Перестройка как преступление - Платонов Олег Анатольевич - Страница 73

Встреча продолжалась около трех часов, привожу слова владыки по своим запискам, сделанным в тот же день.

Обсуждалось несколько вопросов: итоги моей трехмесячной поездки в США и встречи с видными деятелями Зарубежной Церкви, работа над очередными томами серии «Терновый венец России», идея создания энциклопедии «Святая Русь».

Из поездок по Америке я привез несколько посылок и книг от почитателей владыки. Изложил ему свое видение положения Зарубежной Церкви. Митрополит Иоанн высоко оценивал подвиг русских православных людей, сохранивших веру в духовно тяжелых условиях жизни в зарубежном рассеянии. Зарубежное духовенство разнесло искры православной веры по всему миру. Это, считал владыка, очень важная миссия, которую Зарубежная Церковь выполнила с честью.

Митрополит Иоанн полагал, что нет никаких серьезных канонических препятствий к возвращению Зарубежной Церкви в лоно Матери-Церкви. Его удивлял менторский, ультимативный тон некоторых иерархов Зарубежной Церкви, которые пытались поучать Московскую патриархию, ставить ей условия, а тем более устраивать на территории России самопальные епархии.

Иерархи Зарубежной Церкви, утверждал владыка, вышли далеко за рамки, дозволенные в братской полемике. Часть этих иерархов превратилась в заурядных скандалистов.

Совершенно нелепый характер носит обличение «зарубежниками» Русской Церкви за то, что она десятилетиями молилась за богоборческую советскую власть. Можно подумать, что «зарубежники» в своих службах не молились за не менее сатанинскую иудейско-масонскую власть США и западных стран. Я подтвердил митрополиту эту мысль, будучи сам неоднократно свидетелем молитв Зарубежной Церкви за американское правительство и воинство. Запад, и прежде всего США, — известные враги России, порабощение ее мечом ли, лукавством ли — их главная цель. Обе мировые войны начались с Запада, острие их был направлено против России. Молиться за правительства США и других западных стран — значит молиться за будущего агрессора.

Разговор незаметно перешел на обсуждение причин церковного нестроения, как в зарубежье, так и в самой России. По мнению митрополита, большую роль в этом играют крещеные евреи и даже священники из евреев. Отрицать серьезность этой проблемы, считал он, нельзя, учитывая тот страшный след, что оставил еврейский религиозный экстремизм в судьбе русского народа. Православных священнослужителей, продолжающих нести в себе иудейские «идеалы», следует отсекать от Русской Церкви. В Зарубежной Церкви эта проблема стоит острее и болезненнее, чем в России. В этом главное объяснение причин, почему Зарубежная Церковь до сих пор не воссоединилась с Матерью-Церковью.

На мой вопрос, что мешает евреям всем сердцем принять христианство, владыка ответил: «Особенности менталитета, воспитанные Талмудом, которые препятствуют значительной части евреев войти в христианский мир». Многим евреям с детства внушаются талмудические истины, будто иудеи самим Богом избраны для господства и должны всемерно стремиться к достижению этой цели. Отсюда проистекает еще одно фундаментальное положение иудаизма, гласящее, что иудей не имеет никаких нравственных обязательств перед иноверцем. Понятия справедливости и милосердия, честности и благодарности, с этой точки зрения, неприменимы к христианину или мусульманину, ибо они, строго говоря, не могут даже считаться людьми... Итак: православное понимание своего избранничества есть понимание обязанности служить ближнему своему. Избранничество иудея есть избранничество на господство над окружающими людьми.

На этой встрече также обсуждалась моя работа, посвященная архивным, документальным изысканиям о деятельности тайных сил иудаизма, сатанизма и масонства против России. Еще до этой встречи сам владыка дал общее название этой работе — «Терновый венец России» — и рекомендовал издать ее «как можно большим тиражом и на все деньги». Необходимо также, говорил он, на основе документов написать еще продолжение этой книги, посвятив ее той борьбе, которую с зарождения христианства вела Церковь с посягательствами «сынов дьявола». История человечества последние две тысячи лет — непрекращающийся конфликт между верными Новому Завету Христа и Его смертельными врагами. Тайна беззакония уже в действии. В священной схватке столкнулись народ-богоносец и народ-богоубийца. Все первоначальные, истинные христиане принадлежали к народу Божию, народу-богоносцу, однако в смертельной схватке их оставалось все меньше. Отпадение от Православия западного христианства был первым шагом к установлению Царства антихриста. Падение Константинополя вывело христианство за пределы западного мира.

