним Бога, и никак не меньше. Этому человеку очень трудно понять основной факт его судьбы, заключающийся в том, что невыразимый божественный свет должен транслироваться через него, не профанируясь при этом до более низких, хотя и более ощутимых, вибраций первых трех чакр. Возможно, подобные люди, а также люди, нуждающиеся в подобном свете, будут появляться в его окружении, но понять, как они связаны с ним лично, окажется довольно сложно.

Буддхиальная вишудха дает человека, чье внимание привлечет красота разнообразных форм, но не прикладная, а подчеркнуто возвышенная: ему (в отличие от человека свадхистханы) будет гораздо легче восхититься красотой купола церкви, нежели видом пышного муравейника. Здесь служение Красоте идет как мировоззрение, а искусство как основной способ взгляда на мир: на сливочный торт этот человек посмотрит в первую и вторую очередь как на картину, и разрезать его на части ему будет морально тяжело.

Это чакра любителей и ценителей искусства и в лучшем смысле слова: однако для того, чтобы стать художником или скульптором, нужна, кроме того, активность соответствующей чакры (вишудхи) в каузальном теле, которая может быть выражена гораздо слабее — но, скорее всего, этот человек тайком пописывает акварели или аккомпанирует сам себе на гитаре. У него в глазах есть волшебная рамка, которая, будучи наведена на любой фрагмент мира, превращает его в картину, или аналогичное устройство в ушах, претворяющее разрозненные звуки окружающего мира в Божественную симфонию, в которую отлично вплетаются грохот трамвая, пьяные крики прохожих, карканье ворон и бессмысленная болтовня собственных детей.

Основные ценности этого человека связаны с Божественной красотой форм, где бы и как бы она ни проявлялась — но не менее того. Все остальное заинтересует его в малой степени, и с социальной точки зрения его позиции вполне могут показаться безнравственными: с его точки зрения, художник ответственен перед эгрегором, воплощающим через него свой замысел, но не перед людьми, для которых, по мысли социума, он трудится.