Предскажу тебе счастье (СИ) - Светлова Марьяна - Страница 40

Ужин в это день для меня прошел напряженно. И все из-за разговора Кираша с Анитой. Они договорились обсудить прошлое. Тот момент, когда было сделано это проклятое предсказание. Лишь бы не наговорил лишнего, - думал я.

После ужина на прогулке Анита почувствовала себя не хорошо и решила пойти к себе, а я настоял на том, чтобы проводить ее. Пока шли к дому, собирался с духом, чтобы, наконец-то поговорить с ней. Как же оказывается это тяжело, говорить о том, что чувствуешь. И все же не смог сказать основного, о нашем будущем. Что я мог сказать, если сам не уверен в нем. Но она мне поверила. Это главное.

На следующий день мы с Уршеном как угорелые носились по всему городу, чтобы решить накопившиеся за время нашего отсутствия дела. Вернулись только поздним вечером, когда все уже спали. Мне было просто необходимо увидеть Аниту. Не ожидал, что так привыкну к ее постоянному присутствию. Тихонько постучал в дверь ее комнаты, но не дождался ответа. Осторожно открыл дверь и увидел спящую Аниту. Как же я соскучился за день! Подошел поближе, чтобы просто посмотреть на нее несколько минут перед сном. Она спала на боку, подложив ладошку под щеку, но выражение лица не было безмятежным. Она спала, но из ее глаз текли слезы. Ее лицо было опухшим, как будто она очень долго плакала. Я дотронулся до ее щеки и погладил, но она не проснулась. Что же случилось, пока меня не было? - подумал я.

Я еще несколько минут посидел с ней, гладя ее по волосам и не решаясь разбудить ее, хотя меня раздирали любопытство и злость. Что произошло? Кто-то обидел ее? Я отправился к Саярсе, возможно она что-то знает. Должна знать!

Сая объяснила мне, что после ужина Анита осталась наедине с Кирашем, чтобы обсудить давнее предсказание. Сестра не знала, о чем они разговаривали, и когда вечером относила Аните чай, та была в жутком состоянии, рыдала и ничего не слышала.

Выслушав Саярсу, пошел к Кирашу, чтобы выяснить, о чем они разговаривали. Его пришлось будить, и он сначала не понимал, чего я от него хочу, но придя в себя все рассказал. Судя по его рассказу, он не сказал ей ни чего такого, от чего можно было расстроиться, особенно настолько сильно. По его словам, он рассказал Аните историю возникновения моего предсказания и то, что она должна появиться у Иргилии для того, чтобы помочь его снять. И все. Я не поверил и пытался добиться от него правды, но он упорно объяснял, что это все, что он сказал. Ну не бить же его! Дядя все-таки.

На следующее утро зашел к Аните, чтобы узнать как ее самочувствие. Она со мной не разговаривала. Значит, я все же был прав и Кираш наговорил ей что-то еще. Я пообещал себе, что разберусь с этим, как только мы вернемся от Иргилии, к которой Анита решительно была настроена ехать тем же утром.

Я снова злился, на Аниту, которая так легко поверила советнику, чтобы он там ей ни сказал, на Кираша, за длинный язык, и на Уршена, который замкнулся в себе, после моего рассказа о его болтливом отце.

День мы провели в седле. Я пытался разговорить Аниту, общаясь с ней и рассказывая ей обо всем, что мы видели по дороге. Но она все время молчала. Когда доехали до охотничьего домика, было почти темно. Зайдя внутрь, помог уставшей и промокшей Аните снять верхнюю одежду. Она не стала сопротивляться, чему я внутренне обрадовался. Может быть, еще не все потеряно.

Посадив ее на шкуру поближе к очагу, вышел из домика, а когда вернулся и посмотрел на нее, просто остолбенел. За время моего отсутствия, она расплела косу, подсушила волосы и не стала заплетать их снова. Волосы распушились и окружали ее переливающимся рыжим облаком, в необыкновенных каре-зеленых глазах отражались языки пламени. Она казалась какой-то нереальной, воздушной и в тоже время сводящей с ума и притягательной. Сразу на ум пришла огненная дева из наших сказок, о чем я и рассказал Аните.

Утром мы выдвинулись в путь уже вдвоем, без Уршена, чему я в тайне был рад. По дороге мы могли поговорить уже никого не стесняясь. И у меня получилось разговорить Аниту, но подробностей она мне все-таки не рассказала. Зато дала понять, что знает про требования Иргилии. Она была сильно обижена моим обманом, и на скорое прощение я не надеялся, но был готов ждать столько, сколько понадобится, чтобы заслужить его.

