На неведомых тропинках. Сквозь чащу (СИ) - Сокол Аня - Страница 54

- Но тогда проигравшим был я, целитель только-только получивший черный уровень, но еще не ставший оп... еще не рассчитывающий на защиту хранителя. - в последний момент поправился Константин.

- И ты испугался? - не поверил Мартын.

- Не за себя. Тогда я был слабее баюна, моложе, и у меня был сын. Именно поэтому я отправил тебя в filii de terra.

- Я сам сбежал!

- Точно, после того, как я оттаскал тебя за уши и запер на сутки в подвале. Конечно сам, кто спорит. И обучение оплатил сам, и комната тебя там ждала, потому что они экстрасенсы...

- Низшие, отец...

- А у Ленника была дочь, и эти двое осторожничали, скалясь друг на друга издалека. Марьяна была мертва. - резюмировал Алексей.

- Месть - это блюдо, которое едят холодным, - раздался тихий голос Веника из гостиной, он, конечно, все слышал.

- Для меня оно уже чересчур остыло, - скривился Константин, и жестом попросил бабку отойти от кровати.

- Но не для него, - буркнул парень, - Он мечтает увидеть, как ты перерезаешь себе горло.

- Значит, придется мне с ним поговорить, и убедить пересмотреть мечты.

- Никаких разборок на стежке, - рявкнул, заглянувший в спальню, старик, трубка все также была прижата к его уху, и там по-прежнему слышались длинные гудки. - Столько лет ждали, подождете еще. - он посмотрел на старшего целителя и добавил, - Он нам нужен, Костя.

- Все это очень занимательно, - заговорила я. - Биология, психология и иже с ними. Если бы не одно "но". Пашка вздорная, порывистая, себялюбивая, но не глупая, иначе ее бы не назначили следящей. Она понимала, к чему может привести ее загул со сказочником. Так какого черта она это сделала? Она же не полная идиотка?

- Не полная, - согласился Константин, - Но поверье до сих пор гуляет в народе, и в него верят, пусть и не безусловно. Спроси себя, сколько людей вместо того, чтобы идти к врачу заговаривают пупочную грыжу у разных, объявивших себя белыми колдуньями, старух?

- Я моего Валю возила, - закивала Марья Николаевна, заглядывая в кастрюлю с водой, словно надеясь найти в ней что-то новое.

- Много, - согласилась я, - Вот только ты не человек. Откуда ты вообще знаешь, что яйцо твое? Или это тоже не имеет значения? Такими темпами, я скоро в милосердие нечисти поверю?

- Лучше не надо, - скривился Константин и спросил у Марта, - Какого цвета скорлупа?

- Зеленого. - ответил парень.

- Еще раз поздравляю, - улыбнулся Алексий.

- То есть она решила сделать тебе подарок? Изменила, потом залетела и вздохнула с облегчением, отложив зеленое яйцо? Вопрос о ее уме снят. - резюмировала я.

- Ты хочешь, чтобы я убил ее за измену? - не понял целитель, - Вы вроде дружите...

- Не хочу, - я подняла руки, - Просто не понимаю, почему ты этого не сделал. Откуда она знала, что ты вышел вне уровней?

- Она не знала, просто верила.

- Бедная девочка. - Марья Николаевна вздохнула. - Все то у нее не как у людей.

- Трогательно, - съязвил Мартын. - Отдает идиотизмом.

- Думаю, все намного проще, - вмешался Алексий. - Пашка не дурочка, но дурную мысль вполне могли вложить в ее голову. Кто-то достаточно сильный, чтобы задурить голову нелюдю.

- Сказочник всегда был силен, - кивнул Константин, - Сыграл на ее отношении ко мне, подтолкнул в нужном направлении, а потом наблюдал.

- Один из сильнейших баюнов Нижнего мира, таких по пальцам пересчитать можно, - вздохнул Алексий.

- Поэтому старик так им дорожит? - спросил Март.

- Да. Большинство сказочников умеют заговаривать только людей или низшую нечисть, но пасуют перед высшими. - рассмеялся феникс, - А этому сам черт не брат. Мы как-то пили, и он говорил, что однажды, что когда ему все надоест, опробует силы на Седом. Просто возьмет и попробует.

- Похоже на него, - сказала я. - Кирилл Ленника на изнанку вывернет.

- Скорей всего, - равнодушно согласился Константин и посмотрел на явидь. - Но Пашка не смогла ему сопротивляться.

