Чернушка и Солнечный зайчик (СИ) - "atat" - Страница 111

– Принц Вэдлин, вы невыносимы! Сколько вам нужно напоминать, что так себя вести нельзя.

Вздохнув, мальчик склонил голову:

– Простите, Ваше Величество, я больше не буду, – и, обернувшись к Эртису, спросил: – Так вы согласны стать моим братом?

Парень вдруг каким-то образом понял чувства этого мальчишки. Присев перед ним на корточки, заглянул в синие глаза. В голове пронеслась шальная мысль, что он и сам точно так же хочет стать братом. Неважно, старшим или младшим. Вдруг захотелось иметь многочисленную семью: кучу теток, дядей, кузенов, кузин, бабушек и дедушек. И Эртис кивнул:

– Да, я согласен, – вздох рядом заставил обернуться. Сверху на него с тоской смотрел Лекс, и парень пояснил: – Только для этого вовсе не обязательно жениться на вашей сестре. Достаточно того, что ваша мама, королева Лазурь, считается матерью всем своим подданным. Выходит, мы братья. Разве я не прав?

Подумав немного, Вэдлин кивнул:

– Да, вы правы. Отныне вы, Эртис, брат Вэдлина, то есть меня.

Коротко обняв парня за шею, мальчик побежал обратно на свое место и уже оттуда спросил Лазурь:

– Мам, указ писать будем?

– Какой указ, Ваше Высочество? – королева только что смахнула набежавшую слезу.

– Как какой? Указ о том, что Эртис теперь мой старший брат.

– Ваше Высочество, давайте немного подождем. Любой вопрос должен какое-то время вылежаться. Вполне может случиться, что он сам и отпадет.

– Не отпадет, – уперся Вэдлин. – Хочу указ. Если вы мне откажете, то я откажусь от короны.

Все ахнули. Лазурь порозовела от негодования:

– Что вы себе позволяете, Ваше Высочество?!

– Ваше Величество, если я себе в своем королевстве ничего не могу позволить, зачем тогда корона?

В зале повисла тишина. Чтобы семилетний мальчик выдал такое?!

Юимлен незаметно подтолкнул Эртиса:

– Пойди, поклонись и переведи тему на что-нибудь другое.

Согласно кивнув, парень шагнул к возвышению. Опустившись на одно колено, склонил голову.

– Прошу меня простить, Ваше Величество и Ваше Высочество, что доставил вам несколько неприятных минут. Чтобы не вносить раздор в семью, вынужден откланяться. Хочу только попросить об одном одолжении. Для меня и Лекса. Мы бы хотели повидать нашего земляка, о котором упомянул принц Вэдлин.

Мальчик снова покинул свое кресло и сбежал вниз. Схватив Эртиса за руку, потянул за собой:

– Идем, я знаю, где лежит Леозька.

Обернувшись к королеве, парень вопросительно поднял бровь. Лазурь кивнула. И вот они быстро миновали коридоры и ворвались в комнату. На постели на высоких подушках лежал немолодой мужчина. Вспрыгнув на кровать, Вэдлин обхватил одну из подушек и уставился в лицо спящего человека. Тёмка смотрел на осунувшееся бледное лицо и с трудом узнавал своего отца.

Позади послышались шаги, и вскоре в комнате уже стояли Лекс, оба вея и королева. Женщина подошла к самой кровати и поправила одеяло. Леозька проснулся.

– Фима, ты когда-нибудь спишь?

– Да.

– Врешь, поди?

– Нет, я говорю чистую правду. Вот свидетели, они могут подтвердить.

Леозька перевел взгляд на посетителей.

– О! Племяш и Юимлен! Как дела?

– Хорошо, Леозька.

– А это кто же у нас? – взгляд остановился на Лексе, а потом перескочил на Эртиса.

– Сынок… Тёма! Ты как здесь очутился? – и уже к Лазури: – Что происходит?

Пока все думали, что ответить, в воздух полетела подушка.

– Ура! Мама, все правильно! Тёма – сын Леозьки! Я сказал правильно! Он мой брат!

Королева побледнела:

– Кресло мне. Быстро! – и рухнула в подставленное кресло, схватившись за голову. – Вэдлин, как ты умудрился сделать такой чудовищно неправильный вывод? Вот объясни нам. И если ты, сынок, убедишь нас в своей правоте, слово королевы, я издам указ. Давай, мы все внимание.

Встав на постели, Вэдлин взял в руки другую подушку и за уголок стал раскручивать ее вокруг себя.