И вот мы, наконец, добрались до Горной Ведьмы. Последний разговор с Анитой дался нелегко. Но я могу ее понять. Как ее убедить в своих чувствах, если я и половины о них не рассказал. Не сказал, как она нужна мне. Не сказал, что хочу, чтобы она осталась со мной, навсегда. Не сказал. Не могу сказать. Пока не исполнилось предсказание.

- Сандар, ты здесь? - спросила зашедшая откуда-то с улицы Иргилия, чем прервала мои мысли. - Хорошо. Пора поговорить.

Мы сели за стол напротив друг друга. Ведьма пристально и выжидающе смотрела на меня. Я же молчал, просто не зная с чего начать. Как будто прочитав мои мысли, Иргилия сказала:

- Начнем с главного. Твое решение по поводу Аниты и предсказания. Ты привез ее, значит, готов отдать? - спросила она прищурившись.

- Нет! - ответил я несколько резковато. - Не отдам. Я привез, потому что она сама так захотела, но отдавать ее я не намерен.

- Ты же понимаешь, что в таком случае я ничем не смогу тебе помочь?

Я кивнул. Мне не нужна такая помощь.

- Это твое последнее слово, Сандар? - чуть привстав и нависая надо мной, с грозой в голосе спросила Великая Мать.

- Да, Иргилия! Это мое последнее слово! - уверенно ответил я.

Услышав мой ответ, она присела обратно и с облегчением выдохнула.

- Я вижу многое, но твой выбор увидеть не могла и потому переживала за тебя, - слегка улыбнулась ведьма. - Но ты все сделал правильно. Все верно. Вот и пройдена половина пути. Осталась самая трудная часть и самая важная. Но все же, объясни, почему ты изменил свое первоначальное решение? Ведь ты же говорил, что готов на все.

- Оказалось, что нет. Я понял, что не могу допустить, чтобы с Анитой что-то случилось. Хотя... на самом деле, я не отдал бы и любого другого человека. Никто не должен страдать из-за того, чего не совершал. Я бы сказал, что жалею, что не понял этого раньше, но не скажу. Иначе я бы не встретил Аниту. Поэтому я ни о чем не жалею, - сказал я.

- Я вижу Сандар, ты станешь Великим Вождем. Испытания не даются просто так. Каждому свое. И тебе достались те, что сгладят твои недостатки и раскроют твои достоинства.

- Вождем... вождем без народа. Если я отдам свой народ, то каким же я буду вождем? Что будет с сестрой? Что будет со мной и Анитой? Сможем ли мы быть вместе? - задавал я Иргилии самые тяжелые для меня вопросы.

- Сандар, ты все сможешь! Я верю в тебя. Как бы не повернулась в дальнейшем твоя судьба, я знаю, что ты сделаешь все, чтобы твои близкие были счастливы. Я знаю, что ты переживаешь за свой народ, но просто представь, что после исполнения предсказания, все может, будет не так и плохо, как ты представляешь себе. Просто отпусти пока эту ситуацию и не нагнетай. Беды пока не случилось, - успокаивала меня ведьма.

Я промолчал, не зная, что на это ответить. Я не задумывался, что грядущие изменения могут быть не настолько ужасны, как я всегда думал. В любом случае я узнаю это, только когда все случится. И я воспользуюсь советом ведьмы - просто отпущу пока эту ситуацию.

- Я могу тебе сказать только, что ждать осталось не долго. Скоро все решиться. Пойдем, я отведу тебя спать. Завтра тебе понадобятся силы. А мне еще нужно поговорить с Анитой.

С этими словами Иргилия встала и направилась в спальню. Мне ничего не оставалось, как последовать за ней. Хотя в голове крутились еще куча вопросов, но ни на одном из них я, почему-то, не мог сосредоточиться. Голова стала тяжелой, как и мои мысли. Хм! Иргилия, похоже, сделала все, чтобы я крепко спал. Ну что же, не буду спорить с Великой Матерью.

Глава 29

Чудесный сон! Просто замечательный! Мне снились родители и я совсем маленькая на руках у мамы. Семейная идиллия! Пока... не начались эти видения. Они сначала пугали меня, но спустя некоторое время я привыкла и даже, наверное, смирилась с ними. В детстве мне часто снились горы и темноволосые люди. Они улыбались мне и часто благодарили. Я не понимала за что, но чувствовала, что не просто так. Там был мой дом. В таких снах я ощущала тепло, уважение, благодарность и любовь ко мне.