Последний выход (СИ) - Лобин Александр - Страница 41

До чего мне не хотелось ее брать, это слов таких нет в русском языке, объяснить — все мои нынешние подвиги начались именно с такого подарка. Но я ее, конечно, взял и спрятал в ту же фляжку. Только спросил:

— Что это?

— Результаты замеров и прочие данные по Лаборатории.

Обсудить эту тему нам не удалось — подал голос оставленный снаружи наемник. Что он там орал за гулом «жарки» слышно не было, но и так было ясно, что хлопчик уже весь в панике и сейчас начнет стрелять.

— Идем уже! Идем! — Крикнул ему Крюгер и на том наш разговор закончился. Забегая вперед, скажу, что он вообще был последним…

Пока мы гуляли, Доцент успел расчистить рабочее место. Он сразу же схватился за мешок с инструментами, достал из него болгарку и начал резать петли на двери.

— Потише нельзя? — Спросил я его в перерыве. — Там наверху вояки могут быть!

— Отвянь, Ботаник. — рассеянно ответил наш интеллигентный ученый. — Когда ты только научишься решать проблемы по мере возникновения? Из Лаборатории мы вышли? Вышли! Выход нашли? Нашли! Теперь будем его открывать. Появятся военные — и сними решим…

Слышать такое от ученого было по меньшей мере странно и я бы нашел ему что возразить, но тут меня отвлек радостный возглас Комбата. Пока мы тут занимались всякой ерундой, типа спасения его шкуры, он расковырял вентиляционную шахту и сейчас любовался на добычу — коробку с наличными и четыре контейнера с артефактами.

— Чья заначка? — Спросил он у меня.

— Колхозный общак. Глыба прятал для расчетов. А хабар просто сдать не успели.

— Кому ты мозги пудришь, сынок, — Ласково спросил он. — Полста тысяч налом для покупки патронов и тушенки? Да и хабара здесь прилично, вряд ли вы такой урожай брали с одного Выброса.

В чем-то он, конечно, был прав. Но мне об этом думать не хотелось…

— Претендуешь на долю? — Деловито спросил Комбат.

— Нет. — Подумав ответил я. — Ушел так ушел, моего здесь ничего не осталось.

— Молодец! — Сказал он и хлопнул меня по плечу.

И дальше уже ни во что не вмешивался — мы работали, суетились, а он так и просидел в дальнем углу, улыбаясь чему-то. А еще считал и делил добычу, причем в этот момент жутко напомнил мне Глыбу.

А мы работали. То есть, главное дело делал, конечно, Доцент: пилил бетон, резал автогеном арматуру, кое-где добавлял кислотой, — но и нам хватило помогать.

Я и раньше не завидовал всяким там шахтерам или спелеологам, так что разочарования не испытал — как я и думал, прогрызть ход оказалось намного сложнее, чем двинуть такую идею. Час шел за часом, все помещение заполнилось пылью, гарью и обломкам бетона, я уже дважды менял Доцента, чтобы дать ему отдышатся, а мы все еще сидели в этой ловушке.

Постепенно, я начал врубаться в проблему. На первый взгляд все было не так плохо: вход в подвал начинался под самой стеной, фугасная волна прошла со стороны болота, поэтому на нас рухнула только стенка, а не перекрытия второго этажа и крыша. Плиты легли как бы шалашиком, что позволяло Доценту маневрировать между ними — следовало всего лишь прорезать их насквозь и мы свободны.

Но стройную теорию порушил второй налет, который заново перетряхнул все руины, возникли дополнительные сложности, сути которых я так и не понял. За три часа Доцент раскрошил две плиты, что-то где-то поставил враспор, что-то где-то поддомкратил…

А, неважно это все! Главное, что наш механик выглядел бодрым и энергичным, верил в победу и нас заряжал. Наемники сидели тихо, если надо — помогали оттаскивать тяжести. Процесс, хоть и не так быстро, как хотелось бы, — но продвигался. В какой-то момент я слегка задремал, поэтому освобождение застало меня врасплох.

— Тихо, тихо, куда лезете? — Загородил вход Доцент, отгоняя наемников — эта суета меня и разбудила. Он приготовил уже знакомый мне датчик и высунул щуп наружу, напряженно вглядываясь в экран.

— Не хочу вас расстраивать, но нас, кажется, окружили. — Сказал он севшим голосом, отключая ноутбук.

