Северный путь (СИ) - Гольшанская Светлана - Страница 124

— Что это было? — весело поинтересовалась она.

— Выражение лица Эглаборга, когда он занят своими «опытами», — задорно подмигнул Николя. — Не похоже?

Герда улыбнулась и неопределенно пожала плечами. Раньше шутки Николя ни к чему хорошему не приводили. Но теперь, по крайней мере, она знает, что старается он вовсе не ради нее.

— А это наш бургомистр, когда я прихожу к нему за деньгами, — Николя выпучил глаза в притворном удивлении, а брови грозно сошлись над переносицей.

Герда засмеялась уже в голос.

— Вот это ты точно узнаешь, — Николя вскинул голову, насупился, подал вперед нижнюю челюсть и заскрежетал зубами. Получилось очень похоже.

— Финист! — легко догадалась Герда, но смеяться не стала. Над друзьями потешаться нельзя. — Он не всегда такой.

— Может быть, но ты же догадалась, — быстро сдался Николя и тут же изобразил другого человека. Напряженно закусил губу, весь сжался и сделал несчастные глаза. — Ну?

— Сдаюсь, — покачала головой Герда и неосознанно повторила то, что только что показывал Николя. — Ой… это я?

Охотник усмехнулся и снова ее спародировал. Герда закрыла лицо руками и сдержанно рассмеялась. Охотник тут же воспроизвел ее жест и звуки, которые она издавала.

— Не надо, мастер Николя, — попыталась урезонить его Герда, но Николя уже настолько разошелся, что останавливаться не желал.

— Не надо, мастер Николя, — повторил он противным писклявым голосом и так жеманно передразнил ее смущение, что Герда не выдержала и запустила в него подушкой, на которой сидела до этого.

— Эй!

Замерев у самой головы Охотника, подушка плавно опустилась на пол. Такой реакции следовало ожидать, он ведь телекинетик. Но вот от кулаков он так просто не избавится, Герда воинственно гикнула и сама бросилась в бой. Николя совсем не сопротивлялся, когда она вцепилась в него и принялась лупить руками по широкой груди. Он раскатисто засмеялся, обхватил ее за талию и притянул к себе так, что ее ноги сошлись у него за спиной. Герда испуганно замерла. Показалось, что Николя принюхивается к волосам и касается губами шеи. Герда вздрогнула и подняла голову, заглядывая в подернутые мутной паволокой глаза.

— Ч-что с вами? — сиплым голосом спросила Герда.

Николя нахмурился, словно ожидал чего-то другого, а потом тяжело вздохнул и отпустил.

— Действительно, что? — с досадой обратился он к самому себе и разочарованно отвернулся.

Герда тут же отодвинулась на почтительное расстояние.

— В следующий раз я тоже буду вас передразнивать, — пытаясь сгладить неловкость, отшутилась она.

— Посмотрим, как у тебя это получится, — через силу рассмеялся Охотник.

Требовать объяснений Герда не решилась. Сама виновата. Не стоило на него кидаться. В конце концов, она уже не ребенок, а он — взрослый мужчина. Такие игры между ними просто неприличны. Вдруг Николя подумает, что она гулящая и пытается его соблазнить?

***

На следующий день Герда исполнила свою угрозу. Конечно, ее рожицы получились совсем не такие забавные, как у Николя, а скорее совсем глупые, но Охотник отчего-то остался доволен и даже рассмеялся в конце. Дальше занятия стали проходить в таком духе: вначале он изображал ее — жесты, мимику, походку, даже речь, а потом она его, сопровождая все это задорным смехом и шутками. Незаметно для себя действительно стало получаться повторять жесты Николя даже без изнуряющей концентрации и утомительной слежки за ним. Она настолько увлеклась, что пару раз удалось даже предугадать действия за мгновение до того, как он их совершал.

Метель окончательно стихла как раз к тому времени, как поправился Вожык. Все были несказанно рады провести день вне стен опостылевшего за две непогожие недели дома. Финист, решительно взявшись за обучение своих подопечных, отправился на занятия с мальчиком сразу после завтрака. Не хотел больше и минуты терять зря. Его энтузиазм обрадовал Герду, но Николя отнесся к нему крайне настороженно.

