Кровавый евромайдан — преступление века - Захарченко Виталий Юрьевич - Страница 60

Совсем зловещим признаком приближения майдана является нарастающая в какой-нибудь стране активность американского посольства при полном попустительстве властей, у которых обычно имеются и полиция, и контрразведка, но ситуация уже зашла так далеко, что и там и там в большинстве своем — кадры, прошедшие по десятку стажировок в США и странах НАТО.

Заметим для истории, что во многих странах мира американские посольства сегодня практически ничем, кроме майданов, не занимаются. Это мощные подрывные центры, лаборатории и штабы майданов, работающие под дипломатическим прикрытием беспрепятственно и безнаказанно.

Американцам не свойственны застенчивость или щепетильность, практически везде центры управления майданами находятся вполне официально в их посольствах или консульствах.

Американцы не скрывают свое участие в майданах, наоборот, бравируют, рекламируют, позируют. То есть легитимируют заокеанскую поддержку и пугают своим могуществом.

Наконец, совсем зловещий симптом — стремительная информационная криминализация власти и государства. Это значит, что майдан будет скоро, что майдан на сносях.

Когда вслед за СМИ все хором начинают кричать, что «нами правят преступники», и с этим никто не спорит, это значит, что майдан окончательно созрел, что он вот-вот лопнет и зальет все вокруг гноем и кровью.

Надо отметить, что описанные признаки повторяются всегда и везде, они обязательны, унифицированы, описаны множеством авторов и аналитиков, но это никому почему-то не помогает.

Власти замайданенных стран, как правило, почему-то бывают застигнуты врасплох. И несмотря на явные зловещие симптомы, майданы повторяются везде и всюду по одному и тому же сценарию: происходят превращения толпы на майдане — от ликующих людей в преступную массу.

Собственно кульминацией майдана всегда является именно этот процесс перерождения толпы, он же и есть новое слово в мировой истории.

Упрощенно говоря, самых разных людей собирают и организовывают под прекрасными лозунгами, под музыку, с цветами, а потом вдруг толпа превращается в опасного зверя и начинает убивать.

Созвали молодежь послушать рок-певцов — а потом вдруг заживо сожгли полицейских.

На майданах счастливая, радостная толпа на глазах перерождается в толпу преступную, поведение которой описано в деталях классиками политической социологии еще в прошлом веке.

Людей собирают порадоваться счастью свободы, а потом с их помощью и при участии некоторых из них начинается вдруг резня, течет кровь, и все это выливается в вооруженный захват власти.

На Украине это было именно так во всех подробностях и деталях.

«Оранжевая революция» процесс начала, евромайдан закончил.

Точно так же было недавно в Египте и других странах, жертвах «арабской весны».

До этого в Грузии — «революция роз».

Потом в Киргизии — «революция тюльпанов».

Циклически этот же процесс повторяется в латиноамериканских странах.

Так хотели сделать и в России и хотят дальше. И это смертельно опасные желания.

Когда возникает критическая масса майданной толпы, для ее руководства всегда применяются митинги.

Общей чертой успешных майданов являются организация однонаправленных митингов, их эскалация и нарастание.

Когда речь шла о несостоявшемся майдане на Болотной площади в Москве, митинги были очень разнонаправленные. То есть в них участвовали разные массы людей, с разными требованиями.

Или совсем недавний эпизод в примайданенной Македонии — прошли два массовых митинга, промайданный и антимайданный, причем антимайданный был более мощным, после чего процесс был приостановлен.

Задача успешного майдана — этого не допускать, держать монополию на организацию «благородного гнева народа» только в своих руках. И когда это удается, митинг перерастает в восстание, переворот, перерастает снова по четко отработанной технологии, потому что подготовленные мотивированные профессионалы-боевики берут на себя контроль над событиями.

Момент, когда в дело идут боевики-профессионалы, ключевой, это всегда своего рода «штурм Зимнего дворца» или «взятие Бастилии».

Боевики начинают реально воевать, часть из них — часто снайперы, исполняющие роль пикадоров на корриде, уколами копья приводящие быка в ярость, после чего появляется нарядный тореадор. Когда толпа приведена в ярость, ее часть, не посвященная в происходящее, неизбежно вовлекается уже в военные действия и своей массой помогает боевикам оставаться неопознанными, незамеченными. Кто бросал коктейли Молотова?

Все бросали, ничего особенного в этом нет, народ так благородно разгневался.

С точки зрения анализа процесса перерастания «мирных» митингов в переворот, который потом на Украине вдруг окрестили «революцией достоинства», особенно важно понимать роль спецслужб, своих и чужих.

Майданы всегда ведут и контролируют спецслужбы. Спецслужбы США и их союзников по НАТО не только участвуют во всех этапах подготовки майданов и особенно в их проведении. Их участие выражается прежде всего в том, чтобы обеспечить боевиков, активистов и подконтрольные СМИ надежной, защищенной, автономной системой связи. Для этого разработаны самые разнообразные технологии с использованием преимущественно сетей мобильных операторов и особенно социальных сетей. Боевиков оснащают разными видами секретной связи, и это тоже задача спецслужб.

В решающий момент именно спецслужбы, то есть военные или военизированные организации чужих государств, ведут боевиков на штурм и переворот, координируют их действия, отдают приказы. Для того чтобы в этой работе не было сбоев или неожиданностей, чужие спецслужбы прилагают огромные усилия для использования спецслужб местных, активируют внедренную туда агентуру и так дезориентируют работу остатков репрессивных органов государства.

Майданы в принципе правильнее понимать как спецоперации чужих спецслужб с использованием спецслужб местных в той мере, в какой их удалось поставить под контроль.

Эта тема, с одной стороны, неисчерпаема, с другой — чрезвычайно сложна, поскольку обычный наблюдатель всего этого не видит и не может увидеть, а если увидит, то его назовут конспирологом.

Поэтому война с майданами — это война разведок, контрразведок и похожих на них организаций, названных как-то по-другому.

Часто происходит официальная политическая поддержка майданов извне. В этом смысле киевский майдан стал настоящим новым словом в развитии подрывной технологии.

Открыто поддерживать толпу раньше было не принято, но поскольку это был евромайдан, то появилось и еврообъяснение — друзья, Европа с вами.

В Киеве на майдане отметились многие высшие представители европейских государств, США, практически всех стран НАТО и очень бодро поясняли, что их вмешательство в политическую борьбу в чужом суверенном государстве вполне легитимно, справедливо. Они вместе с украинским народом, они ждут не дождутся принять этот народ в свои крепкие европейские объятия.

До Украины такое публичное появление чужих политиков, гостей-наставников было нетипично, такое позволяли себе только в странах третьего мира, только иногда и совсем не в таком массовом исполнении.

Украинский евромайдан изменил это правило, и теперь логично ожидать появления чужих политиков где угодно. Точнее, везде, где власти страны это позволят.

Как бороться с майданами? Попробую предложить краткую инструкцию.

Самым логичным было бы самим обзавестись такими же технологиями и применять их как оружие. То есть замайданить майданщиков, поднять где-нибудь в США угнетаемых афроамериканцев на борьбу и сделать так, чтобы Америке стало не до майдана в Киргизии или России.

Мысль хотя и логична, но пока нереальна. Таких ресурсов нет ни у России, ни у Китая, ни тем более у менее значительных игроков.

Хотя в будущем рано или поздно это произойдет — Америка не в состоянии надолго удерживать в своих руках монополию на майданную технологию массового поражения.

Значит, пока нужно заниматься антимайданом, то есть создавать вакцину, противоядие от этой чумы.