Bittersweet (СИ) - Лоренс Тильда - Страница 182

На содействие со стороны Илайи Челси не особо рассчитывала, вспоминая крайне неприятный инцидент с его участием, к которому сама приложила руку. Естественно, что после таких откровений отношения их не потеплели, а несколько охладели, откатившись назад. Ничего необычного. Теперь из приятелей они превратились исключительно в работодателя и наёмного работника. Илайя не стремился поддерживать общение, не лез с расспросами, да и вообще старался не заговаривать с бывшей наставницей. Когда она появилась на пороге их с Ромуальдом квартиры, сунул в карман сенсор и сказал, что отправится погулять. Ромуальд не спросил, что тому способствовало, но взгляды, которыми они обменялись, объясняли многое.

Через пару дней Челси удалось выловить бывшего ученика и поговорить с ним. Илайя не крыл её матом, но и мир-дружбу в сочетании с жевательной резинкой не предлагал. Просто несколько пространных фраз, нарушающих тишину, повисшую в салоне автомобиля. Просто признание, что откровение со стороны госпожи продюсера стало крайне неприятным. Просто…

– Никуда я от него не денусь. И подаренная роль тут не роялит.

– А что тогда?

Она задавала вопрос, предрекая определённый ответ. Надежды оправдались, когда Челси услышала голос Илайи.

– Я люблю твоего брата. Смешно, да?

– Почему смешно?

– По ряду причин. Я не верю, что любовь способна рождаться на такой основе, как у нас. Точнее, раньше не верил. Как видишь, из любых правил бывают исключения, и моя скептически настроенная натура вынуждена признать, что иногда реально закрыть глаза на многое. Даже если это кажется тебе верхом дикости. Наверное, от человека зависит. Одному не простишь косого взгляда, направленного в твою сторону, зато другому спустишь с рук всё на свете, не задумываясь о том, насколько это неправильно, и вообще-то унижение самого себя. Можешь поздравить меня с новым открытием.

– Каким?

– Я не асексуальная особь мужского пола, а вполне себе сентиментальный гомик.

Он усмехнулся. Челси тоже улыбнулась, понимая, что это всё же была попытка самоиронии, а не стремление получить какое-то опровержение. Илайя трезво оценивал происходящее, не бегал перед собеседниками с плакатом в руках, уверяя, что он совершенно, абсолютно, на тысячу процентов асексуален. Он признавал очевидный факт – влюбился в мужика. А вместе с этой влюблённостью появилась и некая сентиментальность, к которой в обычное время он склонен не был, да и вообще не думал, что однажды захочет чего-то такого… У него не получалось однозначно сформулировать собственные мысли, это было на уровне подсознания. И явно не для общего доступа, а предельно личное, интимное. Разделённое – самое большее – на двоих. Вторым человеком в списке значилась не Челси, разумеется, а Ромуальд.

Челси попыталась как-то поставить себя на его место, только вместо Ромуальда представила иного человека, некую абстрактную личность, отношения с которой развиваются в подобном ключе. Припомнила нападение в подворотне, кровавую рану на шее, изнасилование, которое вроде как было не совсем изнасилованием, но иного определения подобрать не получалось, обещания стереть противника Джулиана с лица земли. Возвращалась на исходную позицию и приходила к выводу, что сама бы, пребывая в здравом уме и твёрдой памяти, на отношения с подобным человеком никогда не решилась бы, постаравшись избежать его общества всеми возможными способами. Ну, или смогла бы… При наличии ряда условий, одним из которых считалась далеко не роль в мюзикле, а вполне определённое чувство.

В отличие от Прим, рассматривавшей отношения в качестве способа продвижения вперёд, Илайя ни о чём подобном не задумывался. И его согласие на участие в шоу не было частью плана по раскрутке. Челси анализировала решения своего ученика и приходила к выводу, что он готов вытряхнуть перед зрителями корзину с грязным бельём вовсе не по причине жажды поднятия рейтингов собственной персоны, а ради попытки восстановить справедливость, и он сумеет это сделать. Ну, или максимально смягчит те потери, которые нанесла своими признаниями Примроуз. Она уже успела засветиться в одном ток-шоу, где поведала свою грустную историю. Эфир спровоцировал бурные обсуждения в интернете, на Ромуальда полилась грязь. Мало кого волновало истинное положение вещей.

