Энциклопедия для детей. Т. 7. Искусство. Ч. 2. Архитектура, изобразительное и декоративно-прикладное - Аксенова Мария Дмитриевна - Страница 93

Сарказм и наблюдательность Эдгара Дега нашли последователя в лице Анри де Тулуз-Лотрека. Аристократ по происхождению и калека с детства, он стал завсегдатаем театральных кулис, кафе и публичных домов Парижа. Герои художника — певцы и танцовщицы, акробаты и клоуны, посетители злачных мест и проститутки. Каждому он нашёл удивительно точную, надолго запоминающуюся портретную характеристику.

Тулуз-Лотрек также выполнил серии афиш для парижских кабаре. В его литографиях сочетание выразительных линий и контрастных пятен превращает изображение в живую композицию, делающую зрителя участником события, о котором оповещает афиша. Тулуз-Лотрек ввёл рекламу в сферу художественного творчества, определив основные направления её развития в XX столетии.

Андерс Леонард Цорн вырос в крестьянской семье близ провинциального городка Мура в Швеции. В пятнадцать лет он отправился в Стокгольм, собираясь стать скульптором, но за годы обучения в Государственной шведской художественной школе, а затем в Академии художеств раскрылся его талант живописца. Первый успех ему принёс рисунок тушью «Скорбь» (1880 г.). Внешне следуя традициям сентиментального салонного искусства, Цорн проявил здесь гораздо больше вкуса и чувства, чем обычно требовалось. Уже в студенческие годы мастер был надёжно обеспечен заказами.

Затем последовали годы странствий. Поселившись в 1882 г. в Лондоне, Цорн не прекращал путешествовать — посетил Италию, Испанию, Балканы, Константинополь, Алжир — и регулярно навешал родину. В то время он работал в основном акварелью, с удивительной живостью и полнотой передавая калейдоскоп своих путевых впечатлений («Кузины», 1883 г.; «Лодочник в константинопольском порту», 1886 г.). Работы, созданные Цорном в Швеции, более спокойны и задушевны — художник словно заново вглядывается в знакомые с детства лица, пейзажи, предметы («Хлеб наш насущный», 1886 г.).

В 1888 г. Цорн поселился в Париже и обратился к масляной живописи. Отчасти под влиянием французского художника Эдуарда Мане он увлёкся темой обнажённых фигур на пленэре. Одна из многочисленных подобных работ Цорна- «Премьера», написанная в 1894–1895 гг. Мать уговаривает упирающегося малыша войти в воду, пейзаж словно соткан из живительной влаги и утреннего света. Цорн трактует наготу по-крестьянски бесхитростно и мирно; ему одинаково чужды салонная пошлость и грубоватая простота моделей французских живописцев Гюстава Курбе и Эдгара Дега.

В Париже Цорн создал ряд выразительных, острохарактерных портретов. Изображая прославленного комика Эрнеста Александра Оноре Коклена (1889 г.), художник передал улыбающееся лицо и нервно сжатые руки актёра широкими, быстрыми и удивительно точными мазками.

В 1896 г. мастер навсегда поселился в родных местах, в Муре. Изучая местный фольклор, он собрал богатую этнографическую коллекцию, а в 1913 г. построил большой дом в «старинном северном» стиле, который впоследствии превратился в мемориальный музей. Главной темой его творчества стала жизнь шведской провинции. На картине «Танец в Иванову ночь» (1897 г.) мягкий свет белой ночи растворяет ярко-зелёные, красные, чёрные пятна праздничных одежд; танцующие двигаются медленно и плавно — как во сне. Цорн писал колоритные портреты жителей своего края: рыжеволосая румяная крестьянка («Марит», 1891 г.) заплетает косу привычными движениями сильных рук, зажав в зубах красную ленту. Старый скрипач Хинс Андерс изображён за игрой (1904 г.) — морщины на его коричневом лице подчёркнуты резкими тенями, виски и крючковатый нос блестят от испарины, жидкая бородка двигается в такт музыке.

В начале 80-х гг. художник увлёкся офортом. (Это вид гравюры, когда процарапанный в слое лака на металлической пластине рисунок протравливается кислотой, а полученное углублённое изображение заполняется краской и оттискивается на бумагу.) Цорн воспроизводил в этой технике свои акварели и картины, создавал жанровые сцены и портреты и к 90-м гг. стал одним из ведущих европейских гравёров. По словам русского художника и историка искусства А. Н. Бенуа, Андерс Цорн «представляет всей своей ясностью, всей своей безграничной любовью к простоте, всем своим отвращением к какой-либо формуле самый разительный контраст… художникам, выросшим на подражании старым мастерам… На картинах… всё ясно, светло и по тому самому — хорошо, красиво; его произведения не напоминают вкусных пряников… но действуют как прекрасная, чистая ключевая вода».