С этого времени главным хранителем православной веры, народом-богоносцем стал русский народ. «Удерживающий» из Константинополя — Второго Рима, перешел в Москву — Третий Рим. В борьбе за веру русские люди оказались жертвой всемирных богоборческих сил, и они должны до конца испить свою чашу страданий.

Спасение русского народа только в возвращении Святой Руси, но это уж будет как Дар Божий и ненадолго. Все, что происходит сегодня в мире, — свидетельство ближайшего пришествия антихриста.

Прощаясь, митрополит Иоанн подарил мне свою книгу «Одоление смуты», сопроводив ее напутственными словами «об умножении любви к Святой Руси». Эти слова стали для меня духовным завещанием владыки. Через десять дней он был убит в гостинице «Северная корона»72.

ГЛАВА 20

В ТУРГЕНЕВСКИХ МЕСТАХ. - НА ПЕПЕЛИЩАХ ДВОРЯНСКИХ ГНЕЗД. - ОГОРОД - СПАСЕНИЕ ОТ ГОЛОДА - УХУДШЕНИЕ ПОЛОЖЕНИЯ В СТРАНЕ. -КОНСПИРАЦИЯ АНТИРУССКИХ СИЛ. - ПОРАЖЕНИЕ ЕЛЬЦИНА НА РЕФЕРЕНДУМЕ. - ПРОВОКАТОРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЛУЖКОВА

Воровская экономика, созданная криминальным режимом, обогатила тысячи людей из окружения пьяного президента, но ввергла в глубокую нужду миллионы русских. В положении последних оказался и я. В результате гайдаровской реформы я потерял деньги, полученные мною за книгу «Русский труд» (около 16 тыс рублей). Зарплата в Институте труда была мизерной. спасал нас только огород в тургеневских местах, в деревне Животовка, недалеко от известных многим Бежина луга и колотовки. Я попал сюда еще в 1986 году, во время одного из моих путешествий по России. Поразили красота и тишина этих мест. Эта часть Орловской губернии, Чернский уезд (при советской власти отошел к Тульской области), была воспета Тургеневым и Буниным как одно из славных мест русской дворянской культуры. В начале XX века здесь существовало множество дворянских гнезд и храмов. Здесь находились усадьбы И. С. Тургенева, Л. Н. Толстого, А. Дельвига. Часто бывали В. А. Жуковский, Грибоедов, Фет и другие великие русские писатели и поэты. В двух верстах от Черни жил в своей усадьбе Медведки (Медвежка) Алексей Николаевич Сухотин (1848—1903), предводитель дворянства Чернского уезда (впоследствии ставропольский вице-губернатор), известный тем, что именно он стал первым читателем и распространителем сионских протоколов в России (подробнее я об этом еще расскажу).

После прихода сюда еврейских большевиков почти все дворянские усадьбы, в том числе Тургенева и Толстого, были уничтожены, а из 65 церквей Чернского уезда осталось только 13, и то, как правило, в руинах. Полностью обезлюдели большие деревни и села некогда цветущего края. Лишь остатки липовых аллей напоминали о том, что здесь когда-то стояли усадьбы.

Свой дом в деревне Животовка, упомянутой в «Записках охотника» Тургенева, я купил у последней жительницы этой деревни. Построенный из кирпича в 1920-х годах, он возвышался на крутом косогоре, внизу делала крутой поворот река Малая Снежедь, охватывающая большой заливной луг, возле которого по ночам строили плотины бобры и выходили из леса олени, лисицы, кабаны.

Река, которая текла под нашим домом, была когда-то судоходной, а эти места русские заселили в глубокой древности, в VI—X веках. Об этом свидетельствовали найденные здесь древние курганы, поселки и городища.

Несмотря на богатую историю края, жили мы здесь как в пустыне. В мае приезжали, копали огород, сажали картошку, капусту, морковь и прочие огородные растения и наслаждались волей и покоем. Все труды, вышедшие у меня в конце 80-х — первой половине 90-х, я писал здесь. Приходилось привозить с собой коробки книг и материалов, собранных в архивах. Длительные прогулки по окрестностям вызывали вдохновение. Стол стоял у окна, выходящего на реку. Колодца не было, за водой ходили к роднику. До ближайшего магазина было пять километров. В лесу собирали грибы и ягоды. В доме было две печи, одна из них русская с лежанкой. Топили мы их только в холодное время, а пищу готовили на электроплитке. Огород спас нас от голода в 1992—1993 годах. Всю машину мы «забивали» картошкой и другими овощами, а также банками с грибами и огурцами.