- Рецепт прост, - согласился Алексий. - Смешать вымысел с правдой, добавить каплю понимания, толику сочувствия, чуть-чуть симпатии и вызов. Много вызова. Как ей не откликнутся, не поставить на карту все и сыграть по самым высоким ставкам? Низшие, я бы и сам сыграл.

- Он выиграл много лет назад, уже тогда я был Черным. Но ничего не стоит на месте. Роли изменились. Я изменился.

- Когда же он ее зацепил то? - спросил Март, - Никто же в его дом не суется, и на улице за версту обходят...

- Тогда и зацепил, - я закрыла глаза вспоминая...

... Как мы шли по стежке, как змея уговаривала меня не спешить, не психовать, а остановиться на минуту и подумать. Но я шла вперед, напуганная исчезновением детей, среди которых могла быть и моя дочь. Почти миллион лет назад...

Ушедшие, это и вправду было настолько глупо, насколько кажется? - подумала я и почти испугалась. Вернее, должна была испугаться, хотя бы собственного равнодушия. Ничего не екнуло внутри. Совсем. Пропади Алиса сейчас, что я сделаю? Уж точно, не брошусь на землю детей сломя голову. И именно это пугало. Я знала, что должно пугать...

- Она хотела узнать есть ли у сказочника связь с filii de terra, чтобы выяснить, кто из детей пропал. Хотела узнать для меня, она пробыла в его доме всего пару минут...

- Этого более чем достаточно, - прервал Алексий.

"На меня не смотрят, не приходят в гости, не зовут на пиво. Меня боятся" - сказал мне иллюзорный сказочник в иллюзорном Юково, - "Тем приятнее награда, когда они преодолевают страх и отвращение. Или я заставляю их преодолевать, и они бегут за мной, как дрессированные щенята"

Это был ее сказочник, из ее иллюзии. Значит, Пашка знала, что он с ней играет, или догадалась позднее, и очень хотела исправить. Убить баюна хотело ее сознание.

Опять никакой романтики, одна грязь.

- Надеюсь, вы хорошо спрятали яйцо? - спросил Константин, - Потому что именно сейчас ворий пьет опиум с нашими соседями, и они очень охотно треплют языками. А он слушает. Если дракон завладеет яйцом, нам придется или выйти к нему, - целитель посмотрел на Пашку, - Хотя бы для того, чтобы отдать ее. Или забыть о твоем брате или сестре. Сделать вид, что никакого яйца не было. Мы сможем, а вот она...

- Она нет, - ответила я.

- Ни в жизнь не догадаются, - ухмыльнулся Мартын, а я посмотрела на бабку, которая, как само собой разумеющееся потрогала бок кастрюли, а потом, видимо решив, что в кипятке здесь не нуждаются, ухватилась за ручки. Низшие, я только сейчас поняла, что в ее руках нет прихваток, а металл должен обжигать, как феникс знает что. - Яйцо у...

- Стоп, - скомандовал целитель, - Мне совсем не нужно этого знать. Если змейка выберется, скажет сама. Если нет, - на лицо мужчины набежала тень, - Без нее оно все равно погибнет.

Марья Николаевна подхватила кастрюлю и понесла обратно.

- Да будь оно все проклято! - раздался из гостиной голос Семеныча.

Я бросила взгляд на Пашку, на замершего рядом с ней целителя, Алексия, грустного Марта и вдруг поняла, что больше не пью боль. Даже не порываюсь. Что слышу потерявшиеся во времени, отсроченные удары ее сердца и не впитываю их в себя. Не ловлю редкое болезненное дыхание, не принюхиваюсь к запаху сгоревшего мяса.

Стоило подумать, как мои жадные чувства, так похожие на невидимые щупальца или пики, антенны, не знаю, как их назвать, словно проснувшись, потянулись к явиди.

"Стоп" - скомандовала я себе, - "Стоп. Я не голодна"

И влетевшие, в предчувствии сладкой боли, пики опали.

- У каждого своя жажда, - проговорил внимательно наблюдавший за мной Алексий. - Но она не управляет нами, лишь придает жизни вкус, как приправа.

- Пора садиться на диету, - буркнула я и вышла вслед за бабкой из спальни.

Выплеснув часть кипятка на пол, Марья Николаевна вернула кастрюлю на плиту и снова зачем-то зажгла газ. Старик в раздражении сбросил вызов. Атмосфера в доме была нехорошая, такая что обычно предшествует буре, такая от которой волосы на затылке встают дыбом и очень хочется убежать и спрятаться. Тревожное ожидание и предчувствие неизбежного. Пашка снова вздохнула и замерла, заставив меня гадать, а будет ли он, следующий вдох?