Дамби - не гад! (СИ) - Бубела Олег Николаевич - Страница 81

И такое игнорирование способно объяснить как изрядно затянувшуюся первую магическую войну, так и канонное противостояние с Волди, который после своего возрождения устроил форменный беспредел и всеми силами стремился пустить Статут хворостоге под хвост. Да, соседи охотно принимали спасающихся от террора беглецов, но навалиться на Темного Лорда всем миром, как это было с Гриндевальдом, отчего-то не стремились. Наверняка рассчитывали, что безумец приблизит конец агонизирующей Англии... Но что толку гадать на кофейной гуще? Я ведь не политик, и даже при наличии неоспоримых фактов могу составить картинку, и близко не похожую на реальность.

Вновь сработали чары оповещения, но в кабинет вошел не Гораций Слизнорт, которого я поставил почти в самый конец списка, а вернувшаяся 'с полей' МакГонагалл.

- Вечер добрый, Альбус! - улыбнулась женщина. - Ты хотел меня видеть?

- Да, хотел, - сухо отозвался я. - Присаживайся!

Слегка удивленная моим тоном, Минерва послушно устроилась на диванчике. Подойдя к ней, я сложил руки за спиной, поглядел на профессора сверху вниз, как сержант на 'духа'-залетчика, и строго спросил:

- Итак, объясни мне, почему у моего верного заместителя напрочь отсутствует чувство юмора, по какой причине она вдруг решила вдребезги разругаться с деканом Хаффлпаффа, и отчего о столь серьезных проблемах в моем коллективе я узнаю последним?

МакГонагалл опустила голову и зло выдохнула:

- Так и знала, что Спраут на меня нажалуется. Вот же, стерва!

- То есть, ты пришла к Помоне, наорала с порога, обвинила во всех смертных грехах, не дав ни слова сказать в защиту, оскорбила и удалилась, хлопнув дверью, а стерва все равно Спраут? - язвительно протянул я. - Где логика?

Минерва угрюмо молчала, а в ее эмоциях не наблюдалось ни тени раскаяния. Я тяжело вздохнул:

- Знаешь, если бы ты сейчас заявила, что ничего этого не делала, я бы тут же бросился искать таинственную ведьму, укравшую твой локон для оборотного и устроившую в школе безумный спектакль, желая очернить доброе имя Минервы МакГонагал. Потому что еще утром я был готов поклясться - ты не станешь просто так оскорблять Помону. Свою коллегу, с которой проработала столько лет плечом к плечу, свою единомышленницу, посветившую жизнь воспитанию детей и радеющую за процветание школы, свою давнюю подругу, которой можешь доверить любые секреты.

Удар попал в цель - в сознании профессора появилось чувство вины. Пока еще очень слабое и больше похожее на стыд, но это уже было прогрессом.

- Но главное, я не понимаю причин твоего поступка, - продолжал я. - Из-за чего вы вообще сцепились? Не из-за моей шутки, ведь так? Я пытался разговорить Спраут, но она отчего-то молчит, как партизан на допросе. Обиделась, наверное. Поэтому, будь добра, изложи мне свою версию вчерашних событий... Ну же, я жду!

Помявшись, Минерва, принялась исповедоваться. Поначалу неохотно и не поднимая взгляда, но постепенно все больше распаляясь.

- После нашего разговора я решила заглянуть к Помоне... Узнать, какая доля шутки была в твоих словах. Она рассказала мне про случай с крысоловом... И при этом улыбалась, как будто не чувствовала своей вины в происшедшем. Надо же, сама притащила эту дрянь, позволила ей причинить тебе вред, а после делает вид, будто так и надо! Подобное наплевательское отношение меня жутко разозлило. Неужели она не понимает, что тебе и так нелегко? Что тебе приходится ради блага Хогвартса, ради блага всех нас жертвовать драгоценным здоровьем? Нет, ей этого не понять, она думает только о своих проклятых растениях! Загремел начальник в больничное крыло с магическим истощением - прекрасный повод, чтобы стребовать с него разрешение увеличить территорию теплиц. Ведь в столь плачевном состоянии он не посмеет отказать! Попросил директор порадовать своего друга-лесника каким-нибудь зеленым хищником - можно взамен выбить у него помощника. А то, видите ли, сложно одновременно и лекции детям читать, и выращенные ингредиенты в аптеки Лютного продавать!

МакГонагалл с вызовом посмотрела на меня. Ее ноздри воинственно раздувались, щечки раскраснелись, а глаза яростно сверкали, добавляя профессору привлекательности. Очаровашка! Мням... Ох, не о том думаю!

