Рэд. Я — цвет твоего безумия (СИ) - Лоренс Тильда - Страница 7

Работа и раннее пробуждение.

Обязательная мерзость, от которой невозможно отвертеться.

Рэд подобными заботами обременён не был. Амплуа богатого наследника, решившего посвятить себя путешествиям и с радостью проматывающего средства, оставленные не очень родными, не очень близкими, но щедрыми и благодарными, к подобному распорядку дня не располагало. Оно же импонировало ему сильнее всего.

На этом образе он и остановил свой выбор.

Дом, в котором он обосновался по приезде в город, встретил его тишиной. Оставив пальто в прихожей, но, не снимая шарфа, Рэд отправился на поиски спиртного.

Хотелось праздника и чего-то необычного.

Лучше, чем в повседневности.

Пока без особого на то повода. Просто хотелось. Он предпочитал не задумываться о причинах.

Аккуратно повесив пиджак на стул, Рэд достал сигарету, зажал её в зубах и щёлкнул зажигалкой. Свет не включал, продолжая без труда ориентироваться в темноте. Он весь дом мог обойти с завязанными глазами, ни разу не оступившись и не заблудившись в коридорах.

Ноутбук лежал на столе в гостиной, там, где Рэд оставил его перед отъездом. Флэшка с необходимыми программами примостилась рядом.

Перед тем, как начать веселье, Рэд собирался сделать последний рывок.

Экран тускло замерцал, рассеивая темноту гостиной.

Стоило только войти в чат, и сообщения посыпались бесконечным потоком.

Стремительный переход от одного стиля поведения к другому.

Неизвестность убивает.

Молчание порождает страхи и заставляет мысли бегать в черепной коробке с невероятной скоростью. Они летят вперёд, сталкиваясь между собой, устраивая гонки круче, чем болиды на трассах, создают сотни вариантов и невероятных комбинаций.

Неизвестность сводит с ума.

Подталкивает к стремительному помешательству.

Угрозы, брошенные на пике эмоций.

Обещания, высказанные после того, как переживания слегка улягутся и поутихнут, пропуская на первый план главную звезду вечера — показную браваду обречённого. Он знает, что его ждёт, ощущает опасность, идущую от каждого слова, но старается сделать вид, будто держит ситуацию под контролем — только он здесь является хозяином положения.

Это видно.

Паршивая маскировка.

Осторожные попытки прощупать почву.

Вопросы, вопросы и снова они же.

Сначала наводящие — завуалированный интерес, попытка держать себя в руках и не выдать замешательство.

Зачем открытые, но всё ещё сдержанные.

В финале, когда самообладание прикажет долго жить — истерика.

Лента сообщений обновлялась без остановки.

Рэд бросил взгляд на экран, выхватывая лишь малую часть из всего того, что было написано за время его отсутствия.

«20:15

Кто ты?

20:16

Кто ты???

20:18

КТО?.. Давай, объявляйся, ублюдок. Хватит прятаться.

20:21

Я всё равно найду тебя.

Отрежу тебе яйца, а потом запихну их тебе в глотку.

22:30

Ты там не сдох?

00:48

Испугался?

Уже сбежал?

Собираешь вещи и планируешь свалить из города?

02:12

Ты знаешь вообще, кому это написал?

Не с теми связался, сука.

Считай, что ты уже труп.

Говоришь, что поехал развлекаться? Не бросай деньги на ветер, лучше откладывай на похороны. Скоро они тебе пригодятся.

05:01

Кто ты?»

Рэд читал все эти сообщения с неизменной ухмылкой. Они его не пугали. Более того — забавляли.

Стряхнул пепел — лёгкие белые снежинки истлевшей бумаги опустились на дно пепельницы.

Неспешно расстегнул манжеты и две верхние пуговицы на рубашке.

Истерия невидимого собеседника продолжалась.

Оппонент находился в сети. Значок рядом с его именем горел зелёным цветом. К утру собеседник Рэда перестал попадать по клавишам, и его короткие отписки стали наполовину нечитаемыми. То ли боязнь, то ли алкоголь, то ли бессонная ночь, проведённая в размышлениях и попытках понять, кто был адресантом послания, то ли всё вместе сделали своё дело.

Околесица — многочисленные опечатки, истерия, которой дышала каждая строчка, капс и восклицательные знаки.