– Что тут непонятного? Тёма – сын Леозьки. Сам Леозька все время говорит, что ты его жена. Ты – моя мама. Значит, мы с Эртисом братья. Все. Пиши указ.

Королева смотрела на мальчишку с подушкой и чувствовала, как в голове что-то шевелится. Казалось, ожили все извилины. Хм, составить уравнение, неправильно его решить и получить верный результат. Это еще постараться нужно.

Юимлен шепнул:

– Ваше Величество, это выход.

– Мне страшно, я такого не планировала, – в ответ прошептала Лазурь, – точнее, я думала, мечтала как-то склеить оба мира, но не знала, как это сделать.

Вей кивнул:

– Я тоже этого хотел и тоже не знал, как этого достичь. Оба наших желания что-то сдвинули, и Мир через ребенка подкинул нам идею. Так что… пишите указ, Ваше Величество.

– Мам, пиши указ, – эхом донеслось с кровати, где Вэдлин продолжал терзать подушку.

– А что потом, после указа? – королева через мальчика обратилась к Миру.

– Потом у нас ремонт, мам, ты же только об этом и твердишь, – женщина облегченно вздохнула, решив, что это была глупая мысль – спрашивать ребенка, а Вэдлин, отбросив подушку, вдруг твердо заявил: – А после ремонта у нас друг за другом три свадьбы.

– К-какие с-вадьбы? – похолодела королева.

В комнате повисла мертвая тишина, снаружи доносились лишь звуки стройки.

– Первая – Юимлена и Лаварда, затем – Эртиса и Лекса, третья – Малии.

Севшим голосом женщина только пролепетала:

– Воды… дайте кто-нибудь воды…

– Я сейчас, мам, – Вэдлин уже бежал к ней с кубком Леозькиной микстуры. – Пей быстрее!

Плохо соображая, та схватила кубок и залпом опрокинула в себя лекарство. Закашлявшись, вздрогнула всем телом:

– Господи, ну и дрянь! Бр-р! Я даже и не думала, что снадобье выйдет таким противным.

– Зато очень действенное, – донеслось с кровати.

– Да уж, и то хорошо.

Кругом все зашевелились. Юимлен спросил Вэдлина:

– Ваше Высочество, с нами, со мной и Лавардом все ясно, но как вы угадали насчет Эртиса с Лексом?

– Я не догадывался, Юимлен, это и так видно. Они смотрят друг на друга так же, как вы с Лавардом, – и уже к матери: – Мам, пойдем же писать указ, а то я хочу погулять с моим братом.

– А без указа это нельзя сделать?

– Нет, сначала указ, потом гулять.

– Хорошо, Ваше Высочество, идите писать указ. И чтобы без ошибок.

Мальчик растерялся:

– Я… сам писать?! А секретарь?

– Ваше Высочество, чтобы подписывать документы, нужно сначала научиться их составлять. Так что или вы пишете сами, или не пишет никто.

Вэдлин оглянулся на Эртиса, словно прикидывая в уме, не сбежит ли его брат, пока он будет “мучить” пергамент, потом снова вспрыгнул на постель и обнял Леозьку. Резво соскочив на пол, понесся к дверям, выкрикивая на ходу:

– Эртис, я быстро, смотри, никуда без меня не уходи!

– Я не уйду, Ваше Высочество, – тот только махнул рукой вслед убегающему эльфенку.

Проводив взглядом Вэдлина, королева воззрилась на Юимлена:

– И что это сейчас было? У меня просто мороз по коже.

Вей кивнул:

– У меня тоже. И я не знаю, что это. Давайте думать, сейчас тут все свои, и у нас… сколько у нас времени?

– Примерно полчаса, если переписывать не будет.

– А какой, собственно, вопрос? – пошевелился на кровати Леозька.

– Соединение обоих миров, – пояснила женщина.

Согласно кивнув, Юимлен добавил:

– Соединение людей, эльфов, веев, – и, вспомнив утренний разговор, спросил: – Фаина Аркадьевна, а кто нас с Лавардом назвал Хранителями?

– А? – королева задумалась. – Это вы о капитуляции горняков?

– Да.

– Честно, не знаю. Не я, это точно. И не секретарь.

– Кто же написал акт? – Юимлен удивленно посмотрел на женщину.

Лазурь вдруг оглянулась на дверь, за которой скрылся Вэдлин:

– Н-нет, не может быть. Мальчишка пишет с трудом, не то чтобы подготовить такой серьезный документ.

– Тогда кто?

– Я могу назначить расследование.

– Пожалуй, не стоит.

– Почему?