Иногда Челси казалось, что своим поступком она предаёт отца. Комплекс отличницы, заложенный в детстве, отрепетированный годами и практически вбитый в мозги, основательно девушку напрягал. Она привыкла действовать так, чтобы в ответ на любое действие получать похвалу Эйдена.

И теперь приходило понимание: в этом плане Ромуальд гораздо свободнее. Его не ограничивают рамки похвал, он делает что-то только тогда, когда считает нужным. Так, как считает нужным. Именно в сфере творчества. Остальные составляющие Челси старалась не затрагивать, ведь некоторые аспекты виделись ей невероятно противоречивыми, например, та же выходка с плёткой.

Отец сделал первый шаг, позволив своей относительно юной пассии проехаться по имени сына, ничего против не сказал, но, не оказав сопротивления, одобрил. Пусть Челси неоднократно соглашалась с отцом во многих вопросах, пусть она ждала его одобрения и старалась не вступать в конфронтации, теперь следовало послать все прежние принципы в пропасть и начать действовать так, как подсказывал ей здравый смысл.

Кто не с нами – тот против нас.

Вообще-то этот принцип они использовали в повседневной работе «Эган Медиа-групп». По идее, он был общим для Челси и Эйдена, но теперь девушка взяла на себя роль дезертира, переметнувшись на сторону брата. Может, впервые за долгое время у неё открылись глаза, и папочка, как король собственноручно отстроенного королевства перестал её устраивать.

Когда король не оправдывает надежд своего народа, любовь последнего медленно, но верно переходит в ненависть. Отсюда бунты, забастовки и диверсии. Челси поняла, что пора что-то менять, и она провела рокировку.

О своих планах отцу не говорила. Впервые прислушалась к совету Ромуальда и не пожалела, понимая, что в противном случае, на её решение был бы наложен запрет. А сука с коровьими глазами – характеристика, которой Челси наградила Примроуз ещё на стадии прослушивания, попав в точку – могла праздновать победу. Её политика пошла в массы, интерес к её персоне растёт, а Ромуальда осуждают, постепенно сбрасывая его с пьедестала. Если всё продолжится в том же направлении, скоро поставленная цель будет достигнута. Его действительно возненавидят и потребуют официальной замены актёра в мюзикле. Тогда уход Ромуальда получится не триумфальным, а жалким. Чтобы этого не произошло, следует не затягивать с опровержением, а быстро провернуть задуманное с прямым эфиром.

Информация из первых уст. Теперь благодарная публика знакома с обеими сторонами скандала. Выбирайте, кто вам ближе. И…

К барьеру!

Связаться с Ариадной не составило труда. К моменту, когда состоялся разговор, Челси постаралась максимально оправиться от потрясения, нанесённого новостью о разводе родителей, потому голос её звучал стандартно-уверенно, без дрожи и попыток расположить к себе собеседницу, с деловым подходом, лишённым стремления просить об услуге. Она давала понять, что таким предложением сама делает телеведущей одолжение. Ариадна звонок примерно так и трактовала, усмехнувшись и заявив:

– Вы сделаете мне небывалый рейтинг.

Она не сомневалась, что всё именно так и сложится. Несмотря на разгоравшийся скандал, у Ромуальда нашлось немало защитников, стремившихся заткнуть рот тем поборникам насилия, которые с пеной у рта пытались отстаивать точку зрения Примроуз Флеминг. Поклонники не слишком верили самопровозглашённой приме, ожидая ответного хода от Ромуальда.

В общем-то, долго ждать не пришлось.

И если появление Ромуальда в эфире было заранее объявлено, то визит в телевизионный центр его напарника по сцене вызвал сначала недоумение. Если разобраться, изначально предпосылок к чему-то подобному не наблюдалось. Конфликт между Прим и Ромуальдом. Имя Илайи ни разу не промелькнуло в откровениях актрисы.