- То есть, ты хочешь сказать, что вчерашняя ссора была продиктована исключительно заботой обо мне? - уточнил я.

Женщина молча кивнула, не подозревая, что тем самым загоняет себя в ловушку.

- Иными словами, ты считаешь меня несмышленым ребенком, за которым нужен постоянный присмотр? Тогда не объяснишь, почему этому 'ребеночку' доверили столь ответственный пост директора школы? Он же не способен без мамочкиного одобрения набрать новый персонал! Еще пригласит каких-нибудь проходимцев с улицы или учредит должность, которая в Хогвартсе напрочь не нужна! Также, исходя из твоих утверждений, он не может самостоятельно решать вопросы целесообразного использования школьной территории, не способен уследить за сотрудниками, которые за его спиной занимаются незаконной деятельностью, не в силах никому отказать... Какой ужас! Интересно, почему этого набитого дурня все еще величают Великим Магом и до сих пор не поперли из Визенгамота?

К концу моей тирады профессор растеряла весь свой воинственный запал. Теперь в эмоциях красавицы властвовали смущение и стыд, заставивший заалеть кончики ее ушей. Полюбовавшись поникшей моськой МакГонагалл, я заявил:

- Минерва, у меня нет времени, чтобы играть с тобой в молчанку. Тебе есть, что сказать в свое оправдание?

- Прости, Альбус, - выдавила женщина, внимательно разглядывая пол. - Наверное, я немного перегнула палку.

- Наверное? Немного? - язвительно передразнил я анимага.

- Сильно перегнула, - поспешно поправилась МакГонагалл. - Мне не следовало сомневаться в твоих решениях и кидаться к Спраут с обвинениями.

- И это все? - не дождавшись продолжения, удивленно поинтересовался я. - Ты меня разочаровываешь. А где раскаяние? Где сожаление? Где обещание извиниться перед Помоной? Она ведь обиделась не на шутку, и теперь я ее прекрасно понимаю. Ты же выставила ее меркантильной сволочью, по которой Азкабан плачет горючими слезами! А ведь идея использования свободной земли рядом с замком на самом деле принадлежит мне, способ реализации полезных ингредиентов (к слову, доходы от их продажи идут не только в карман декана Хаффлпаффа, но и покрывают первоочередные нужды школы!) давным-давно согласован со мной, просьба о найме помощника вызвана резким увеличением нагрузки в связи с организацией в школе нового кружка травологии, появившегося опять-таки с моей подачи. Да и редкое растение в подарок Хагриду Спраут выписывала из Болгарии за собственные деньги, даже не заикнувшись о возмещении средств! Какая бессердечная злюка, не так ли?

Есть накрытие! От жгучего стыда Минерва готова была сгореть на месте, прямо как Фоукс. Ее лицо пылало огнем, а эмоции захлестывало острое чувство вины - самое время дожимать!

- И я уверен, вчера Помона была готова это все тебе объяснить, поняв и простив твою вспыльчивую натуру. Вот только ты не оставила ей ни единого шанса. Рубанула с плеча, позабыв о такой штуке как 'презумпция невиновности', и гордо удалилась в закат. А если бы удосужилась хоть чуточку подумать, прежде чем разбрасываться оскорблениями, если бы вспомнила, что Спраут тебе - не чужой человек, а почти член семьи... Ты куда?

Решительно поднявшись, МакГонагалл скорым шагом направилась к выходу, бросив:

- Мне нужно срочно перед ней извиниться.

- Погоди! - окликнул я профессора.

- Альбус, я уже все поняла! - нетерпеливо заявила Минерва, открывая дверь. - Давай, отложим нотацию на потом?

- Я сказал, стоять! - рявкнул я, потеряв терпение.

Вздрогнув, анимаг замерла, распахнув свои очаровательные глазки и уставившись на меня со смесью страха и удивления. Эта реакция меня удовлетворила. Подняв с пола рюкзак, я недовольно буркнул:

- Распустились тут, понимаешь! Непосредственного начальника за предмет мебели держат! - подойдя к шокированной МакГонагалл, я достал бутылки с вином и козинаки, сунул женщине в руки и безапелляционно заявил: - После принесения извинений ты должна задержаться и выпить вместе со Спраут. Мне плевать, как ты это устроишь - хоть связывай Помону и в глотку ей вино заливай, но пока обе бутылки не опустеют, покидать ее общество не смей! Тебе ясно?