Всего пара фраз в исходном сообщении, а каков эффект.

«Ты захлебнёшься своей кровью».

«И кто это организует?».

«Я».

А дальше уже знакомая история.

«Кто ты?».

Пальцы скользили по клавишам, касаясь их нежно и предельно осторожно.

Ответ, который ничего не раскроет.

Всего одно слово.

Всего одно имя.

«Рэд.

Не думаю, что это тебе о многом сказало, но искренне надеюсь, что ответ тебя удовлетворил».

Нажать всего одну клавишу.

Enter. Отправить.

Ещё одного сообщения он дожидаться не стал.

Вопрос задан.

Ответ получен.

Дальнейшее общение не имеет смысла.

Не настолько приятен и интересен собеседник, чтобы тратить на него время в ущерб сну.

Подключение прошло успешно.

Экран замерцал.

Зачистка началась.

Откинувшись на спинку дивана, Рэд наблюдал за тем, как исчезает история сообщений, наверняка заставляя оппонента, находящегося по ту сторону экрана, недоумевать, гадая, что происходит.

Отсалютовал бокалом своему отражению и произнёс:

— Твоё здоровье, Теккерей.

Подумал немного и добавил:

— Земля пухом, Волфери.

После чего сделал глоток, ощущая на языке насыщенный терпкий вкус вина, припасённого для особых случаев.

Довольно самонадеянно было откупоривать бутылку прямо сегодня, словно он уже сейчас праздновал победу. Но, с другой стороны, никто не давал гарантии, что в дальнейшем представится возможность.

Здесь не было единого исхода.

Никаких рёбер и благополучных разрешений конфликта для обеих сторон.

Либо орёл. Либо решка.

========== Глава 2. Вэрнон. Уровень опасности: красный. ==========

Благостную тишину, изредка разбавляемую нервным постукиванием пальцев по рулевому колесу, разбил на сотни частей телефонный звонок, заставший Вэрнона Волфери врасплох. Признаться, он не думал, что в ближайшее время придётся отказаться от собственных задумок и скорректировать расписание в соответствии с желаниями другого человека. Он бы с радостью отмахнулся от этого звонка, проигнорировав его, как игнорировал сотни других попыток добраться до него, но, увы, абонент, жаждавший внимания, входил в категорию тех людей, которых нельзя не заметить. Попытка сделать это в былое время грозила серьёзными последствиями, и наплевать, в общем-то, на наличие родственных уз. Для Ингмара они никогда ничего не значили. У него вообще было своё понятие о ценностях, и с общепринятыми правилами оно не пересекалось ни в единой точке.

Сейчас страха не было, но привычка отвечать в обязательном порядке осталась.

— Хочу видеть тебя через пятнадцать минут у себя в кабинете. И ни минутой позже, — произнёс Ингмар, традиционно проигнорировав приветствие.

— В таком случае, мне стоит подумать о том, каким чудом приделать своей машине крылья, — отозвался Вэрнон. — Учитывая сегодняшние пробки, я смогу добраться до тебя за столь рекордное количество времени только благодаря чуду, не иначе. Хотя бы полчаса, и всё решится в лучшем…

— Не торгуйся, — грубо оборвал племянника Ингмар. — Не с сутенёром общаешься, чтобы цену сбить. Если я сказал, что хочу видеть тебя через пятнадцать минут, значит, через пятнадцать минут ты должен стоять на пороге моего кабинета. Уложишься в четырнадцать — ещё лучше, а шестнадцать — уже плохо.

— Ты хочешь невозможного, дядя, — усмехнулся Вэрнон, заключив небольшое пари с самим собой.

— А ты иногда забываешь о том, что незаменимых людей не существует, — отпарировал Ингмар.

— У тебя нет альтернативы, — отрезал Вэрнон. — Только я. Шавок своих меняй, как хочешь, хоть по сто раз их перетасовывай, отбирая и раздавая должности, но в этом случае разброса кандидатур нет. Решение принято давно, и мы оба это знаем. Твой единственный наследник — я. Других не наблюдается. И не будет. Так что не разбрасывайся угрозами. Твои пафосные заявления пугали меня в двадцать, сейчас — нет. Пустое сотрясание воздуха, ничего кроме.