— Слишком быстро он воодушевляется на новые свершения, — объяснил Охотник. — Но запала хватает ровно до первого препятствия, не преодолев которое, Финист столь же быстро сдается.

— Он умеет быть настойчивым, — возразила Герда, припомнив, как настырно оборотень добивался чувств, которых она к нему не испытывала.

— Только не там, где это действительно нужно, — ответил Николя, словно прочитав ее мысли, и досадливо покачал головой: — Почему все наши разговоры неизбежно сводятся к обсуждению личных качеств Финиста?

Герда слабо улыбнулась и пожала плечами, а про себя подумала: “Возможно, потому, что вам они не дают покоя”.

Они тоже отправились заниматься на улицу. Добраться до излюбленной поляны в лесу оказалось слишком сложно. Дорогу замело сугробами выше головы. Пришлось расположиться поближе к дому, но место оказалась ничем не хуже — под пригорком, где и снега было поменьше, и ветер не дул. Николя расстелил покрывало, сел и пригласил Герду утроиться рядом.

— Что будем делать сегодня? — полюбопытствовала она.

Не терпелось заняться чем-нибудь интересным и захватывающим. Николя пожал плечами:

— А что ты хочешь?

Герда задумчиво посмотрела по сторонам. Хотелось подвигаться и согреться.

— Отбивать снежки, — решила она.

— Никто тебя за язык не тянул, — усмехнулся Охотник и без предупреждения запустил в нее снежный ком.

Герда едва успела заметить, как он отклонился и приземлился сзади. Она поднялась и попятилась мелкими шагами, не сводя глаз с Николя. Уголки его губ поползли вверх. В воздух взлетела целая туча снежков. Герда ринулась бежать со всех ног, то сама уклоняясь от снарядов, то отклоняя их. Она долго кружила вокруг неподвижно сидевшего на покрывале Охотника, по чьей воле в нее безостановочно летели все новые и новые комья. Как только Герда почувствовала усталость, обстрел тут же прекратился. Она сделала несколько шагов к своему учителю. Вдруг откуда ни возьмись появился громадный снежный шар и понесся прямо на нее. Герда напряженно замерла. Шар, словно оттолкнувшись от невидимой преграды, отлетел к Охотнику и ударил в лицо. Герда испуганно прикрыла рот рукой. Николя быстро счистил с себя снег и поднял глаза. Он улыбался.

— Молодец! У тебя получается лучше, чем я думал.

Герда недоверчиво моргнула. Он не злится? Он серьезно?

— Простите меня, я не хотела, — смущенно залепетала она, опускаясь на покрывало. Герда заметила, что снег залез к нему за воротник, и бросилась вычищать.

— Не стоит, — Николя перехватил ее руки и опустил их. — Все в порядке.

— Вы, правда, не злитесь?

— Разве я когда-нибудь на тебя злился?

Герда пристально посмотрела на него. Навскидку она могла припомнить раз десять, но, наверное, их было больше.

— Давай, перекусим. Ты, должно быть, устала, — Охотник подал ей сверток с вяленым мясом и хлебом, заботливо приготовленный Эглаборгом.

Николя закончил есть первым и так внимательно наблюдал за своей подопечной, что она все время краснела и дрожащими от смущения руками роняла крошки хлеба себе на колени.

— Ты даже за едой не расслабляешься, — сделал неутешительный вывод Охотник. Герда пожала плечами. Расслабиться в его присутствии всегда было нелегко, а уж когда от нее этого требовали…

— Что дальше? — поинтересовался Николя.

— Не знаю. Почему вы все время спрашиваете? Обычно вы так не делаете, — недоверчиво нахмурилась Герда.

— Пусть сегодня будет твой день, — он ласково улыбнулся. Но даже сейчас Герда не чувствовала в нем искренности.

Задуматься пришлось всерьез и надолго. Ничего из того, чем они занимались раньше, делать не хотелось. Но разучивать что-то новое всегда сложнее, чем повторять старое. Они с Николя, наверняка, снова переругаются, а так не хотелось портить этот первый ясный день.

— Помните, вы говорили про предел силы, — осторожно начала Герда. Охотник внимательно посмотрел на свою ученицу, ожидая продолжения. Она сильно сомневалась, что Николя согласится, но попробовать все же стоило. — Так как мой предел очень маленький, я бы хотела увидеть ваш, если можно.