— А вы как думали? — Сказал веселый голос снаружи. — Считаем до трех, кто не выйдет, получит гранату!

И мы вышли, куда же деваться…

Темная Долина была красивым местом — до недавних пор. Сейчас все изменилось: на месте озер и моста расположилось пятно жидкой грязи, заваленное мусором и камнем, те деревья, что не свалили, так сожгли, а взамен бывших корпусов виднелись груди горелого камня. Без них Долина выглядела какой-то голой, лишь емкости бензоколонки торчали по прежнему бодро, хотя и украсились множеством дыр. Прежний ландшафт уцелел на окраинах, да и то если смотреть издалека, а так всю зелень пулеметами посекли.

И тем не менее, несмотря на такой грустный финал, оказаться наконец на свежем воздухе было приятно. Пахло сырой землей, свежесрубленной древесиной и, к сожалению, гарью. Зато не было давящей тяжести перекрытий над головой, а лицо охлаждал нормальный ветер, а не сквозняк, настоянный на пластике и мертвом бетоне.

Век бы так сидел и дышал полной грудью, тем более, что охрана вовсе не спешила нас куда-то конвоировать. Нас троих сразу отделили от общей толпы, слегка обыскали на предмет скрытого оружия, забрали разгрузки и броники, после чего отвели в единственному уцелевшему строению — автобусной остановке. Тут мы и сидели в ряд, а трое «спецов» с «абаканами» бдительно следили за нашим поведением.

Что характерно, наемников оставили на месте захвата и выстрелов с той стороны я что-то не слышал. Неужели отпустят? Не удивлюсь. Как там говорил Крюгер: фигурки полосатые, доска вся черная, а игроков больше двух? Похоже на то! То-то Комбат не выглядел особо удрученным, а с командиром только что за руку не поздоровался….

— Слышь, Ботаник. — Попросил Доцент. — Дай сигарету. У Крюгера с ментолом, терпеть не могу.

Я выдал ему и сам тоже закурил. Конвоиры слова не сказали, значит можно. Между прочим, в моей пачке осталось целых три штуки — удастся ли докурить, вот вопрос?

— Курите, курите… Пока разрешаю! — Командир объявился совсем с другой стороны, подошел бесшумно, как профессионалу и положено. Скинул маску, тоже задымил.

Кравченко. И уже опять капитан… Час от часу не легче. Первая сволочь по всем статьям — пять лет назад пришел майором, с понижением перешел к украинцам в «Днепр», дослужился до майора и потом, точно так же, со скандалом и понижением — в «Неман». Это он убил Чесотку за то, что тот назвал его мудаком, Керосина — за то, что тот отказался отжаться, и еще многих — совсем без причины… Но это было три года назад, когда он держал блокпост между Кордоном и Свалкой. На моей памяти сталкеры к нему уже близко не подходили, так он их просто из винтовки отстреливал. Сука!

— Ну вот, все и в сборе. — Довольным голосом сказал он, отбрасывая окурок. — В огне не сгорели, от пули убежали, под землей не задохнулись — не зря я отказался пост снять… Что скажешь, Крюгер?

— Ты сначала дорасти хотя бы до майора, тогда и поговорим. — Спокойно ответил наш старший.

— Храбрый стал, да?! — Моментально завелся трижды капитан Кравченко. — Думаешь, стал такой птицей, что тебя и пристрелить уже нельзя? Так тебе это на пользу не пойдет, больше тебя никто уговаривать не собирается!

Кравченко шагнул вперед и врезал Крюгеру под дых.

— Этого — В машину. И наручники не забудьте. — Приказал он паре бойцов, что подошла вместе с ним.

Крюгера волоком оттащили в сторону бензоколонки.

— Ну, с вами, голуби мои, все ясно…. — Протянул он, разглядывая нас двоих. — Господин Доцент, который считается без вести попавшим, за что жена его страховку получила. А он вот где — по подземельям лазит… ну, не будем нарушать финансовую отчетность, пропал, так пропал…

Капитан достал из кобуры табельный «макаров» и выстрелил Доценту в голову. Затем он начал поворачиваться ко мне. Ассортимент его шуток был мне известен, а финал предсказуем, поэтому участвовать в его шоу я не стал — врезал ему ногой в колено и прыгнул на ближайшего спецназовца. Все же, получить пулю в спину на бегу, приятней чем в лицо — мне так кажется.