Волшебный стрелок (СИ) - Вассин Васся - Страница 97

— Нет, реальный дебил! Я бы на его месте по-тихому отчалил от этой коровы — директорской дочки, подцепил бы парочку хороших ципочек, и отчалил куда-нибудь под пальмы, на теплый песочек круглогодичного курорта.

Немного потерзавшись несбыточными мечтами, секретарь принялся за работу. Хорошо хоть этот придурок прислал ссылку на книгу, по которой нужно написать рецензию, поскольку приложенный набросок статьи — «Еба**** **** графоман, су*** ***, чтобы тебя ******» не обладал глубоким анализом, и не сулил раскрытием авторского замысла. Майор потянулся и, заменяя звездочки на слова, непонятные разуму своего начальника и принимаемые им за искусные ругательства, начал писать. Нужно немного попыхтеть, авось этому ушлепку прибавят авторитета на его трижды гребаном сайте…

Уважаемый автор в своей уже привычной протестной манере представил на суд публики очередное свое неоднозначное произведение. В его новом романе мы можем видеть классический пример эклектики. Являясь по своей сути обычной антиутопией, уже так давно ставшей привычной для современной литературы, в нем прослеживается попытка представить мир будущего как синтез с одной стороны христианской религии, а с другой, отрицающий ее на корню, идеей построения социалистического общества будущего. Повествование начинается с удачной попыткой «новых дикарей», юродивых потомков строителей исчезнувшей империи, возродить к жизни одного из ярчайших лидеров светлого прошлого, и свалить на его плечи заботы о своем мрачном настоящем. Деградация охватила все слои и институты общества будущего, цивилизация распалась на многочисленные анклавы, способные лишь решать насущные потребности разрозненных групп людей, не способных к объединению. Неосознанно в голову комсомольского вожака Червя проникает мысль о том, что на роль цементирующих их личности может претендовать один из давно погибших правителей исчезнувшего мира.

Он совместно со своей любящей девушкой запускает мифическую машину и возвращает его к жизни. Но в его расчет вкрадывается ошибка — оживлен совсем не тот, на кого рассчитывали, а машина атанизации оказалась одноразовой. Как показывает дальнейший ход событий, эта ошибка приводит к неоднозначно трактуемым последствиям, и держит читателя в напряжении до самого конца истории. Такова краткая фабула романа, но он нам интересен не с этой стороны, а попыткой представить уже заезженную сюжетную линию новыми гранями.

Возможно, автор сознательно сходит с проторенной тропы в сторону, уводя своего читателя в неизведанный мир, полный коллизий, аллегорий и порой сложных, многоплановых сцен, которые лицу неискушенному могут показаться излишне затянутыми или просто усложненными. А, может быть, даже он тем самым сразу отсекает часть читающей публики, способной лишь к ленивому перевариванию субпродуктов от печатной литературы, и требует от остальных хоть кокой-то работы мысли…

Как всегда в литературе главным в произведении является раскрытие чувств главных персонажей. И здесь автор далеко не в первой сотне тысяч тех, кто описывает любовный треугольник. Герой древности, обретший новое тело, отбивает Красотку у вернувшего его к жизни Червя.

Преданный, но по-прежнему оставшийся все тонко чувствовать молодой человек не находит себе места. Обида жжет его терзающим огнем, но с другой стороны и приходит понимание, что винить в том, что Леонид возвращен из небытия, он может только себя. Червь не опускается до мести кумиру детства, прекрасно понимая, что сделавшая свой твердый выбор подруга уже никогда не будет его прежним цветком обожания. Все оставшиеся страницы падуанец занят активной деятельностью: путем долгих и тонких интриг объединяет разрозненные племена, поднимает промышленность и сельское хозяйство, растит поколение толковых управленцев, с помощью кодов к так и неиспользованному оружию древности наносит запоздалый сокрушительный удар по империи зла за океаном. И вот возрожденная партия ясно видит, как на ее глазах сжатая в тугую пружину на Западно-сибирской равнине нация, между пиками Уральских гор и грозной суровостью климата Средне-сибирского плоскогорья, распрямляется до прежних границ. А ведь совсем недавно в бывшей европейской части хозяйничал Польско-бендеровский каганат, исправно снимающий свою дань от транспортировки чистых вод Байкала по подземному трубопроводу в Европейский Халифат…

На фоне прогрессорства Леонида все более отчетливо видно падение Червя. Не найдя места в новой России, презрев себя и веру в будущее всего просвященного человечества, он подобно Николаю-чудотворцу, находит себе пару из числа молодых медведиц, и удаляется от общества, проводя остаток жизни отшельником. Автор, чередуя повествование о Леониде, находит место для коротких вставок жизнеописания Червя. Особенно удачно выходят, на мой взгляд, заметки о природе сибирского края, и внутренний диалог бывшего комсомольца, своего рода дискурс, в ходе которого он подвергает прежние взгляды коренной переоценке, и все больше и больше погружающегося в декадентство. Фрустрация выливается в несколько неудачных попыток самоубийства, и еще более горького разочарования. «Что же я за чмо такое, что даже убиться не могу по-человечески!» — вопрошает главный герой. И как бы идя на поводу желания своего персонажа, автор обрывочными намеками дает понять, что третья его попытка выходит «удачной», а Червь наконец избавляется от тяжкого бремени существования в этом жестоком мире.

Мир будущего действительно достаточно жесток, и автору не удается в этом смысле уйти от все большего и большего сгущения красок. Но такой прием невозможно использовать вечно, должно быть место и для разрядки, ибо только контраст дает нам возможность более полно рассмотреть все детали. С целью такой отдушины показана счастливая и радостная жизнь Красотки, которая, несмотря на свое скудоумие, понимает, что живет с Леонидом как за каменной стеной. Маленькие и непоседливые дети дополняют картину жизнеутверждающей сюжетной линией. Девушка счастлива и даже не думает вспоминать о своей «ошибке» молодости. Такой, казалось бы, привлекательный в прошлом вариант, как молодой вожак Червь, нисколько не заботит ее сердце в дальнейшем. Она даже ни разу не вспоминает о своих когда-то сильных чувствах! Когда в конце книги ей сообщают о его гибели, изнуренного болезнью и насмерть замершего без женского тепла и банки малинового варенья с горячим чаем в забытой маленькой холодной избушке, занесенной снегом. Она изумленно вопрошает: «А кто это?». И недоуменно сводит брови.

На мой взгляд, эта книга заслуживает вашего внимания, если вы хотите расширить свое представление о мире, задаться извечным вопросом о первопричине добра и зла, и просто насладиться редким для нашего времени изящным слогом…

***

Тионик потер уставшие глаза и посмотрел на время — полвосьмого вечера. Начальник уже четыре часа как на законном отдыхе, а ему еще трубить и трубить. Приучили на свою голову этих управленцев к тому, чтобы пальцем указывать, где роспись ставить! Пробегая по диагонали текст вывода комиссии, секретарь пришел к выводу, что несмотря на все усилия, причины взрыва реактора неясны, и комиссия прикрывает свою некомпетентность предположениями о «непредсказуемо сильной магнитной активности, над эпицентром которой был построен научный городок». Это и стало, по их мнению, причиной выведения из строя сложной системы защиты термоядерного реактора, который не должен был взорваться ни при каких случаях! Версия о подрыве его персоналом станции исключалась полностью. Только два человека имели доступ к единственному охраняемому лифту под землю. Начальник охраны и научный руководитель, которые погибли сами вместе с семьями. Полной нелепостью было предполагать их участие в таких действиях — это были не те люди, которые захотят уйти из сытой жизни, тем более таким странным способом.

Майор задумался. Во время последнего совещания в отделе он услышал о еще нескольких странных случаях, тоже не имеющих под собой ясной причины. Истребление верхушки одной из корпораций на Цефалии, там еще хотели все свалить на одну цепкую девицу, но не находили стыковок в ее действиях. Была применена одна из забытых уж, и почти списанная со складов номенклатура ракет страшной разрушительной силы УРК — 24. Неизвестная группа лиц их запуском буквально испепелила целый район с десятками тысяч жителей. А две недели назад вообще произошло то, что никак в голове не укладывается у начальства СБ. Было осуществлено покушение на консула Димитрия. Само по себе это событие было из ряда вон выходящее, а то, что покушение было успешным, так вообще делало его уникальным. Уже многие десятилетия никто не смел лишить жизни такое высокопоставленное лицо. Кроме всего прочего ходили смутные слухи об одной пикантной подробности, которую с жаром отвергали официальные средства массовой информации, создавая ореол таинственности.